Preview

Остеопороз и остеопатии

Расширенный поиск
Том 19, № 2 (2016)
https://doi.org/10.14341/osteo20162

Статьи 

12-12 56
Аннотация
Цель: изучить распространенность остеопоротических переломов разных локализаций у лиц 40 лет и старше, проживающих в г. Улан-Удэ - столице Республики Бурятия и относящихся к разным этническим группам. Материал и методы. Изучена медицинская документация травматологических пунктов г. Улан-Удэ за период 2009-11 гг. и отобрана информация о переломах дистальных отделов предплечья и голени, проксимальных отделов бедра и плеча, ребер, произошедших при минимальной травме - падении с высоты собственного роста, - у лиц 40 лет и старше. При анализе полученных данных определено количество переломов для разных групп населения с учетом пола, возраста и национальности. Результаты. Основу населения Бурятии составляют 2 национальности - русские, являющиеся представителями славянской национальности, и буряты, относящиеся к монголоидной расе. Коренные жители составляют 30% населения Бурятии, русское население в республике составляет 66,1%. Общее число переломов изучаемых локализаций составило 4646, в среднем 1549 за один год. Среди женщин зарегистрировано 3269 случаев переломов за 3 года, среди мужчин - 1377, что оказалось в 2,4 раза меньше, чем среди женщин. Отмечено нарастание частоты переломов в старших возрастных группах. Наиболее часто женщины переносили остеопоротические переломы дистального отдела предплечья - в 44,4% случаев, мужчины - переломы ребер -в 37,9% случаев. На втором по частоте месте как у женщин, так и у мужчин оказались переломы дистального отдела голени - 26,5% и 25,2% соответственно, на третьем месте у женщин - переломы ребер (12,9%), у мужчин - дистального отдела предплечья (22,2%). При регистрации общего количества переломов изучаемых локализаций как среди женщин, так и среди мужчин преобладали лица русской национальности, однако при расчете на 100 000 населения соответствующей национальности оказалось, что буряты страдают осложнениями остеопороза в 2 раза чаще, чем русские: 648,8 случая на 100 000 лиц монголоидной расы и 323,6 случая на 100 000 лиц славянского происхождения. При этом выявлено, что распределение частоты переломов всех изучаемых локализаций в группах женщин и мужчин разной расовой принадлежности не отличается, т.е. женщины, независимо от национальности, наиболее часто переносили переломы дистального отдела предплечья, вторыми по частоте были переломы дистального отдела голени, самыми редкими оказались переломы проксимального отдела бедра. У мужчин обеих национальностей чаще встречались переломы ребер, на втором месте - переломы дистального отдела голени, на последнем месте - переломы проксимального отдела бедра. Выводы: Остеопоротические переломы у женщин, проживающих в Республике Бурятия, встречается в 2,4 раза чаще, чем у мужчин. Остеопоротические переломы исследованнных локализаций среди коренных жителей случаются достоверно чаще, чем среди лиц славянской национальности. У женщин наиболее часто случаются остеопоротические переломы дистального отдела предплечья, у мужчин - переломы ребер, независимо от национальной принадлежности.
12a-12a 77
Аннотация
Низкотравматичные переломы проксимального отдела бедренной кости (ПОБК) и дистального отдела предплечья (ДОП) у лиц старше 50 лет - частое осложнение остеопороза (ОП). Цель исследования - оценить частоту низкотравматичных переломов ПОБК и ДОП у лиц старше 50 лет в городах Самарской области (Чапаевск, Жигулевск, Отрадный, Ново-куйбышевск) за период 2010-2014 гг. в сравнении с ранее полученными данными за период 2005-2009 г.г. Материал и методы. Материалом для сравнительного ретроспективного эпидемиологического исследования послужила выборка из баз данных Медицинского информационно-аналитического центра (стационарная и амбулаторная помощь за 2005 - 2014 годы). Показатели возрастного и полового состава населения городов области получены в областном Управлении статистики. С целью исключения влияния колебания частоты переломов, для анализа использовались средние значения за три года. Рассчитывались абсолютная численность переломов и их частота на 100 000 населения. Результаты. При анализе динамики численности населения Самарской области, мы выявили существенное увеличение доли лиц старше 50 лет в Чапаевске, Жигулевске, Отрадном и Новокуйбышевске с 30% до 35,4%, с 30,4% до 36,4%, с 27,9% до 33,6% и с 30,2% до 33,2% соответственно в сравниваемые временные интервалы. Доля женщин старше 50 лет увеличилась быстрее, чем мужчин, достигнув максимальных значений в Чапаевске (40,9%) и Жигулевске (41,1%). При сравнении частот переломов на 100 000 населения за 10-летний период, обращает на себя внимание более чем двукратное снижение частоты переломов ДОП в Новокуйбышевске (с 924,6 до 397,8) и Чапаевске (с 1 028,4 до 375,7), в основном, за счёт снижения переломов у женщин. Участились переломы ДОП в Отрадном (с 257,1 до 461,7), а в Жигулёвске остались без изменений (440,6 и 442,9). Частота наиболее опасных осложнений ОП - переломов ПОБК, выросла в Жигулевске (с 88,1 до 192,4), в Отрадном (с 70,7 до 178,5) и Новокуйбышевске (с 67,7 до 149,5), несколько снизившись лишь в Чапаевске (с 218,5 до 162,7). Выводы. Таким образом, ОП остаётся серьёзной проблемой здравоохранения Самарской области, в немалой степени обусловленной постарением населения, что требует особого внимания к лечебно-профилактическим мероприятиям.
13-13 78
Аннотация
Цель: ЭВА - многоцентровое эпидемиологическое исследование которое проводилось в 2013-2015 годах в разных странах Евразии с целью выявить заболеваемость остеопоротическими периферическими переломами, а также оценить исход переломов проксимального отдела бедра. Целью исследования являлся сбор случаев переломов проксимального отдела плеча (ПОП), проксимального отдела бедра (ПОБ), дистального отдела предплечья (ДОП), дистального отдела голени (ДОГ), для определения основных эпидемиологических индексов и выявления некоторых факторов риска для остеопоротических переломов. Материал и методы. Исследование проводилось в двух районах страны - Оргеевском районе и Ново-Аненском районе, общее население которых составляет 5.86% страны. Перед сбором случаев переломов была получена статистика населения по регионам, полу, возрасту, места жительства (городское, сельское) за 2011 и 2012 года, с помощью Национального Бюро Статистики Республики Молдова (http://www.statistica.md/mdex.php?l=ru). Из всего населения, 87374 (2011 г.) и 87450 (2012 г.) было старше 40 лет, из которых 38742 (2011 г.), 38735 (2012 г.) мужчин, и 48632 (2011 г.) и 48715 (2012 г.) женщин. Из них, 19114 (2011 г.) и 19093 (2012 г.) проживали в городах, а остальные (68260 - 2011 г., 68357 - 2012 г.) в сельских местностях. Население было разделено по возрастным группам (40 - 44, 45 - 49, 50 - 54, 55 - 59, 60 - 64, 65 - 69, 70 - 74, 75 - 79, 80 - 84, 85 и старше). Также, с помощью данных переписи 2004 года была определена национальность населения в исследуемых регионах. Большинство населения республики, как и регионов по отдельности составляет молдавская национальность. С помощью медицинской документации собирались случаи переломов из всех центров (первичных и специализированных) медицины - 2 приемные покои районных больниц, 2 консультативные отделения районных больниц, 2 отделения статистики первичных центров медицины (которые обслуживают больницы, их консультативные отделения и 9 центров семейной медицины), 18 независимых центров первичной медицины, а также 2 частные центры семейной медицины. Результаты. Всего было собрано 1517 случаев, из которых 1000 женщин и 517 мужчин. Всего было зарегистрирована 197 переломов ПоП, 494 - ДОП, 340 - ПОБ и 486 - ДОГ. Средний возраст пациентов составил 61.23 ± 11.02 лет, а медиана возраста составила 60 лет, с вариациями в зависимости от локализации перелома. Следует заметить, что средний возраст при переломах ПОБ был достоверно больше, чем при других локализациях, а также больше общего среднего возраста (р <0.05). Общая заболеваемость составила 881.3 (2011 г.) и 854.2 (2012 г.) на 100000 населения старше 40 лет, варьируя от 236.4 до 2092.3 на 100000 населения. После распределения по возрастным группам, заболеваемость являлась более высокой в старших возрастных группах и у лиц женского пола. При распределении переломов по времени происхождения переломов, наблюдались более частые переломы в холодные месяца года - декабрь, январь, февраль. Выводы. В нашем исследовании низкоэнергетические периферические переломы встречались чаще в старших возрастных группах и у лиц женского пола. Также, переломы преобладали в зимнее время года, что соответствует времени, когда чаще встречаются травмы периферического скелета. В заключении, в Республике Молдова, впервые было проведено исследование с целью определить эпидемиологическое состояние низкоэнергетических периферических переломов, выявляя тем самым необходимость тщательного скрининга остеопороза и предотвращения переломов
13-14 90
Аннотация
Эпидемиология переломов проксимального отдела бедренной кости (ПОБК) в Якутске, столице Республики Саха (Якутия), изучалась в 1997-2001 гг. (А.Н. Комиссаров, 2004), при этом источником информации были документы травматологической службы. Мы предположили, что за прошедшие 15 лет за счет улучшения организации помощи этим пациентам и повышения обращаемости инцидентность перелома ПОБК могла возрасти. Это определило цель данного исследования - определение инцидентности перелома ПОБК в Якутске за период 2011-2013 гг. Материал и методы. Исследование проведено в рамках международного проекта ЕВА («Эпидемиология остеопоротических переломов в странах Евразии»), инициированного Российской ассоциацией по остеопорозу. Население Якутска составляет 274 406 чел., национальный состав представлен преимущественно якутами (49,0%) и русскими (39,7%), что соответствует средним показателям по Республике Саха (49,9% и 37,8% соответственно). Целевой исследуемой группой населения были люди в возрасте 40 лет и старше. Общее количество их в г. Якутске составляло 93680 чел., в том числе 39365 мужчин и 54315 женщин. При сборе информации учитывались все возможные источники информации, включавшие помимо травматологической службы также первичную и скорую медицинскую помощь. При сборе информации исключалась возможность повторной регистрации одного и того же пациента при обращении по поводу одного и того же перелома. Результаты. За три года зарегистрировано 426 переломов ПОБК: в 2011 г. - 135 (144,1 на 100 000), в 2012 г. - 137 (146,2 на 100 000), в 2013 г. - 154 (208,1 на 100 000). Только 8 пациентов с переломом ПОБК не были зарегистрированы в документах травматологической помощи. Общее количество переломов у женщин составило 315 (67,5%), у мужчин - 152 (32,5%). Соотношение мужчин и женщин - 1:2. Среди населения 50 лет и старше общая инцидентность составила 216,64 на 100000 населения: среди женщин -246,21, среди мужчин - 168,05. Полученные цифры существенно превышали данные 1997-2001 гг. (162,2; 99,1 и 203,6 на 100000 населения соответственно) (А.Н. Комиссаров, 2004). Выводы. Таким образом, инцидентность перелома ПОБК в г. Якутске выросла существенно на последние 15 лет, что может быть связано с улучшением обращаемости пациентов за медицинской помощью и, как следствие, повышением их регистрации в документах травматологической помощи. Нельзя также исключить и реальный рост случаев перелома ПОБК из-за увеличения продолжительности жизни населения.
