С сахарным диабетом 2 типа связано увеличение риска переломов. Дефицит витамина Д и ответное повышение уровня паратгормона чаще встречаются у пациентов с сахарным диабетом 2 типа и являются факторами, повышающими риск переломов. Цель исследования - изучить распространенность повышения уровня паратгормона у пациенток с сахарным диабетом 2 типа в период постменопаузы. Материал и методы. В кросс - секционное исследование вошли 57 пациенток с сахарным диабетом 2 типа (СД2) периода постменопаузы, находившиеся на стационарном лечении в отделении эндокринологии ГБУЗ СО СОКБ № 1 с 01 января 2015 по 01 декабря 2015 года. В ходе исследования изучен уровень паратгормона, общего кальция, фосфора в крови. Для исследования уровня 25(ОН)D случайным образом отобраны 15 пациенток. В ходе двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии (ДХА) изучена минеральная плотность костной ткани (МПК) шейки бедра, поясничного отдела позвоночника, произведен расчет Т-критерия. Для оценки микроархитектоники костной ткани исследован костный трабекулярный индекс (trabecular bone score (TBS)). Корреляция уровня паратгормона с антропометрическими, анамнестическими данными, данными МПК, TBS рассчитана при помощи корреляции Пирсона. Результаты. Средний возраст пациенток составил 62,34±6,64 лет, длительность СД2 12,99±7,38 лет, длительность менопаузы 12,41±7,21 лет. Остеопороз, по данным Т- критерия (менее -2,5 стандартных отклонений (СО)), при ДХА выявлен у 2 (3,40%) пациенток, остеопения (Т критерий менее -1,0 СО) - у 22 (37,28%) пациенток. Уровень паратгормона в среднем составил 48,71±25,93 пг/мл. Повышение уровня паратгормона выше референсного значения (15-65 пг/мл) выявлено у 12 из 57 пациенток, что составило 21%. Выявлена положительная корреляция средней силы уровня паратгормона с длительностью менопаузы пациенток (r=-0.36), слабая корреляционная слабой силы с индексом массы тела (r=-0.21), отрицательная связь слабой силы с уровнем клубочковой фильтрации (CKD-EPI) и TBS (r= - 0.28, -0,21соответственно). Мы выявили отрицательную корреляцию умеренной силы между уровнем паратгоромо-на и фосфора венозной сыворотки (r= - 0,36), тогда как с уровнем общего кальция связи не обнаружено. Средний уровень 25(ОН)D составил 10,33±7,85 нг/мл. У 10 (66,67%) пациенток уровень 25(ОН)D соответствовал выраженному дефициту витамина Д (менее 10 нг/мл), у 3 (20%) умеренному дефициту (10-20 нг/мл), у 1 пациентки (6,67%) - в диапазоне 20-30 нг/мл, что соответствует недостатку витамина Д. Только у одной пациентки уровень 25(ОН)D был на достаточном уровне (более 30 нг/мл). Между уровнем паратгормона и 25(ОН)D выявлена отрицательная корреляция умеренной силы. Выводы. У пациенток с СД 2 в период постменопаузы выявлена высокая распространенность дефицита витамина Д и повышения уровня паратгормона. Своевременное выявление позволит назначить адекватные (насыщающие) дозы витамина Д, предотвратить формирование вторичного гиперпаратиреоза и, вероятно, снизить риск переломов.