14-14 74
Аннотация
Остеопороз в России, как и во всем мире, представляет одну из важнейших проблем здравоохранения. Вместе с тем, медицинскую значимость и социально-экономическое бремя остеопороза определяют его осложнения - низкоэнергетические переломы. Информация об эпидемиологии остеопоротических переломов представляет большой практический и научный интерес для понимания важности проблемы остеопороза для здравоохранения конкретной страны. Цель: на основании комплексного анализа эпидемиологических закономерностей ведущих клинических манифестаций остеопороза в старших возрастных группах городской популяции Среднего Урала расширить теоретические и практические представления об эпидемиологии осложнений остеопороза. Материал и методы. Исследование проводилось в Первоуральске, типичном промышленном городе Среднего Урала, с общей численностью населения 160 860 чел., в том числе 54 189 жителей старше 50 лет (20 746 мужчин и 33 443 женщин), что составило 33,7% всего населения города. В исследование были включены жители в возрасте 50 лет и старше, перенесшие перелом проксимального отдела бедра (ППОБ), дистального отдела предплечья (ПДОП), дистального отдела голени, ребер, либо хирургической шейки плеча за период с 01 января 2008 г. по 31 декабря 2009 г., подтвержденный рентгенологическим исследованием. Мы организовали систему регистрации ППОБ следующим образом. Управлением здравоохранения городского округа Первоуральск было издано распоряжение «О внедрении мониторинга пациентов с остеопорозом, осложненным переломом шейки бедра». Это распоряжение обязало всех медицинских работников, вовлеченных в оказание помощи пациентам с ППОБ, сообщать о каждом случае ППОБ, заполняя соответствующее извещение. Информация о частоте других переломов была получена при анализе документации травматологической службы. Результаты. За двухлетний период в изучаемой выборке лиц 50 лет и старше г. Первоуральска был зарегистрирован 1371 перелом, из них 383 перелома произошло у мужчин (27,9%) и 988 - у женщин (72,1%). Частота всех переломов составила 1265,0 на 100 тыс. жителей 50 лет и старше (1477,1 на 100 тыс. среди женщин и 923,1 на 100 тыс. среди мужчин). Соотношение мужчин и женщин составило 1:1,6, р<0,001. Наиболее высокий показатель частоты был характерен для ПДОП и составлял 540,7 случая на 100 тыс. населения (787,9 на 100 000 населения у женщин и 171,1 - у мужчин, р<0,001). Второе место по частоте новых случаев занял ППОБ, показатель составил 191,9 на 100 тыс. населения старшего возраста. Этот показатель был достоверно выше у женщин: 233,2 на 100 000 населения против 125,4 на 100 000 у мужчин (р=0,04). За двухлетний период частота новых случаев переломов ребер составила 188,2 на 100 тыс. Это единственный тип перелома, при котором в нашем исследование было обнаружено преобладание показателя у мужчин: 368,7 на 100 тыс. против 76,2 на 100 тыс. у женщин (р=0,001). За период исследования частота новых случаев переломов дистального отдела голени составила 174,4 на 100 тыс. населения: 151,8 на 100 000 у мужчин и 188,4 на 100 тыс. у женщин. Частота переломов голени у мужчин и женщин не различалась (р=0,09). Частота новых случаев переломов плеча составила 169,8 на 100 тыс. населения: 106,1 случаев на 100 тыс. у мужчин и 209,4 случаев на 100 тыс. у женщин. Частота переломов плеча у женщин была выше (р=0,04). Выводы. Таким образом, настоящее исследование определило эпидемиологические характеристики ППОБ и других остеопоротических переломов среди жителей 50 лет и старше, что позволило дать оценку проблеме остеопороза в Уральском регионе. Подтверждены общие эпидемиологические закономерности ППОБ, дана эпидемиологическая характеристика других остеопоротических переломов.
15-15 68
Аннотация
Медико-социальную и экономическую значимость остеопороза определяют его неуклонно нарастающая распространенность, а также затраты на лечение собственно остеопороза и его прямых осложнений - переломов, приводящих к развитию хронической боли, деформации скелета и потере трудоспособности. В Российской Федерации данные об экономических и социальных последствиях остеопоротических переломов практически отсутствуют, и имеют ограниченную ценность для применения в экономике здравоохранения. Исследование проведено в рамках международного многоцентрового исследования ICUROS. Целью исследования являлось единообразное (с использованием единой методологии сбора и анализа данных) изучение странах экономических и социальных последствий остеопоротических переломов. В Российской Федерации в исследовании участвовали 9 центров. В тезисах впервые использована окончательная версия базы данных. Материал и методы. Всего включено 1143 пациента от 50 лет и старше, перенесших низкоэнергетический перелом, из них 251 (21,96%) - с переломами шейки бедра, 255 (22,33%) - с переломами запястья, 219 (19,16%) - с переломами позвонков, 182 (15,92%) - с переломами плечевой кости, и 236 (20,65%) - с переломами лодыжки. Опрос пациентов проводился непосредственно после перелома и касался информации о качестве жизни (КЖ) до перелома и непосредственно после перелома (Фаза I). Далее сбор информации осуществлялся через 4 (Фаза II), 12 (Фаза III) и 18 месяцев (Фаза IV) после перелома. Средний возраст включенных пациентов составил 65,2 года (95% доверительный интервал (ДИ) от 64.65 до 65,72). Одним из интегральных параметров КЖ исследовании был опросник EQ-5D, включающий данные по подвижности, самообслуживанию, повседневной активности, боли и дискомфорту, выраженности тревоги и депрессии. Отдельные шкалы данного опросника были преобразованы в общий балл, стандартизованный к шкале от нуля до единицы. Результаты. Ретроспективные данные о КЖ по стандартизованному суммарному баллу EQ-5D составили 0,824 (95% ДИ: 0,812-0,836). На момент перелома у пациентов значимо падало КЖ - 0,290 (95% ДИ: 0,273-0,307) (р<0,001 с данными до перелома), но уже к 4 месяцам отмечено значительное улучшение - 0,675 (95% ДИ: 0,658-0,693), которое было достоверно (р<0,001) выше по сравнению с данными сразу после перелома, но еще существенно (р<0,001) отличалось от данных до перелома. На 12-м (0,727 (95%ДИ: 0,710-0,743)) и 18-м (0,780 (95%ДИ: 0.,765-0,795)) месяце наблюдения суммарный балл по EQ-5D уже не отличался от данных до перелома (Фаза III - p=0,221, Фаза IV - p=0,936), при этом его нарастание по сравнению с данными предыдущих фаз оставалось значимым (p<0,05 для Фаз II-IV). Иная картина наблюдается для другой составляющей EQ-5D - визуально-аналоговой шкалы (ВАШ) восприятия здоровья. Хотя исходное значение ВАШ (76,6%, 95% ДИ: 75,7-77,5) сменилось после перелома значимо (р<0,001) более низким показателем (47.9%, 95% ДИ: 46,7-49,2), а к 4 месяцам произошло значимое (р<0,001) повышение (68.7, 95% ДИ: 67,6-69,8). При этом значение к 4 месяцам уже не отличалось (p=0,99) от значение до перелома, и дальнейшее повышение к 12-ти и 18-ти месяцам уже не было статистически значимым (р>0,05). Выводы. Таким образом, если общая субъективная оценка здоровья по ВАШ возвращается к значениям «до перелома» уже к 4 месяцам после перелома, то суммарный балл по EQ-5D) достигает значений, близких к исходным, только к 12 месяцам, и продолжает улучшаться и через 18 месяцев. Эти данные свидетельствуют о важности изучения отдельных компонентов качества жизни пациентов, входящих в EQ-5D, а не только суммарных результатов.
15-16 45
Аннотация
Стоимость лечения больных с остеопорозом (ОП) значительно возрастает после произошедших переломов, особенно при проведении оперативных вмешательств. Большая разница в «стоимости ОП» для системы здравоохранения в первую очередь может быть связана с хирургической активностью в различных регионах нашей страны. Цель исследования: изучение затрат на лечение больных при осложненном течении ОП в условиях муниципального здравоохранения города Москвы. Материал и методы. В исследование включены 196 женщин (средний возраст 66±9 лет), перенесших переломы пяти основных остеопоротических локализаций: проксимального отдела бедра (ПОБ), дистального отдела предплечья, хирургической шейки плеча, позвоночника и медиальной и/или латеральной лодыжки. Работа проводилась в рамках международного исследования ICUROS. Оценка затрат на лечение в течение года после остеопоротического перелома проведена на основе унифицированного вопросника, включавшего данные о стационарном и амбулаторном лечении, личных затрат пациенток и социальных выплат. Стоимость лечения оценена на основании тарифов на услуги Московского городского фонда обязательного медицинского страхования на 2013-2014 гг. Статистическая обработка полученных данных выполнена с использованием пакетов программ для статистического анализа - STATISTICA for Windows (версия 10.0). Результаты. Затраты на лечение пациенток с остеопо-ротическими переломами ПОБ составили в среднем 101243 руб. и достоверно были выше (p<0,01), чем при переломах других локализаций: дистального отдела предплечья -22080 руб., шейки плечевой кости - 39855 руб., позвоночника -51167 руб. и лодыжки - 43345 руб. Наибольшие затраты при переломах ПОБ связаны с достаточно высокой частотой оперативного лечения в Москве (эндопротезирование было проведено у 31% и внутренний остеосинтез - у 48% больных). В среднем на одного человека прямые затраты на лечение осложненного ОП в течение года составили 53 962 рубля, а косвенные затраты (выплаты по листку временной нетрудоспособности, по инвалидности и досрочной пенсии по старости после перенесенного перелома) - 7 188 рублей. Заключение. Суммарная усредненная стоимость одного года лечения больного с осложненным ОП составляла 61 150 рублей, при этом наиболее дорогим являлось лечение пациентов с переломом ПОБ, а вторым по стоимости - с переломом позвоночника. Лечение больных с переломом предплечья было наименее затратным.
16-16 75
Аннотация
Эпидемиология переломов дистального отдела предплечья (ДОП), проксимального отдела плеча (ПОП) и дистального отдела голени (ДОГ) в Армении, Молдове и Узбекистане ранее не изучалась. В России инцидентность ПОП и ДОГ изучена в единичных работах. Между тем, невертебральные переломы иные, чем переломы проксимального отдела бедренной кости, занимают важное место в структуре остеопоротических переломов (Гладкова Е.Н. и соавт., 2014). Цель исследования: определить инцидентность переломов ДОП, ПОП и ДОГ в Армении, Молдове, Узбекистане, а также в ряде городов России (Якутск, Краснодарский край, Хабаровск, Комсомольск-на-Амуре). Материал и методы. Сбор информации по переломам у людей 50 лет и старше проводился ретроспективно за 2011-2012 гг. на основе информации травматологической службы (стационары, травматологические пункты). Для проведения исследования в каждой стране был выбран район или город с представительной выборкой населения 50 лет и старше, в том числе и по национальному составу. Результаты. Инцидентность переломов ДОП, ПОП и ДОГ в изучаемых центрах в сравнении с ранее опубликованными данными по РФ приведена в таблице. Хотя отмечены существенные колебания по центрам, основные эпидемиологические закономерности переломов сохранялись: инцидентность ПОП и ДОП у женщин была выше, чем у мужчин, и нарастала с возрастом (данные не приведены), инцидентность ДОП не различалась в зависимости от пола и не нарастала с возрастом (данные не приведены). Сравнительная инцидентность переломов в различных центрах исследования ЭВА у людей 50 лет и старше Центр Годовая инцидентность /100.000 Дистальный отдел голени Проксимальный отдел плеча Дистальный отдел предплечья муж +жен муж жен муж +жен муж жен муж +жен муж жен Хабаровск - - - 116 84 136 188 137 220 Комсомольск-на- Амуре 614 572 640 563 282 737 1272 320 1864 Якутск 667 235 943 Краснодар 71 79 66 53 16 77 303 80 448 Узбекистан 198 212 181 21 19 24 546 480 622 Армения 42 40 44 32 12 50 64 27 94 Молдова 319 306 329 156 92 204 367 171 515 Первоуральск* 174 151 188 169 106 209 540 171 787 * данные исследования Гладковой Е.Н. с соавт., (2014) Выводы. Впервые получены данные по эпидемиологии переломов проксимального отдела плеча, дистальных отделов предплечья и голени в Армении, Молдове и Узбекистане. Эпидемиологические характеристики перелома дистального отдела голени отличаются от других типов переломов.
16-17 78
Аннотация
Эпидемиология перелома проксимального отдела бедра (ПОБ) в странах региона не изучалась из-за проблем со сбором информации. Причинами являются несовершенство статистики и отсутствие системы 100% госпитализации пациентов в стационар. Отсутствие информации не позволяет адекватно оценить социально-экономическое бремя заболевания, планировать организацию помощи больным, профилактические мероприятия, а также получить модель FRAX, специфичную для каждой страны. Для решения проблемы по инициативе РАОП и при поддержке IOF проведено «Многоцентровое многонациональное исследование эпидемиологии остеопоротических переломов в странах Евразии (ЭВА)» Страны-участницы: Армения, Беларусь, Казахстан, Кыргызстан, Молдова, Узбекистан, Украина и Россия. Цель исследования: определить инцидентность перелома ПОБ в Армении, Беларуси, Казахстане, Киргызстане, Молдове, Узбекистане, Украине, а также в ряде городов России путем организации системы сбора информации по максимальному количеству пациентов. Материал и методы. Сбор информации по переломам проводился ретроспективно на основе информации травматологической службы (стационары, травматологические пункты) и скорой медицинской помощи, а также проспективно с подключением врачей первичного звена. Для проведения исследования в каждой стране был выбран район или город с представительной выборкой населения 50 лет и старше, в том числе и по национальному составу. Сбор данных проводился за 2011-2012 гг., в некоторых странах дополнительно в другие годы. Результаты. В настоящей работе анализируются данные, полученные в Армении, Беларуси, Молдове и России (Краснодарский край, Якутск, Хабаровск, Комсомольск на Амуре). Инцидентность перелома ПОБ на 100 000 населения в возрасте 50 лет и старше составила: в Хабаровске 128,37, в Комсомольске-на-Амуре - 537,74, в Якутске -216,64, в Мозыре (Республика Беларусь) - 170,01, в армянских марзах Вайот Дзор и Арарат - 171,85, в Ново-Анненском и Оргеевском районах Республики Молдова - 270,17. В целом, эпидемиологические закономерности, характерные для перелома ПОБ, отмечены во всех центрах, за исключением Хабаровска, что свидетельствует о качестве полученной информации. Общая инцидентность перелома ПОБ у женщин была выше, чем у мужчин, соотношение колебалось от 1,2:1 в Молдове до 1,7:1 в Комсомольске. Исключение составил Хабаровск, где соотношение женщин и мужчин составило 1:1. У мужчин в возрасте до 65 лет инцидентность во всех центрах была выше, чем у женщин (закономерность, отмеченная ранее и в других исследованиях в России и Восточной Европе). Инцидентность перелома ПОБ нарастала с возрастом. В Якутске, где 49% населения составляет народность Саха, инцидентность у них не отличалась от представителей европеоидной расы, проживающих в городе. Выводы. Впервые получены данные по эпидемиологии перелома проксимального отдела бедра в Армении, Беларуси и Молдове, что позволит построить модели FRAX, специфичные для данных стран. Информация по переломам ПОБ в восточных регионах позволяет глубже проанализировать ситуацию в России.
17-17 48
Аннотация
Цель исследования: получить эпидемиологические данные о переломах проксимального отдела бедренной кости (ПОБК) у лиц обоего пола в возрасте 50 лет и старше в Республике Беларусь Материал и методы. Настоящее исследование выполнено в рамках международного многоцентрового исследования ЭВА («Эпидемиология остеопоротических переломов в странах Евразии»), инициированного Российской ассоциацией по остеопорозу при поддержке Международного Фонда остеопороза. Объектом исследования был выбран крупный районный город Мозырь Гомельской области с населением 112 493 (по состоянию на 01.01.2015 г.). Методом сплошного ретроспективного анализа нами изучены источники информации о случаях переломов ПОБК за 2011-2012 гг. В анализ были включены данные вызовов бригад скорой помощи, статистические карты стационарных пациентов, выбывших из отделения травматологии Мозырской городской больницы (коды S72, S72.1 и S72.2 по МКБ-10) и журналы вызовов врача на дом из всех трех поликлиник г. Мозыря. Все выявленные случаи были проанализированы в амбулаторных картах по каждому случаю перелома с целью повышения достоверности частоты случаев и даты наступления переломов, уточнения характера травмы, а также рентгенологического подтверждения и способа лечения. Расчет первичной заболеваемости проведен по стандартной методике с использованием данных по г. Мозырю с численностью населения в возрасте 50 лет и старше (13594 мужчин и 19743 женщин) по полу и возрасту с интервалом 5 лет. Полученные результаты представлены в формате «количество случаев перелома ПОБК на 100000 населения» с распределением по 5-летним возрастным интервалам в зависимости от пола и возраста. Результаты. Углубленный анализ вышеперечисленных источников информации позволил нам выявить 117 случаев переломов ПОБ у лиц в возрасте 50 лет и старше. Из этого количества 83 (70,9%) пациента прошли стационарное лечение и 34 (29,1%) получали лечение на дому под наблюдением травматолога и терапевта в территориальной поликлинике. Наименьшие показатели первичной заболеваемости ПОБК (до 100 на 100000 населения) отмечены в возрастных группах от 50 до 69 лет у женщин и от 50 до 59 лет у мужчин. Начиная с возраста 70 лет, показатели первичной заболеваемости ПОБК у женщин возрастают, достигая своего максимума 1546 на 100000 населения в возрастной группе 85 лет и старше. У мужчин, в отличие от женщин, начиная с возраста от 60 до 84 лет показатели первичной заболеваемости ПОБК остаются стабильными и составляют в среднем от 180 до 249 случаев на 100000 населения. Выводы. 1.Показатели общей первичной заболеваемости низкотравматическими ПОБК среди населения г.Мозыря после 50 лет и старше (Республика Беларусь) составили 190 у женщин и 149 у мужчин на 100 000 населения. 2. Стационарный этап лечения прошли 71% пациентов, а 29% получали лечение амбулаторно.
18-18 80
Аннотация
Изучение факторов риска (ФР) остеопоротических переломов имеет первостепенное значение для создания долгосрочных целевых программ профилактики остеопороза (ОП). Целью настоящей работы явилось определение доминирующих факторов риска переломов шейки бедра (ШБ) у больных ОП Самарской области с дифференциацией по полу. Материал и методы. Исследование проводилось методом «случай-контроль» с помощью специально разработанной анкеты. Проанкетировано 338 пациентов. I группу составили 118 пациентов с переломом ШБ: 60 женщин (средний возраст - 64,26 ± 2,23 лет) и 58 мужчин (средний возраст - 63,98 ± 2,41 лет). II - группа контроля без переломов в анамнезе, состоящая из 120 человек: 62 женщины (средний возраст - 63,79 ± 3,51 лет) и 58 мужчин (средний возраст - 64,06 ± 2,21 лет). Достоверных различий по возрасту между группами не было. Минеральная плотность костной ткани оценивалась методом DEXA на аппарате Norland XR-46, используя стандарты, предложенные ВОЗ. Диагноз ОП ставился при Т-критерии менее -2,5SD. Влияние ФР на возникновение переломов ШБ и тел позвонков оценивалось методом логистического регрессионного анализа с определением OR - отношения шансов. Результаты. У женщин и мужчин I группы общими статистически значимыми (p<0,05) ФР перелома ШБ оказались: переломы в анамнезе (мужчины OR=2,3, женщины OR=4,1); переломы бедра у родственников первой линии родства (мужчины OR=1,7, женщины OR=2,1); вестибулярные нарушения, как ФР падения (мужчины OR=3,6, женщины OR=2,7), снижение Т-критерия в области ШБ менее 2,5SD (мужчины OR=4,2, женщины OR=5,7). У женщин I группы также значимыми ФР оказались ранняя менопауза до 40 лет (OR=2,2) и рождение 3 и более детей (OR=2,5). Выводы. Таким образом, установленные ФР переломов ШБ позволяют выделить группы риска и разрабатывать целенаправленные методики профилактики опасных осложнений.
18-19 44
Аннотация
Schwartz et al. (1999), исследуя показатели частоты новых случаев ППОБ, продемонстрировали систематические ошибки в эпидемиологических данных, полученных лишь на основании регистров и медицинских выписок. Так, при использовании официальных данных национальных регистров оперированных больных с ППОБ пропускаются случаи переломов без оперативного вмешательства. Доля случаев ППОБ, при лечении которых не используются оперативные методики, составляет от 2% в Тулузе (Франция) до 49% в Порто (Португалия). Получение информации о переломах на основании национальных регистров должно подразумевать, что учреждения всех форм собственности, в том числе частной, участвуют в предоставлении данных в регистр. При использовании выписок, нельзя гарантировать корректное внесение данных обо всех случаях ППОБ в медицинские документы. Исследователи (Schwartz et al., 1999) показали, что в результате ошибок кодирования данных данные о ППОБ варьировались от -55% до 30%. При использовании национальных регистров для подсчета переломов вероятна обратная ситуация: завышение показателей до 30% вследствие двойной регистрации одного пациента с ППОБ в разных учреждениях. Например, это может быть регистрация случаев перелома, как новых, при переводе пациента в другие медицинские учреждения для реабилитации, лечения осложнений переломов, проблем, связанных с сочетанными заболеваниями (Czerwinski, 2009, Wildner, 2001). Однако, не все исследователи сообщают о вероятности дублирования данных, получая, вероятно, завышенные показатели. Все вышеизложенное определило цель данного исследования: разработать систему регистрации ППОБ и получить достоверные популяционные данные по частоте данного типа перелома. Материал и методы. В период с 2008 по 2009 гг. проведено двухлетнее проспективное изучение частоты новых случаев переломов различной локализации у жителей г. Первоуральска в возрасте 50 лет и старше. Информация о частоте ППОБ собиралась с привлечением врачей первичного звена. С участием органов управления здравоохранением в систему сбора информации по ППОБ были вовлечены все медицинские работники, участвующие в оказании помощи пациентам с ППОБ. Полученная информация верифицировалась на основании анализа первичной медицинской документации. На период исследования был создан регистр пациентов с переломом ПОБ. Всего за период исследования выявлено 208 пациентов с характерными для остеопороза ППОБ. Результаты исследования. Итак, с помощью врачей первичного звена удалось выявить пациентов с переломом ПОБ, которые не были зарегистрированы травматологической службой. К этим пациентам либо не вызывали СМП, либо после визита СМП они оставались дома и находились под наблюдением только участкового врача. Из 208 выявленных нами случаев перелома ПОБ 57 человек (27,4%) не обращались в травмпункт или травматологический стационар. Фактическая частота переломов ПОБ, составившая 191,9 на 100 000 населения, превышала официальную (133,8 на 100 000 населения) в 1,4 раза. В целом, при официальной регистрации не были учтены самые старшие возрастные группы, имеющие наибольший риск ППОБ: пациенты старше 80 лет. В этом возрасте официальная и фактическая частота переломов бедра отличались в 2 и более раза. Выводы. Проведенное исследование продемонстрировало необходимость проведения новой серии эпидемиологических исследований ППОБ в различных регионах России. Следует отметить, что достоверные данные могут быть получены только при учете всех больных, что достижимо либо путем создания регистров пациентов с переломом проксимального отдела бедра, либо при сборе данных из всех возможных источников.
19-19 103
Аннотация
Цель: изучить состояние минеральной плотности костной ткани у женщин в постменопаузальном периоде, проживающих в городе Якутске. Материал и методы. С помощью гендерной выборки была сформирована группа из 88 женщин в возрасте 50 и старше проживающих в городе Якутске. Все женщины находились в состоянии постменопаузы. Всем женщинам выполнена денситометрия дистального отдела предплечья не доминантной руки на денситометре DTX-200. С помощью модели FRAX рассчитывалась абсолютная десятилетняя вероятность развития типичных для остеопороза переломов. Статистический анализ выполнен с применением стандартного пакета статистических программ Statistica 6.0 и MS Excel 2007 в среде Windows XP Результаты. Средний возраст обследуемых женщин составил 63,0±6,9 года. При распределение частоты обращений женщин в возрасте 50 лет и старше было выявлено, что повышение частоты обращений уже начинается в возрастной группе 55-59 лет n-15 (17%), в возрасте 60-64 года, частота обращений достигает своего пика n-30 (34%), затем наблюдается снижение частоты обращений в возрасте 65-69 лет n-17 (19,3%). По результатам денситометрии дистального отдела предплечья снижение МПК выявлено у 71 женщины (81%). Так, остеопороз был выявлен у 54% женщин, удельный вес остеопенического синдрома составил 27%. Лица с нормальной МПК - 19%, были достоверно моложе, чем пациенты с сниженной МПК. По результатам нашего исследования выявлено, что в возрастной группе 50-59 лет у 30% женщин обнаруживается ОП, но с увеличением возраста его частота резко возрастает, приближаясь к 70% у женщин 70 лет и старше. Чем выше возраст женщин, тем ниже МПК (r=-0,44, p<0,001). Низкая масса тела (низкий ИМТ) признана индикатором низкой МПК и предиктором переломов. ОП достоверно чаще выявлялся у лиц, имеющих более низкую массу тела r=0,528, р<0,001. Клинические факторы риска остеопороза выявлены практически у всех обследованных нами женщин (99,7%), в среднем их частота у одной женщины в возрасте 50 лет и старше составила 3,1±1,4. В соответствии с полученными результатами денситометрии и стандартной оценкой факторов риска ОП, в 75% случаев требуется назначение антирезорбтивной терапии и комбинированных препаратов кальция и витамина D3. Выявленные корреляционные связи между возрастом и МПК, между возрастом и 10-летним абсолютным риском основных остеопоротических переломов. При изучении корреляционной связи МПКТ, возраста обследуемых женщин и показателей FRAX, выявлена прямая корреляция, чем старше возраст, тем ниже минеральная плотность костной ткани (-0,44; р<0,001) и выше риск основных остеопоротических переломов (0,37; р<0,001) и риск переломов проксимального отдела бедренной кости (0,44; р<0,0001). Выводы. У 81% обследованных женщин выявлено нарушение минеральной плотности костной ткани различной степени тяжести, при этом остеопороз выявлен у каждой второй (54%). У обследованных женщин такие факторы риска остеопороза, как ИМТ<20 кг/м2, предшествующие малоэнергетические переломы, ранняя менопауза, встречались чаще, чем другие. Чем выше возраст женщин, тем ниже МПК (r=-0,44, p<0,001) и выше 10-летний абсолютный риск основных остеопоротических переломов (r=0,37, p<0,001). До 75% обследуемых женщин нуждаются в назначении лекарственных препаратов для лечения и профилактики остеопороза.
19-20 76
Аннотация
Цель исследования: сравнение частоты остеопоротических переломов проксимального отдела бедра и дистального отдела предплечья среди мужского и женского населения Московской области в возрасте 50 лет и старше за периоды 1998-2002 гг. и 2009-2013 гг. Материал и методы: проведено ретроспективно-проспективное сравнительное исследование частоты переломов среди населения Коломенского района в возрасте 50 лет и старше, расположенного на юго-востоке Московской области, общая численность которого составляет около 190 000 человек. Анализировалась вся медицинская документация травматологического отделения и травматологического пункта Коломенской центральной районной больницы, оказывающей медицинскую помощь всему населению Коломенского района, за два пятилетних периода: исходно в 19982002 гг. и далее в динамике в 2009-2013 гг. Регистрировались все случаи переломов проксимального отдела бедра и дистального отдела предплечья, случившиеся в периоды исследования. Частота переломов рассчитывалась на 100 000 мужского и женского населения района. Результаты: в 1998-2002 гг. было зарегистрировано 527 переломов проксимального отдела бедра (142 у мужчин и 385 у женщин) и 2420 переломов дистального отдела предплечья (325 у мужчин и 2095 у женщин). В период сравнения 2009-2013 гг. - 630 переломов проксимального отдела бедра (227 у мужчин и 403 у женщин) и 5204 переломов дистального отдела предплечья (2019 у мужчин и 3185 у женщин). У мужчин отмечалась тенденция к снижению частоты перелома проксимального отдела бедра в период с 20092013 гг. с 248,2 в 2009 г. до 123,0 на 100000 населения в 2013г (p>0,05). При этом, средняя частота перелома проксимального отдела бедра у мужчин в 2009-2013 гг. составила 170,8/100000 и имела четкую тенденцию к росту в сравнении с частотой в 1998-2002 гг. - 120,6/100000. При оценке динамики частоты перелома дистального отдела предплечья у мужчин выявлен существенный рост за последние 11 лет в среднем 5,5 раза с 276,1/100000 в 1998-2002 гг. до 1520,8/100000 в 2009-2013 гг. (p<0,05). Средняя частота перелома проксимального бедра у женщин за период 2009-2013 гг. была несколько ниже, чем в ранее оцениваемый временной интервал 1998-2002 гг. и составила соответственно 184,5 против 201,1 на 100 000 населения (p>0,05). Статистически значимых различий средней частоты перелома предплечья среди женского населения за два периода исследования также выявлено не было: в 2009 2013 гг. частота перелома предплечья у женщин составила 1458,5/100 000 населения против 1094,4/100000 в период 1998-2002 гг. (p>0,05). Каких-либо значимых тенденций изменения частоты как перелома проксимального отдела бедра, так и перелома предплечья у женщин в течение периода 2009-2013 гг. не наблюдалось. Выводы: сравнительное ретроспективно-проспективное исследование частоты остеопоротических переломов проксимального отдела бедра и дистального отдела предплечья среди населения Коломенского района Московской области в возрасте 50 лет и старше выявило выраженный рост в 5,5 раза распространенности перелома дистального отдела предплечья у мужчин в 2009-2013 гг. по сравнению с 1998-2002 гг. и отсутствие значимых изменений частоты исследуемых переломов среди женского населения. Полученные данные свидетельствуют о срочной необходимости широкого внедрения комплексных мероприятий по профилактике остеопороза и переломов среди мужского населения старшей возрастной группы.
21-21 68
Аннотация
В условиях дефицита финансирования здравоохранения, безусловно, приоритетными являются жизненно важные и высокотехнологичные виды медицинской помощи в отличие от широко распространенных хронических заболеваний, влияющих на функциональное состояние и качество жизни пациентов. К таким относятся хронические костносуставные заболевания, требующие длительного лечения и амбулаторного наблюдения. Одним из путей повышения качества оказания медицинской помощи таким пациентам является привлечение частных инвестиций и создание структуры государственночастного партнерства (ГЧП) путем соглашений с государственными структурами - в частности, медицинской академией, областным госпиталем ветеранов войн. С этой точки зрения представляет интерес сравнение результатов работы центра (кабинета) остеопороза на базе муниципального учреждения - поликлиники и лечебно-диагностического центра остеопороза (ЛДЦ ОП) как структуры государственно-частного партнерства - на базе учреждения травматологического и ортопедического профиля. Известно, что остеоденситометрия (ДХА) не входит в программу государственных гарантий и во всех случаях проводится на платной основе. По количеству выполненных обследований ЛДЦ ОП превосходит МУЗ в 6 раз - 120 и 20 исследований в мес., что объясняется более эффективной организацией работы. Кроме того, в ЛДЦ остеопороза используются все диагностические возможности современной остеоденситометрии (STRATOS, DMS, 2014 г.) - морфометрический анализ проводится каждой 4-ой пациентке с заключением о наличии деформаций тел позвонков по классификации Genant и дегенеративно-дистрофическими изменениями грудного и поясничного отделов позвоночника. Освоена объемная 3-Д-ДХА проксимального отдела бедра, в перспективе - более широкое применение ортопедических программ (перипротезные зоны протеза тазобедренного, коленного, плечевого суставов) с диагностикой нестабильности эндопротезов и энтезитов (получен патент на изобретение, 2016 год), применение программы «все тело» при лечении ожирения и саркопении. Следующим существенным отличием работы ЛДЦ остеопороза как ГЧП является возможность привлечения высококвалифицированных опытных специалистов в рамках лицензированных медицинских услуг - ревматологов, рентгенолога, эндокринолога-специалиста по остеопорозу, гинеколога-эндокринолога - специалиста по менопаузе, невролога, диетолога, физиотерапевта (в центре применяется передовая высокоинтенсивная лазеротерапия - HILT и общая магнитотерапия). Таким образом, создаются условия для консилиумного ведения наиболее сложных пациентов с полиморбидностью, обращающихся в центр. В результате до 75% пациентов - это больные с тяжелыми изменениями позвоночника и клиническими проявлениями - хронической болью в спине, требующих системного подхода к диагностике и лечению. Такой подход не реализуется в МУЗ в силу особенностей организации работы и перегруженности поликлинических врачей. Оказалось, что в условиях ГЧП особенно целесообразно проведение научных исследований и обучение молодых специалистов в силу создающихся условий для совершенствования работы, привлечения новых методов диагностики и лечения. Эффективно проведение терапевтического обучения пациентов с элементами ЛФК (1 раз в неделю проводится Школа здоровья для больных остеоартрозом и осте-опорозом, в перспективе - Школа для больных подагрой). Однако, есть определенные экономические трудности. Так, попытка признания работы центра остеопороза на принципах ГЧП как социально ориентированного медицинского бизнеса в регионе была безуспешной. В результате центр испытывает все жесткие требования рыночных отношений, и его самоокупаемость остается слишком низкой. Одним из путей решения таких проблем представляется работа в рамках территориальной программы обязательного медицинского страхования при условии достаточного финансирования. Таким образом, работа центра остеопороза на принципах ГЧП является высокоэффективной и современной формой оказания медицинской помощи больным в регионе как с широко распространенными (остеопороз, остеоартрит), так и редкими заболеваниями костно-суставной системы.
21-22 62
Аннотация
Актуальность: На сегодняшний день во многих странах мира создаются регистры пациентов, перенесших перелом проксимального отдела бедренной кости (ППОБ). Данные программы регистрации больных используются для полу чения и анализа разнообразных параметров, включая эпидемиологические характеристики, различные показатели оказания медицинской помощи больным, исходы (в стационаре и при длительном наблюдении за пациентами). Цель: оценить возможность получения данных о пациентах с ППОБ при использовании регистра и создать модель прогнозирования риска летального исхода в стационаре. Материал и методы. В больнице скорой медицинской помощи г. Ярославля был создан регистр пациентов, перенесших ППОБ, получивший название «РЕАЛЬНОСТЬ». Данная программа представляет собой интернет-ресурс, являющийся клиент-серверной информационной системой, доступ к которой осуществляется посредством веббраузера. Особенностью созданного регистра является возможность автоматизированного поступления данных из отделения статистики больницы. Благодаря этому происходит создание карт пациентов внутри системы (что позволяет избежать потерь случаев), и поступают все основные параметры, вносимые в данном подразделении больницы. В анализ были включены данные по больным в возрасте 50 лет и старше, получившим ППОБ (шифры по МКБ Х S 72.0 (перелом шейки бедра), S 72.1 (чрезвертельный перелом) и S 72.2 (подвертельный перелом), прошедшим лечение в ГАУЗ ЯО Кб СМП им. Н.В. Соловьева за период с 01.01.2013 по 16.04.2015 гг. На основании этих данных была создана модель прогнозирования развития летального исхода за врем пребывания больного в стационаре. Создана модель биноминальной многофакторной логистической регрессии, выполнена процедура ROC-анализа с построением соответствующей ROC-кривой. Статистический анализ выполнен с помощью прикладных программ STATISTICA 12 и MedCalc Statistical Software version 15.8. Результаты. За оцениваемый период летальность в стационаре составила 2,77% (47/1695). Полученная модель логистической регрессии для оценки вероятности развития летального исхода включила в себя такие параметры, как возраст, число часов до операции, основной диагноз (по МКБ Х), проведенную хирургическую операцию (0 - не оперированы, 1 - тотальное замещение тазобедренного сустава, 2 - остеосинтез, 3 - гемиартропластика). В ходе проведенного ROC-анализа чувствительность у данной модели составила 63,51 (95% ДИ 61,0; 66,0), специфичность - 83,33 (95% ДИ 65,3; 94,4). Соотношение вероятности риска летального исхода 3,81 (95% ДИ 1,7; 8,5) +LR и 0,44 (95% ДИ 0,4; 0,5) -LR. Выводы. Использование автоматизированной системы экспорта определенного ряда данных в созданном регистре пациентов с ППОБ позволяет получать и анализировать многие необходимые параметры, касающиеся оказанной медицинской помощи. По результатам анализа данных, поступивших в регистр, летальность в стационаре в данной группе больных составила 2,77%. Модель, прогнозирующая вероятность развития летального исхода за время госпитализации, включила в себя возраст, длительность дооперационного койко-дня (в часах), основной диагноз, проведенную хирургическую операцию.
22-22 76
Аннотация
Цель: оценить влияние рекомендаций травматолога и информированности пациента на выявляемость и лечение остеопороза (ОП) у пациентов старших возрастных групп с переломом дистального отдела предплечья (ПДОП). Материал и методы. В исследование включались пациенты в возрасте 50 лет и старше, перенесшие ПДОП с рентгенологическим подтверждениям диагноза. Критериями исключения были: ранее проведенная денситометрия, ранее установленный диагноз ОП или проводимое ранее лечение ОП, а также нарушение когнитивных функций или наличие тяжелых заболеваний, которые могли бы затруднить дальнейшее дообследование, лечение и наблюдение в течение года. Пациенты основной группы получили образовательную программу в виде брошюры для пациента и беседы врача травматологического пункта с пациентом о том, что перелом лучевой кости может быть проявлением ОП и о необходимости денситометрии для уточнения диагноза. Пациенты контрольной группы не получали образовательной программы и велись так, как заведено в практике травматологического пункта. Пациенты обеих групп наблюдались в травматологическом пункте до консолидации перелома. Опрос всех пациентов проводился через 6-8 мес. после перелома. Результаты. В исследование включено 121 пациент (56 чел. в основной группе, 65 чел. в контрольной группе). Средний возраст пациенток основной группы составил 61,3 ± 8,6 года, контрольной - 63,5 ± 8,1 года (p>0,05). 21 (37,5%) пациент основной и 26 (40%) пациентов контрольной группы до настоящего перелома имели переломы при низком уровне травмы (p>0,05). Через 6-8 месяцев после перелома, денситометрию выполнили 26 (46,4%) пациентов основной группы и 2 (3,1%) пациента контрольной группы, p<0,0001. У 14 чел. основной группы (53,8% из числа всех обследованных) выявлена остеопения, у 12 (46,2%) чел. показатели минеральной плотности костной ткани (МПКТ) соответствовали ОП. Нормальной МПКТ не было ни у кого. В контрольной группе у двух пациенток при денситометрическом исследовании выявлена остеопения. Лечение препаратами кальция и витамина D3 начали 55,4% пациентов основной группы и 35,4% контрольной группы, p<0,05, продолжали лечение данными препаратами более 6 месяцев 35,7% пациентов основной и 3,1% контрольной группы (p<0,05). Лечение препаратами патогенетического действия начали 12,5% пациентов основной группы и 3,1% контрольной группы, p=0,051. Продолжали лечение данными препаратами более 6 месяцев 12,5% пациентов основной и 1,5% контрольной группы, p=0,018. На инициацию и продолжение лечения влияли два фактора: наличие диагноза ОП, установленного врачом и наличие денситометрического заключения с остеопенией или остеопорозом и не влияли факторы риска: ни наличие других малотравматичных переломов в анамнезе, ни возраст старше 65 лет. Выводы. Информирование врачом пациента с переломом о возможной связи его перелома с остеопорозом вкупе с брошюрой об остеопорозе повышают долю пациентов, прошедших денситометрию и начавших лечение. Предикторами инициации лечения и сохранения приверженности ему является наличие диагноза остеопороза и данные денситометрии, подтверждающих его.
23-23 77
Аннотация
Современный взгляд на организацию служб вторичной профилактики переломов (FLS - Fracture Liaison Service) является определенным и подтвердил свою эффективность. Такие службы должны решать задачи организации помощи больным, получившим малоэнергетические переломы костей, с целью предупреждения повторных переломов. Организация и функционирование таких служб оптимально на базе стандартов разработанных под эгидой Международной организации по остеопорозу (IOF) в рамках программы «Capture the Fracture», включающих 13 стандартов, разделенных на 3 уровня. В нашей стране первым проектом FLS для амбулаторных пациентов стала программа «ПРОМЕТЕЙ» в Санкт-Петербурге. С 2015 года работает программа FLS для стационарных больных, созданная в РНИИТО им. Р.Р. Вредена. Цель. Разработать и внедрить в РНИИТО им. Р.Р. Вредена систему учета, дополнительного обследования, анти-остеопоротической терапии и диспансерного наблюдения за пациентами в возрасте старше 50 лет с малоэнергетическими переломами костей. Задачи. 1. Отработать маршрутизацию пациентов с малоэнергетическими переломами костей старше 50 лет в рамках института. 2. Организовать выбор и учет пациентов, нуждающихся во вторичной профилактике повторных остеопоротических переломов костей, создать регистр на бумажном и электронном носителях. 3. Определить и провести у отобранных пациентов необходимый объем диагностических мероприятий с целью выявления системного остеопороза, его дифференциальной диагностики и оценки риска повторных переломов. 4. Назначить и провести по соответствующим показаниям адекватную антиостеопоротическую фармакотерапию. 5. Организовать систему диспансерного наблюдения за пациентами указанного профиля на протяжении года после травмы. 6. Определить у них анатомические и функциональные исходы после оперативного лечения. 7. Оценить приверженность и эффективность проведенной у отобранных больных вторичной профилактики остеопоротических переломов костей. Материал и методы. В институте была разработана схема маршрутизации профильных больных старше 50 лет с малоэнергетическими переломами костей, в соответствии с которой такие больные на следующий день после поступления в стационар осматриваются исследователями, им рассчитывается индекс FRAX, назначается рентгеновская денситометрия, данные заносятся в регистрационную карту и электронную базу. Затем по итогам обследования больному рекомендуется соответствующее антиостеопоротическое медикаментозное лечение. В дальнейшем посредством телефонных контактов через 3,6 и 12 месяцев проводиться контроль приверженности лечению. Результаты. В настоящее время в исследовании под наблюдением находятся 154 пациента средний возраст которых 65 лет (от 50 до 87 лет), среди которых преобладают женщины - 112 (72,7%). Локализация зарегистрированных переломов представлена преимущественно дистальным метаэпифизом лучевой кости у 63 (40,9%) пациентов, проксимальным отделом бедренной кости у 24 (15,6%) пациентов и проксимальным отделом плечевой кости у 23 (14,9%) пациентов. Иные локализации малоэнергетических переломов составили 28,6%. У 75 (48,7%) пациентов в анамнезе уже имелись малоэнергетические переломы. 93 (60,4%) пациента прошли денситометрическое обследование, которое выявило у 67 (72% от обследованных) значения соответствующие остеопорозу (от -2,5 до -4,3 стандартных отклонений в поясничном отделе и от -2,5 до -3,5 стандартных отклонений в проксимальном отделе бедра). У 26 (28%) обследованных пациентов показатели соответствовали остеопении. Всем пациентам было назначено соответствующее медикаментозное лечение, тем кто не выполнил денситометрию на основании расчета индекса FRAX. При телефонных опросах через 3 месяца рекомендаций по лечению придерживались 98 (63,6%) пациентов, через 6 месяцев 64 (41,6%), через 12 месяцев 48 (31,2%). 12 (7,8%) пациентов сообщили о повторных переломах, из них 10 лечения не получали. Заключение. Первые результаты функционирования программы FLS в крупном травматолого-ортопедическом стационаре - РНИИТО им. РР Вредена показали высокую медицинскую и социальную значимость этой работы и полностью подтвердили необходимость создания подобных служб в нашей стране.
23-24 48
Аннотация
Травматологи-ортопеды, как правило, сталкиваются с проблемой остеопороза, когда пациент обращается уже с осложнением последнего, низкоэнергетическим переломом. У таких пациентов многократно возрастают риски повторных переломов, ухудшается прогноз по качеству и продолжительности жизни, а сам диагноз остеопороз формулируется уже как тяжелый остеопороз. Вследствие этого трудно переоценить роль травматологов-ортопедов в решении обсуждаемой проблемы и чрезвычайно важно знать в какой степени они участвуют в лечении пациентов с остеопорозом. Цель. Оценить степень информированности травматологов-ортопедов по вопросам диагностики и лечения остеопороза, вторичной профилактики остеопоротических переломов костей, а также определение степени их участия в решении указанных проблем. Материал и методы. Нами проведено анкетирование 153 травматолого-ортопедов из всех федеральных округов РФ, принявших участие в научно-практической конференции с международным участием «Вреденовские чтения» в октябре 2015 года. Средний возраст опрошенных составил 37 лет (от 22 до 68 лет), средний стаж работы 13 лет (от 1 до 40 лет), 93% работали в стационаре, 84% выполняли не менее 25 операций ежемесячно. Результаты. 77% врачей не шифруют в медицинской документации диагноз остеопороз согласно кодов МКБ. 75% указали на наличие в их регионе центра профилактики и лечения остеопороза. Наличие денситометра в регионе подтвердил 91% опрошенных, но направляют на него только 71%. При этом средняя доля направленных на денситометрию по отношению ко всем пациентам, которым был поставлен диагноз остеопороз составила лишь 34%. Основным методом диагностики остеопороза врачи считают рентгенографию (78%), а рентгеновскую денситометрию только 61%. Всего 20% используют FRAX. Чаще всего для лечения остеопороза доктора назначают комбинированные препараты кальция и витамина Д3 (70% опрошенных) и препараты кальция (56%). Все остальные варианты медикаментозной терапии набрали по результатам анкетирования менее 50% ответов. Несущественной оказалась разница между парантеральной и пероральной формами назначаемых фисфосфонатов (41% и 39% соответственно). 18% респондентов назначают кальцитонин лосося в виде назального спрея и 21% стронция ранелат, несмотря на существенные ограничения в использовании этих препаратов. 27% опрошенных назначают активные метаболиты витамина Д. На вопросы о сроках назначения медикаментозной терапии 44% ответили, что назначают терапии как можно раньше после перелома, 25% - больше одного года, 22% - сразу после активизации пациента, 13% - на один год. 56% травматологов-ортопедов, из числа назначающих терапию, проводят контроль ее эффективности. 60% с этой целью используют рентгеновскую денситометрию. Только 10% повторно рассчитывают индекс FRAX. Травматологи-ортопеды широко использую немедикаментозные методы лечения остеопороза: лечебную физкультуру 89%, физиотерапию 52%, лечебное питание 42%, пищевые добавки 21% опрошенных. Только 31% респондентов указали на проведение в их учреждении мероприятий по вторичной профилактике переломов костей, среди которых чаще всего были отмечены: 26% - информирование пациентов по вопросам остеопороза, 23% - консультация пациента в специализированном центре или кабинете. Контроль эффективности антиостеопоротического лечения через год и выполнение повторной рентгеновской денситометрии реализуются в 15% и в 16% учреждений соответственно. В тоже время, 95% опрошенных специалистов отметили необходимость таких мероприятий, 73% для всех пациентов с переломами костей и 24% для части из них. Заключение. Впервые в Российской Федерации удалось провести анкетирование столь значительной группы травматологов-ортопедов по вопросам диагностики и лечения остеопороза, представлявших все регионы страны. Полученные данные свидетельствую о недостаточной информированности респондентов в вопросах как диагностики, так и лечения остеопороза, наличии собственных схем и приоритетов в лечении. Однако понимание травматологами и ортопедами важности вопроса вторичной профилактики остеопоротических переломов дает надежду на комплексное решение этой проблемы в ближайшие годы.
24-25 48
Аннотация
Поводом для проведения работы послужили данные нашего эпидемиологического исследования по оценке ранней медицинской помощи с переломами проксимального отдела бедра в Коломенском районе Московской области в 19982002 гг. Из 527 зарегистрированных в 1998-2002 гг. случаев переломов проксимального отдела бедра у мужчин и женщин в возрасте 50 лет и старше, в первые дни после травмы госпитализированы только 176 пациентов (33,4%). Средняя длительность госпитализации составила 40 дней и колебалась от 1 дня, когда больному накладывался деротационный сапожок и дальнейшее наблюдение осуществлялось амбулаторно, до 178 дней в связи с проведением оперативного лечения, скелетного вытяжения или по социальным показаниям. В первый месяц после перелома за 5 лет проведено только 10 операций остеосинтеза и ни одной операции эндопротезирования (1,9% случаев). Цель исследования: провести оценку изменений в качестве оказания ранней медицинской помощи больным с переломами проксимального отдела бедра в Московской области в период 2009-2013 гг. по сравнению с 1998-2002 гг. Материал и методы. Исследование проводилось в Коломенском районе Московской области, общая численность населения которого составляет около 190 000 человек. Сведения о характере медицинской помощи (частоте госпитализаций и проведенных операций) больным с переломами проксимального отдела бедра в возрасте 50 лет и старше были получены при полном анализе архива медицинской документации и электронной базы данных за 2009-2013 гг. травматологического отделения и травматологического пункта Центральной районной больницы Коломенского района, оказывающей специализированную медицинскую помощь всему населению района. Полученные результаты сравнивались с аналогичными данными за период 1998-2002 гг.. Результаты. Сравнительная оценка качества медицинской помощи больным с переломами проксимального отдела бедра показала значимый рост средней частоты госпитализаций в ранние сроки после травмы с 33,4% в 1998-2002 гг. до 49,0% в 2009-2013 гг. (p<0,05). При этом, было отмечено неуклонное возрастание доли госпитализаций больных с переломом бедра сразу после травмы начиная с 2011 г. (35,2%) до 2013 г. (66,1%, р<0,01). Выявлено значимое увеличение оперативной активности в первые дни после травмы с 1,9% в 1998-2002 гг. (проводились только операции остеосинтеза) до 23,2% в среднем за период 2009-2013 гг. (проводились операции и эндопротезирования, и остеосинтеза, р<0,01). В течение периода 2009-2013 гг. частота проведения оперативного лечения в ранние сроки после перелома проксимального отдела бедра значимо возросла с 10,5% в 2010 г. до 41,1% в 2013 г. (р<0,05), в частности, увеличилась частота проведения остеосинтеза с 5,0% в 2009 г. до 35,5% в 2013 г. (р<0,05 и р<0,01 соответственно в сравнении со средней частотой проведения остеосинтеза в 1998-2002 гг.). Средняя частота срочных операций эндопротезирования в 2009-2013 гг. составила 6,7%. Выводы. Проведенный анализ показал существенное улучшение качества оказания ранней специализированной медицинской помощи больным в возрасте 50 лет и старше с переломами проксимального отдела бедра в Коломенском районе Московской области в период 2009-2013 гг. по сравнению с 1998-2002 гг. Отмечено значительное увеличение частоты госпитализаций и срочного оперативного лечения, причем как операций эндопротезирования, так и остеосинтеза, при данном виде травмы.
25-25 47
Аннотация
Актуальность. В ходе проведенных эпидемиологических исследований по оценке инцидентности ППОБ было получено, что в возрасте 50-69 лет данный показатель выше у мужчин по сравнению с женщинами, в то время как после 70 лет он значительно преобладает у женщин. В связи с этим было выполнено исследование для оценки факторов, которые могли стать причиной выявленной закономерности. Цель. Создание диагностической модели прогнозирования вероятности получения ППОБ у мужчин в возрасте до 70 лет. Материал и методы. Было проведено сплошное исследование по типу случай-контроль среди мужчин г. Ярославля в возрасте 40-69 лет, получивших ППОБ с 01.09.2010 по 01.02.2012 гг. (n=128). Контрольную группу составили мужчины того же возраста без переломов, прошедших диспансеризацию и отнесенных к 1-й группе здоровья (n=50). Изученные в группах исследования факторы риска остеопороза, сопутствующие заболевания, лабораторные показатели (уровень свободного тестостерона, 17-эстрадиола, пролактина, паратиреоидного гормона, тиреотропного гормона, 25(ОН)-витамина D), результаты оценки МПК по DXA были последовательно включены в модели биноминальной многофакторной логистической регрессии. После получения уравнения логистической регрессии выполнена процедура ROC-анализа с построением соответствующих ROC-кривых. В результате получены несколько вариантов моделей, имевших достаточную статистическую значимость для прогнозирования развития ППОБ у пациентов в возрасте 40-69 лет. С целью выявления наиболее прогностически мощной комбинации учетных переменных проведена процедура сравнения площади под кривой (AUC) в каждой из созданных моделей. Статистический анализ выполнен с помощью прикладных программ STATISTICA 12 и MedCalc Statistical Software version 15.8. Результаты. Наибольшую стабильность и приемлемые характеристики имела модель, включившая в себя сочетание таких факторов, как нарушение зрения, артериальная гипертензия, уровень 25(ОН)-витамина D и курение, p <0,0001. Чувствительность данной модели составила 70,83%, а специфичность 75,81%. Соотношение вероятности риска ППОБ 4,96 +LR и 0,34 -LR, площадь под кривой - 0,859. Выводы. В ходе проведенного исследования была получена диагностическая модель для прогнозировании вероятности развития ППОБ у мужчин в возрасте 40-69 лет, включившая в себя такие параметры, как наличие нарушений зрения, артериальной гипертензии, курения и уровень 25(ОН)-витамина D.
25-26 82
Аннотация
Цель: оценить эффективность комплексных реабилитационных мероприятий у пациентов старческого возраста после оперативного лечения по поводу переломов проксимальных отделов бедра, обусловленных тяжелым течением сенильного остеопороза. Материал и методы. Проведено комплексное обследование 23 пациентов старческого возраста, госпитализированных в отделение реабилитации после оперативного лечения переломов проксимальных отделов бедренной кости, полученных в результате падения с высоты собственного роста. Женщины составляли большинство пациентов (82,6% против 17,4% мужчин), их средний возраст был 80,9±5,4 лет; средний возраст мужчин составлял 77,4±2,1 лет. Помимо возраста, у 17,4% больных имелся такой фактор риска остеопороза как недостаточная масса тела, ранняя менопауза отмечалась у 8,7% женщин. 6 человек (26,1%) указывали на предшествующие низкоэнергетические переломы. У 100% пациентов Т-критерий, измеренный методом компьютерной томографии, соответствовал остеопорозу и равнялся в среднем -3,76±0,8. В 60,9% наблюдений было проведено эндопротезирование тазобедренного сустава, в 39,1% - остеосинтез бедренной кости. Пациенты госпитализировались на 5-14 (в среднем на 11,7±2,5) сутки после операции. Комплексное гериатрическое обследование включало объективный осмотр, лабораторно-инструментальное обследование, а также определение степени независимости в повседневной жизни по шкале Бартела и оценку когнитивных способностей при помощи опросника «Мини-исследование умственного состояния». Выраженность боли оценивали по визуально-аналоговой шкале (ВАШ). Длительность стационарного периода реабилитации составляла от 18 до 48 (среднем 28,5±8,6) дней. Программа реабилитации была направлена на профилактику осложнений, уменьшение болевого синдрома, укрепление мышц, увеличение объема движений в оперированном суставе, расширение режима двигательной активности, повышение толерантности к физической нагрузке и включала в себя: лечебную гимнастику индивидуально с инструктором, ходьбу в системе разгрузки массы тела при необходимости исключения осевой нагрузки на конечность, обучение ходьбе с использованием дополнительных средств опоры, разработку движений в суставе на артрологическом комплексе «Artromot», при отсутствии тромбоза глубоких вен - электромиостимуляцию и массаж оперированной конечности в электростатическом поле аппаратом «Hivamat», а также магнито- и лазеротерапию. Реализация комплексной реабилитационной программы осуществлялась мультидисциплинарной бригадой специалистов. Результаты. Комплексная оценка гериатрического статуса с определением уровня функционирования свидетельствовала о выраженной зависимости пациентов от помощи окружающих, суммарный балл по шкале Бартела составлял 40±8,9. Только 21,7% пациентов могли самостоятельно передвигаться с помощью дополнительных средств опоры, еще 65,2% были вертикализированы и могли стоять при посторонней поддержке, 13,1% присаживались в постели с посторонней помощью. У 43,5% пациентов отмечалось снижение когнитивных функций, еще у 47,8% лиц имелась деменция различной степени выраженности. Динамическая оценка соматического статуса, лабораторно-инструментальных параметров продемонстрировала хорошую переносимость реабилитационных мероприятий. Послеоперационных осложнений не было ни в одном из наблюдений. Оценка боли в оперированной конечности по ВАШ продемонстрировала ее уменьшение с 67,0±14,5 мм до 32,2±11,1 мм. Индекс Бартела при завершении стационарного этапа реабилитации равнялся 65±10,8 баллам. 100% пациентов были вертикализированы, 86,9% из них самостоятельно передвигались при помощи дополнительных средств опоры (ходунки), 3 из 23 пациентов (13,1%) с выраженной деменцией были адаптированы к креслу-каталке. Выводы. Таким образом, междисциплинарная программа реабилитации с применением комплексной гериатрической оценки у пациентов старческого возраста с переломами проксимальных отделов бедра на фоне тяжелого остеопороза способствует эффективной профилактике послеоперационных осложнений, уменьшению болевого синдрома, повышению функциональной активности и независимости в повседневной жизни.
26-26 69
Аннотация
Fractures are the essential problem of osteoporosis, therefore identification of patient at risk is crucial. This is widely known that patients with higher risk, increased in these group 2 to 6 times. Orthopedic surgeon is the first and usually the last doctor who sees the patients, but unfortunately, only 10 to 20% of these patients are treated. This situation led to founding Fracture Liaison Service (FLS) system in Europe and the USA. This system is based on a coordinator (CO) employed on a trauma ward, who is responsible for secondary fracture prevention. A CO identifies patients who sustained a low trauma fracture and educates them about the risk of a next fracture and prevention methods. He also initiates osteoporosis diagnosis and treatment. Thanks to the support of Amgen Poland the Polish Osteoarthrology Society launched 16 centers in various part of Poland in 2015. Prior to the initiation of FLS a report on osteoporosis in Poland and program assumptions were prepared together with educational materials for doctors and patients. Digitalized reports were sent by COs to the central office and were inserted to the National Database. In this way a registry of osteoporotic fractures and data on fracture prevention were created. After 18 months of activity 1,553 patients were included, 746 DXA scans were done, 492 doctor consultations took place, 374 patients started therapy and 535 calcium and vitamin D supplementations were implemented. Unfortunately, due to funds exhaustion the system was officially closed on 01.06.2015, nevertheless an appropriate extensive program proposal was sent to the Polish Ministry of Health. Without a doubt, an education outreach campaign for orthopedic surgeons, health service managers and patients was our great success. The main impediment of this program and similar ones was the underfunding of health service and apprehension of possible liabilities due to FLS activities. Additional problems were work overload of ward personnel and the lack of fall prevention system in Poland. Cost-effectiveness of FLS is well documented worldwide however everyday costs have to be covered by a given hospital with no refunding from National Health Founds.
27-27 97
Аннотация
В конце 20 века в России отмечается увеличение продолжительности жизни населения, которая в настоящее время превысила 70 лет и сегодня доля пожилых людей в РФ составляет 28,4% и прогнозируется к увеличению [4]. В России эпидемиологические особенности переломов изучены недостаточно, имеет место недооценка бремени патологии [1; 2]. Больные обращаются за помощью в разные отделения и больницы, профильные и непрофильные. Неблагоприятные условия для оказания помощи таким больным складываются в некоторых регионах Урала, Сибири и Дальнего Востока, что послужило поводом для проведения данного исследования. Материалы исследования: Данные ведомственной статистики по организации оказания помощи больным с переломами проксимального отдела бедра в Омской, Челябинской, Ростовской, Хабаровской, Воронежской и Самарской области в 2012 - 2014 гг. Методы исследования: эпидемиологический, статистические: описательная статистика, сравнение групп (U Манна-Уитни, H Краскелла-Уоллиса, расчеты, построение графиков и карт проведено в Microsoft Excel 2007, STATISTICA 6.1, в программе 1С Результаты. В Омской, Челябинской и Ростовской областях заболеваемость регистрировалось в 130-160 случаев на 100 тыс., населения, в Хабаровском крае - 72,4 на 100 тыс. В Воронежской и Самарской областях отмечены самые низкие показатели - 25-40 на 100 тыс. населения. Из 5 регионов рост числа переломов шейки бедра отмечен на 3-х территориях: Челябинской, Омской, Самарской областей. В Челябинской области за период 2012-2014 гг. - на 36%; в Омской области за 2013-2014 гг. - на 11%, в Самарской -на 23%. В Омской области, по данным за первое полугодие 2015 года прогнозируется дальнейший рост, ожидается порядка 184 на 100 тыс., то есть на 18% больше по сравнению с предыдущим 2014 годом. В Ростовской и Воронежской областях регистрируется небольшое снижение уровня патологии. Средний уровень по изученным регионам составил 110,4 на 100 тыс. населения. При анализе соотношения различных типов переломов бедра почти во всех регионах преобладали переломы шейки бедра. В среднем в России 60% от всех ППОБ приходится на шейку бедра. Однако в разных регионах степень этого преобладания различалась: от 54% в Омской области, до 78% в Ростовской области (различия со средним статистически значимы, ч2=7,57, р=0,006). Исключение - Хабаровский край, где переломов шейки бедра было меньше, чем переломов проксимального отдела: 46 и 54%, соответственно (различия со средним статистически значимы, ч2=3,93, р=0,047). Средний возраст больных отмечен в диапазоне порядка 75-77 лет, самому старшему больному исполнилось 105 лет. В этом же диапазоне регистрируется и наибольшее количество больных в регионах: около 50 человек в Омской области, около 1000 - в Челябинской. Другие пики отмечаются в диапазоне 60-64 лет. Уральские авторы отмечают максимальные уровень заболеваемости в расчета на 100 тыс. в возрасте 95-99 лет у женщин (порядка 4650 впервые выявленных случаев на на 100 тыс.) и 85-89 лет у мужчин (порядка 1870 на 100 тыс.). Дифференцировалось также, в соответствии с принятыми в регионе стандартами, и оказание помощи пациентам. Сравнительный анализ данных ФОМс по Омской, Воронежской и Челябинской области показал, что число прооперированных больных составило от 35% в Омской области до 47% в Челябинской области (по уточненным данным). Различалось и соотношение между основными видами оперативного лечения. Из общего числа операций в Омской и Воронежской областях эндопротезирование проводилось реже (16-19%), а остеосинтез чаще - в 46-55% случаев. В Челябинской области оба основных вида оперативного лечения проводились в равных пропорциях - примерно по 19% случаев от всего числа операций. Существенно варьировались и сроки госпитализации пациентов: до 172 суток в Омской области (в среднем по медиане 17 суток) и до 378 суток в Челябинском регионе (в среднем по медиане 15 суток) в 2012-2014 г.г. С определенной осторожностью к положительным тенденциям следует отметить снижение летальности в российских регионах этой категории больных до уровня 2,8% в Омской области и 2,2% - в Челябинской. Различается стоимость лечения в регионах. За последних 3,5 года в Омской области затраты на лечение пациентов этой категории составили 89,6 млн рублей, при средней порядка 30 тыс. рублей. В Челябинской области затраты были выше: всего 241,3 млн рублей, при средней 33,6 тыс. рублей. Заключение: В различных регионах Российской Федерации за последние три года регистрируется рост числа больных с переломами проксимального отдела бедренной кости до 18%. В структуре указанной патологии преобладают больные в возрасте 75 - 77 лет, страдающие остеопорозом. При этом переломы шейки бедренной кости в большинстве проанализированных регионов преобладают (до 60%) над другими типами переломов проксимального отдела бедренной кости. В регионах России остается недостаточно высокой оперативная активность в отношении больных рассматриваемого профиля. Полученные данные свидетельствуют о значительной длительности пребывание больных с переломами проксимального отдела бедра на стационарной койке и высоких расходах на стационарное лечение.
28-28 45
Аннотация
Цель. Оценка влияния информирования пациенток с постменопаузальным остеопорозом о величине 10-летнего абсолютного риска остеопоротических переломов по FRAX® на решение начать лечение и приверженность к терапии. Материал и методы. В многоцентровое рандомизированное исследование включено 417 женщин (средний возраст - 65,9 г) с впервые установленным диагнозом постменопаузальный остеопороз. Группа 1 (основная, n=191) - пациенткам определялась величина 10-летнего абсолютного риска основных остеопоротических переломов и перелома проксимального отдела бедра по FRAX®; пациентка информировалась о величине риска и о том, соответствует ли она порогу вмешательства. Группа 2 (контрольная; n=196) - пациентка получала обычную консультацию и рекомендации, без подсчета FRAX во время консультации. Всем пациенткам рекомендован прием алендроновой кислоты в стандартной дозе, препараты кальция и витамина D. Результаты. В течение первых трех месяцев после установления диагноза остеопороз и консультации у врача 96,4% пациенток начали лечение. Соблюдение рекомендаций врача по лечению на протяжении первых шести месяцев наблюдения пациенток в данном исследовании было выше на 7% в основной группе; соблюдение правил приема исследуемого препарата пациентками основной группы было на 8% выше, чем в группе контроля. Выводы. Информирование пациента о риске последующих переломов и его соответствии порогу вмешательства может быть весьма существенным фактором в принятии решения о начале патогенетического лечения и дальнейшей приверженности рекомендациям врача, что улучшает прогноз для данной категории больных и имеет важнейшее медико-социальное значение. Исследование выполнено при поддержке компании «Акрихин».
28-29 59
Аннотация
Актуальность. Создание центров по профилактике повторных переломов (ЦППП) является эффективном способом снижения заболеваемости остеопоротическими (ОП) переломами. Во многих странах мира в настоящее время идет организация подобных центров, работа которых строится на максимальном выявлении пациентов, проведении у них оценки риска последующих переломов и назначении необходимой терапии. Подобный центр был создан в г. Ярославле на базе больницы СМП им. Н.В. Соловьева, в 2015 г. Международным фондом остеопороза его работа была признана соответствующей «Серебряному» уровню достижений в рамках оценки «Базы Лучших Практик». Цель. Оценить риск последующих переломов у лиц, включенных в программу профилактики повторных переломов. Материал и методы. В ЦППП в течение 1 года обратился 691 человек, средний возраст составил 72,54±9,86 года Оценка риска последующие переломов включила в себя: оценку уровня травмы; анализ факторов риска (ФР) ОП-переломов; подсчет абсолютного риска переломов (FRAX); измерение МПК по данным DXA (проводилась на остеоденситометре Hologic Explorer, США, 2006 г.). Результаты. Среди включенных больных у 11 (1,59%) был выявлен высокоэнергетический перелом, у 9 (1,30%) патологический на фоне опухоли. Поэтому дальнейшие оценки выполнялись у 671 больных. У 89 (13,26%) пациентов опрос не был проведен (тяжелое состояние, деменции, летальный исход или ранняя выписка из стационара). Среди опрошенных ФР ОП отмечены у 526 (90,38%) пациентов, у большинства выявлены сразу несколько из них (два - у 225 (38,66%), три - у 85 (14,60%), четыре и более - у 19 (3,26%)). Перенесенные ранее низкоэнергетические переломы выявлены у 261 (44,85%) человека, при этом два перелома - у 75 (12,89%), три и более - у 16 (2,75%). Всего подсчет числа клинических переломов на данную популяцию выявил 959 случаев. К другим наиболее часто встретившимся ФР ОП-переломов относились: курение (12,20%), ранняя менопауза (22,32% среди включенных женщин), наличие перелома проксимального отдела бедра у родителей (6,01%). Показатель FRAX (без учета того перелома, по поводу которого пациент был включен в ЦППП) был подсчитан у 573 (98,45%) больных, так как 9 пациентов были старше 90 лет. При этом высокий риск переломов выявлен у 2 (1,35%) мужчин и 114 (26,82%) женщин. Оценка МПК выполнена у 292 (50,17%) больных, остальным она не проводилась ввиду тяжести состояния после операции (из них более 90% имели перелом проксимального отдела бедра). При этом ОП был выявлен у 141 (48,29%), остеопения у 117 (40,07%), норма - у 34 (11,64%). Анализ встречаемости различных значений МПК в зависимости от локализации перелома не выявил достоверных различий. Выводы. Таким образом, оценка риска повторных переломов у пациентов, включенных в наблюдение в ЦППП, выявил большую распространенность ФР ОП, особенно часто отмечались перенесенные в анамнезе переломы (что демонстрирует наличие «каскада» ОП-переломов у них), ранняя менопауза, курение, перелом бедра у родителей. Однако показатель FRAX показал довольно низкую частоту превышения порогового значения для основных ОП-переломов. При выполнении DXA оказалось, что ОП отмечен менее чем у 50% пациентов, а более чем у 10% перелом произошел на фоне нормальных значений МПК.
29-29 56
Аннотация
Цель. Оценить чувствительность и специфичность российской модели FRAX® и рентгеновской денситометрии у женщин в постменопаузе. Материал и методы. В исследование включены 224 женщины в постменопаузе в возрасте от 50 до 82 лет (ср. возраст 62±7 лет), обследованные в 2003-2004 гг. и имевшие на этот момент данные необходимые для внесения в вопросник FRAX® для определения 10-летнего абсолютного риска переломов, который был заполнен ретроспективно в 2013 2014 гг. в ходе динамического наблюдения с целью оценки состояния пациентов. Риск основных остеопоротических переломов (ОП-переломов) оценивался в соответствии с порогом терапевтического вмешательства, предложенного Российской ассоциацией по остеопорозу в 2012г. как без, так и с учетом минеральной плотности кости (МПК). Диагноз остеопороаза ставился в соответствии с критериями ВОЗ при проведении DXA. Результаты. На момент первичного обследования переломы при минимальной травме в анамнезе имели 96(43%) женщин, остеопороз в позвоночнике и/ или шейке бедра -105 (47%), значения FRAX® без учета МПК выше предложенного порога терапевтического вмешательства - 70 (31%) человек. В соответствии с современными рекомендациями антиостеопоротическая терапия должны была быть рекомендована 146 (65%) пациентам. За оцениваемый период патогенетическую терапию (кроме кальция и витамина D) в течение года и более получали 127 (57%) женщин. Проводимое лечение в группе высокого риска, направленное на снижение риска переломов, могло оказать влияние на результаты на результаты исследования. Переломы при минимальном уровне травмы за 10-летний период произошли у 106 (47%) женщин, в том числе у 29 (37%) из 78 женщин, которым терапия остеопороза на момент первичного обследования была не показана. Диагностическая чувствительность алгоритма FRAX® без учета МПК шейки бедра составила 41% (95%ДИ, 31-51), специфичность 77% (95% ДИ, 68-84). При внесении данных МПК чувствительность FRAX® снизилась до 38% (95%ДИ, 29-48), а специфичность повысилась до 82% (95%ДИ, 74-88). Чувствительность денситометрии позвоночника для прогнозирования ОП-переломов была выше, чем алгоритма FRAX®, и составила 53% (95%ДИ, 43-63) при более низкой специфичности 61% (95%ДИ, 52-70), а денситометрия шейки бедра показала более низкую чувствительность 25% (95% ДИ, 18-35) при высокой специфичности 89% (95%, 82-94). При оценке абсолютного риска переломов по FRAX® с использованием графика вероятности перелома с переходной зоной между высоким и низким риском для проведения денситометрии была получена более высокая чувствительность 67% (95%ДИ, 57-76) при специфичности 59% (95%ДИ, 50-68), что связано с выявлением пациентов с осте-опорозом при проведении DXA, нуждающихся в терапии. Заключение. Предложенный порог терапевтического вмешательства алгоритма FRAX® для основных ОП-переломов, рассчитанный как без МПК шейки бедра, так и с ней, не позволяет в достаточной мере выявлять пациентов, нуждающихся в назначении антиостеопоротической терапии. Дополнительное денситометрическое обследование среди лиц с «переходными» показателями FRAX® позволяет улучшить чувствительность метода.
30-30 46
Аннотация
Цель исследования: оценить риск развития остеопоротических переломов (ОП) у больных хроническими неинфекционными заболеваниями (ХНЗ) (ишемической болезнью сердца (ИБС), артериальной гипертензией (АГ), хронической обструктивной болезнью легких (ХОБЛ), бронхиальной астмой (БА)). Материал и методы. В исследование включены 377 пациентов с ХНЗ, средний возраст 55,3±1,6 лет и 221 человек, которые составили группу контроля, средний возраст 53,2±1,3 лет. По характеру нозологии пациенты распределились следующим образом: 1 группа: 84 пациента с ИБС и АГ, 2 группа: 99 больных АГ, 3 группа: 70 пациентов с ХОБЛ и 4 группа: 124 - с БА. Обследуемые всех групп были сопоставимы по возрасту, полу и индексу массы тела. 10-летнюю вероятность развития ОП рассчитывали, применяя компьютерную программу FRAX, согласно рекомендациям Международной ассоциации по остеопорозу и ВОЗ (2008). Результаты: показатели десятилетнего риска основных ОП составили: 15,11±4,07 у больных ИБС в ассоциации с АГ; 10,01±1,27 у пациентов с АГ; 18,0%±1,65% у больных ХОБЛ; 19,1±1,45% у пациентов с БА. Средние значения риска развития перелома проксимального отдела бедра распределились следующим образом: 3,95±0,74; 1,34±0,37; 6,0±0,83, 7,4±1,25 и 0,37±0,08, соответственно. Таким образом, высокий риск развития остеопоротических переломов, особенно, проксимального отдела бедра (более 3%) имели большинство пациентов с ХНЗ, что обосновывает необходимость назначения им своевременной антиостеопоротической терапии. Согласно рекомендациям Международной ассоциации по остеопорозу и ВОЗ, антиоостеопоротическая терапия может быть инициирована у пациентов с 10-летним риском развития основных ОП >20% или риском перелома шейки бедра >3%. Как показали результаты нашего исследования, риск основных ОП более 20% имели 19,6% пациентов с ССЗ; 32,9% больных ХОБЛ, 23,4% с БА, тогда как риск перелома проксимального отдела бедра более 3% - 36,9% больных ССЗ, 64,3% обследованных с ХОБЛ, 38,7% больных БА. Выводы. В ходе исследования установлено, что пациенты с ХНЗ имеют высокий риск как основных остеопоротических переломов, так и переломов шейки бедренной кости, что требует своевременной диагностики, комплексной профилактики и лечения остеопении у пациентов с ХНЗ (ИБС, АГ, ХОБЛ и БА). С учетом использования диагностического порога, при котором инициируется лечение по программе FRAX, в антиостеопоротической терапии нуждаются более трети больных ХНЗ.
30-31 39
Аннотация
Цель. Изучить распространенность факторов риска (ФР), валидированных для модели FRAX®и оценить среднюю 10-летнюю вероятность переломов в разных городах РФ в рамках многоцентрового наблюдательного исследования «Эпидемиология сердечно-сосудистых заболеваний в регионах РФ». Материал и методы. В исследовании приняли участие жители 8 городов: Вологды, Иваново, Волгограда, Владикавказа, Тюмени, Кемерово, Красноярска и Владивостока. Была сформирована представительная выборка населения (n=9143), включающая 2819 мужчин и 6324 женщин в возрасте 40-69 лет (средний возраст 53,29±0,02 лет). Обследование проводилось в 2012-2013 гг. Для опроса использовался стандартный вопросник, построенный по модульному типу, куда были включены вопросы по клиническим ФР, включенным в модель FRAX ®. 10-летняя вероятность основных переломов (FRmaj) и переломов бедра (FRhip) рассчитывалась без учета минеральной плотности кости. Статистический анализ полученных данных проводился с помощью системы статистического анализа информации - SAS (Statistical Analysis System). Результаты. Наиболее распространены были следующие ФР: табакокурение -19,8% (мужчины -34%, женщины -14,3%), причины вторичного остеопороза -19,3% (мужчины-4,5%, женщины- 26%) и предшествующие переломы-15,6%) (мужчины - 17%, женщины-15%)). В отношении этих факторов риска наблюдается значительная географическая вариабельность. У мужчин распространенность курения варьировала от 19,5% в Вологде до 46% в Кемерово, у женщин - от 2% во Владикавказе до 18% во Владивостоке. Распространенность вторичного остеопороза у мужчин менялась от 0 в Красноярске до 13% во Владикавказе, у женщин - от 15% в Иваново и Тюмени до 35,5% во Владикавказе. Предшествующие переломы встречались у мужчин в 7-35% (Тюмень-Владикавказ), у женщин - в 4,5-21% (Тюмень-Владивосток). Другие ФР также характеризовались значительной вариабельностью в зависимости от климатогеографического ареала. Средняя 10-летняя вероятность FRmaj увеличивалась с возрастом (от 40 до 69 лет) как у женщин с 6,3% до 12,7%, так и у мужчин с 5,1% до 5,8%. Риск FRhip также увеличивался с возрастом у женщин с 0,4% до 2,2%, у мужчин от 0,2% до 0,9%. При сравнении показателей FRmaj и FRhip вместе у мужчин и женщин в разных городах, наиболее высокие выявлены в самой северной точке (г. Вологда) 7,4% и 0,6% соотв., самые низкие в г. Тюмень 5,8% и 0,4%, соответственно. Несмотря на то, что в самой южной точке (г. Владикавказе) FRmaj составил 7%, последовательного его уменьшения с севера на юг в промежуточных городах Иваново и Волгограде не отмечалось. Выводы. Выявлена значимая гендерная и географическая вариабельность ФР переломов. 10-летняя вероятность переломов увеличивалась с возрастом независимо от пола, но у женщин была выше чем у мужчин во всех возрастных группах. Средний показатель FRmaj различался в зависимости от географии и был наиболее высоким на севере РФ по сравнению с югом, но градиента от северной широты к южной не наблюдалось. Между крайними городами на западе и востоке различий в риске FRmaj выявлено не было.
31-31 43
Аннотация
Изменение костной массы может протекать бессимптомно и основным неблагоприятным исходом у пациентов с остеопорозом (ОП) являются переломы. Курение снижает абсорбцию кальция в кишечнике. Пациенты с ХОБЛ лимитированы в активном движении, имеет место также особенности терапии, которую получают данные пациенты. Цель исследования - изучить проспективную 10-летнюю оценку риска развития переломов у больных ХОБЛ с использованием методики FRAX®. Материал и методы. В когортном ретроспективном исследовании приняло участие 70 пациентов, из них 35 с ХОБЛ (III стадия), вторая группа 35 пациентов аналогичного возраста и пола, не имеющих диагностированной ХОБЛ. Оценка абсолютного риска (АР) низкотравматических переломов проводилась с помощью модели FRAX®. Результаты. Предшествующие переломы у пациентов с ХОБЛ наблюдались в 20% случаев, в частности переломы бедра у 3%. Глюкокортикоидную терапию получает 51% пациентов с ХОБЛ. Алкоголь в количестве более 90мл (водка) в день употребляют 11% пациентов с ХОБЛ и 3% из второй группы. Среди пациентов с ХОБЛ табакокурение встречается в 51% случаев, во второй группе в 11% случаев. Низкий АР возникновения переломов в группе пациентов с ХОБЛ имеют 77% обследуемых, средний риск имеют 20% и высокий риск 3%. В группе пациентов, не страдающих ХОБЛ, низкий АР составил 97% и средний 3%. Среди пациентов с ХОБЛ высокий АР перелома шейки бедренной кости имеют 29% обследуемых, а во второй группе только 3%. Минимальный риск возникновения ОП у пациентов, не страдающих ХОБЛ, составляет 2,9, а максимальный - 12. У первой группы минимальный риск- 2,8, а максимальный - 25. Установлены достоверные корреляционные значения 10-летнего риска остеопоротических переломов с наличием предшествующих переломов (сильная прямая связь: r 0,7, р <0,01). Также прямая связь средней силы r 0,5, р <0,05 была выявлена при установлении корреляционной связи между АР перелома шейки бедренной кости и наличием предшествующих переломов. Установлена достоверная корреляционная связь значения 10-летнего риска остеопоротических переломов с наличием глюкокортикоидной терапией (прямая связь средней силы: r 0,5, р <0,05). Установлены достоверные корреляционные значения 10-летнего риска остеопоротических переломов, оцененного по методике FRAX® с употреблением алкоголя (прямая связь средней силы: r 0,4, р <0,05). Выводы. 1.У пациентов, страдающих ХОБЛ, 10-летний риск возникновения остеопоротических переломов выше, чем у пациентов, не страдающих ХОБЛ. 2. Низкий АР возникновения переломов в группе пациентов с ХОБЛ имеют 77% обследуемых, средний риск имеют 20% и высокий риск 3%. В группе пациентов, не страдающих ХОБЛ, низкий АР имеют 97% и средний 3%. 3. Высокий риск перелома шейки бедренной кости среди пациентов с ХОБЛ имеют 29%, а в группе сравнения только 3%. 4. Установлена достоверная корреляционная связь значения 10-летнего риска остеопоротических переломов с наличием предшествующих переломов, с наличием глюкокортикоидной терапии, с употреблением алкоголя, также достоверная корреляционная связь АР перелома шейки бедренной кости с наличием предшествующих переломов.
32-32 56
Аннотация
Цель: Оценить частоту переломов у женщин в постменопаузе с различными показателями алгоритма FRAX® в ходе 10-летнего наблюдения. Материал и методы. 224 женщины в постменопаузе, обследованные в 2003-2004 гг в Центре профилактики остеопороза и имевшие в амбулаторных картах все данные для ретроспективного заполнения вопросника FRAX® с целью определения 10-летнего абсолютного риска переломов на момент первичного обращения, были опрошены через 10 лет с помощью специально разработанного вопросника. Риск основных остеопоротических переломов (ОП-переломов) оценивался в соответствии с порогом терапевтического вмешательства, предложенного Российской ассоциацией по остеопорозу в 2012г. как без, так и с учетом минеральной плотности кости (МПК). Результаты. Средний возраст женщин на момент первичного обращения составил 62 ±7 лет (от 50 до 82 лет). За 10-летний период переломы при минимальном уровне травмы произошли у 106 (47%) женщин (не учитывались переломы пальцев рук, ног и костей черепа), в том числе у 10 (4%) - переломы проксимального отдела бедра. Пациентки с новыми переломами по сравнению с лицами без них были старше по возрасту (63,0±7,2лет и 60,3±7,2 лет, соответственно, р=0,0044) и чаще имели переломы в анамнезе (56% и 31%, р=0,00011). Новые переломы у пациентов с переломами в анамнезе произошли в среднем через 36 [12;60] мес с момента первого обследования, среди женщин без переломов в анамнезе - через 42 [18;72] мес. Среди лиц моложе 65 лет на момент первичного обследования - через 48 [24;72] мес. У 39 (17%) женщин произошли два и более перелома, временной интервал между повторными переломами составил 24 мес [12;60]. Изменения в количестве факторов риска, которые вносятся в модель FRAX®, выявлены у 11 (5%) человек, увеличение или уменьшение их числа в среднем происходило через 48 мес [24;96]. Средний показатель FRAX® для основных ОП-переломов без учета МПК у лиц с вновь случившимися за 10 лет переломами был выше по сравнению с пациентками без таковых (16,3±7,0% и 12,6±6,5%, соответственно, p=0,000065). Аналогичные данные наблюдались и по средним значениям FRAX® для переломов бедра (2,8±2,4% и 1,96±2,8%, р=0,002), как и при включении в модель показателей МПК шейки бедра для основных ОП-переломов и для переломов бедра (р<0,005). Значения FRAX® без учета МПК выше порога терапевтического вмешательства для основных ОП-переломов были выявлены у 70 (31%) женщин: у 43 (61%) среди вновь сломавшихся и у 27 (39%) без новых переломов (p<0,005). Среди женщин с низким показателем FRAX® перенесли остеопоротический перелом 63 (41%) человека, а у 91 пациента (59%) переломы не были зафиксированы. Таким образом, женщины с высоким показателем FRAX® имели риск нового перелома в 2,3 [95%ДИ 1,29;4,1, p=0,0044] раза больше, чем лица с низкими его значениями. У пациенток с вновь случившимися переломами чаще определялась низкая МПК на момент первичного обследования по сравнению с женщинами без переломов (92% и 82%, p=0,015). Наличие остеопороза в позвоночнике и/или бедре повышало риск перелома в 2,8 [95%ДИ 1,2 ;6,37, p=0,016] раза. Заключение. Наличие высокого значения FRAX® без измерения МПК повышает риск переломов в 2,3 раза, а выявленного остеопороза в поясничном отделе позвоночника и/или бедра - 2,8 раз. Динамическое наблюдение за женщинами в постменопаузе в возрасте до 65 лет и не имевших в анамнезе переломов при первичном обращении необходимо проводить максимально через 42-48 месяцев.
33-33 39
Аннотация
Цель: изучить полиморфизм генов ремоделирования костной ткани (гена рецептора витамина Д Bsm1 C.IVS7G >A, гена лактазы LCT 13910 T>C и гена коллагена COL1A 12046 G->T) у здоровых и больных ОП женщин русской и бурятской национальностей. Материал и методы. Нами были обследовано 86 женщин с ОП: 40 русской и 46 бурятской национальностей в возрасте от 50 до 80 лет. В качестве контрольной группы для оценки распределения генотипов в популяциях было обследовано 103 здоровых женщины, сопоставимых по полу и возрасту с основной группой. Материалом для молекулярно-генетического анализа служили образцы ДНК, выделенные из периферической венозной крови. Для исследования была выбрана точка мутации гена рецептора витамина Д (VDR) Bsm1 c.IVS7G >A, гена лактазы (LCT) -13910 T>C и гена коллагена COL1A 12046 G->T. Диагноз ОП устанавливался согласно «Российским клиническим рекомендациям по остеопорозу» 2012 года. С целью оценки ассоциации аллелей с генотипом рассчитывали относительный риск (ОР) с помощью on-line калькулятора http://gen-exp.ru/calculator_ or.php. Для определения частот аллельных вариантов генов применялся закон Харди-Вайнбнерга. Результаты исследования. Распространенность генотипов полиморфного локуса Bsm1 c.IVS7G>A гена рецептора витамина Д, -13910 T>C гена лактазы и гена коллагена COL1A 12046 G->T в группе здоровых и больных ОП соответствовали равновесию Харди-Вайнберга. Расчет относительного риска выявил положительную ассоциацию генотипа АА гена VDR полиморфизма Bsm1 c.IVS7G >A с развитием остеопороза среди представительниц бурятской национальности (ОР 2,2, доверительный интервал (ДИ) [1,3; 3,6]). Следует отметить, что аллель А ассоциирован с низкой минеральной плотность костной ткани в случае недостаточного поступлении кальция с пищей. Согласно результатам наших предыдущих расчетов у пациенток обеих групп употребление кальция является недостаточным (Чита 2015, стр. 96-97 - печатные материалы III съезда Терапевтов Забайкальского края). У пациенток русской национальности расчет относительного риска не выявил ассоциации генотипа АА гена VDR полиморфизма Bsm1 c.IVS7G >A с развитием остеопороза (ОР 0,9, ДИ [0,5; 1,5]). При расчете относительного риска ассоциации алле-ля С гена LCT полиморфизма -13910 T>C положительной связи не было выявлено в обеих группах (ОР 0,7, ДИ [0,4; 1,1]). При оценке относительного риска ассоциации аллеля Т гена COL1A 12046 G->T была выявлена положительная связь с развитием ОП в обеих группах (ОР 1,2, ДИ [0,2; 4,9]). Выводы: женщины бурятской национальности при наличии генотипа АА гена VDR полиморфизма Bsm1 c.IVS7G >A имеют повышенный риск развития остеопороза, нежели русские женщины. Присутствие аллеля Т гена COL1A1 Sp 1 c. 104-144 T>G предрасполагает к развитию остеопороза у представительниц обеих национальностей.
33-34 77
Аннотация
The impact of immune inflammation to bone mineral density has been discussed recently. C-reactive protein is one of the marker of immune inflammation. The CRP base level significantly depends from individual genetic feature. They were founded that some genetic polymorphism of CRP gene associates with the development of cardiovascular diseases. The relationship of cardiovascular diseases and osteoporosis is being discussed also. The aim of study is to examine gene CRP polymorphism (C1444T; C1846T) in women with osteoporosis. Materials and methods. 118 postmenopausal women aged between 60 and 76 were examined. All women were Russian nationality and lived in Transbaikalye region. Osteoporosis was diagnosed in 60 women. Control group consisted of 58 women. The study was conducted according GCP principles and WHO Declaration of Helsinki. Gene polymorphism was determined by PCR method. We used reagents Ltd «Liteh» Moscow. The amplification of gene fragments was determined in thermal cycle (Model «Bis»-M111). Genomic DNA was extracted from peripheral venous blood by reagents «DNA-express-blood». Visualization of the amplification products was performed by electrophoresis in 3% agarose gel. For statistical analysis we used on-line calculator http://gen-exp.ru.calculator_org.php. For comparison of allele and genotypes frequencies we used χ2. It was statistically significant at p<0.05. Results. SNP polymorphisms of locusts 1444 and 1846 gene CRP were discovered in homo and heterozygous condition. The distribution of genotypes of polymorphous locus C1444T and C1846T CRP gene in group of women with osteoporosis and control group corresponded to Hardy - Weinberg law (df=1). It was founded that the relative probability of detection alleles C and T of 1444 locus gene CRP did not differ significantly between control group and group of patients with osteoporosis. -R for C allele was 0,97 (CI95% 0,57-1,69), for T allele OR was 1,04 (CI95% 0,61-1,75). It was shown that the frequency distribution of genotypes CC, TT and CT did not differ significantly. As concerns another point mutations of CRP gene (C1846T), it was founded that the frequency of T allele was 46% in patients with osteoporosis and it was 34% in control group (p=0,06). The relative probability was higher above 1,64 time (CI95% 0,932,77). About the genotypes frequency the next results were got: the homozygous genotype TT met frequently in women with osteoporosis - 18%, in control group they frequency was 34% (p=0,03). The relative probability TT genotype of C1846T locus was higher above 6,27 time (Ci95% 1,33-9,75). It was founded that the heterozygous genotype met rarely in patient with osteoporosis than in control group (57% and 62% accordingly), p=0,03. The homozygous genotype CC met rarely in patients with osteoporosis compared control group
34-34 29
Аннотация
Conclusion. 1. There were no significant differences in the occurrence frequency of allele and genotypes of C1444 locus of CRP gene in patient with osteoporosis. 2. It was founded that T allele and TT genotype of C1846T locus of CRP gene were more common in women with osteoporosis. 3. The determination of gene CRP polymorphism gives a responsibility to realize individual prognosis and to take preventive measures. Цель исследования. Определить полиморфизмы генов OPG, RANKL, VDR, SOST и оценить их взаимосвязь с минеральной плотностью кости (МПК) и переломами для последующей оптимизации диагностики и лечения постменопаузального остеопороза. Материал и методы. В исследование вошли 236 женщин в постменопаузе, проживающих в Москве и Московской области. Основную группу составили 174 пациентки, в возрасте от 50 до 83 лет, с показателями минеральной плотности кости (МПК) < - 2,5 SD по Т-критерию. Группу сравнения составили 62 женщины в постменопаузе с показателями МПК в пределах нормальных значений и отсутствием переломов в анамнезе, в возрасте от 50 до 77 лет. В нашем исследовании всем испытуемым с постменопаузальным остеопорозом и группы контроля с помощью полимеразной цепной реакции проводили молекулярногенетическое проводили с определением полиморфизмов генов VDR(rs10735810, rs1544410), RANKL (rs9594738, rs9594759) и OPG (rs3102735, rs3102735 и rs4355801), SOST (rs1230399). Результаты. При наличии Т аллелей гена RANKL по полиморфизмам rs9594759 и rs9594738 риск снижения МПК в поясничном отделе позвоночника увеличивается в 2 раза. У женщин с гомозиготным генотипом С/С по полиморфизму rs3102735 гена OPG риск развития переломов дистального отдела лучевой кости повышается в 17 раз вне зависимости от показателей МПК. Наличие генотипа G/G по полиморфизму rs1544410 гена VDR у пациенток с постменопаузальным остеопорозом ассоциировано с повышением риска переломов дистального отдела лучевой кости в 3 раза. У пациенток с ПМО гомозиготный генотип С/С по полиморфизму rs1230399 гена SOST обуславливают только различия в индексе массы тела. Заключение. Полиморфизмы генов RANKL (rs9594759 и rs9594738), OPG (rs 3102735) и гена VDR(rs1544410) ассоциированы с риском развития постменопаузального остеопороза и переломов. Ген SOST(rs1230399) не оказывает статистически значимого влияния на МПК и риск переломов.
34-35 60
Аннотация
Остеопороз (ОП) - мультифакториальное заболевание, поскольку развивается в результате взаимодействия комбинаций аллелей разных локусов, которых более 250 и специфических воздействий факторов окружающей среды. Гены кандидаты в развитие ОП - VDR, CALCA, CALCR, CASR, IL6, IL1RN, TGFB1, IGF1, ER1, CYP19A1, COL1A1, COL1A2, ApOE, BGLAP, MTHFR и др. В сибирской популяции роль полиморфизма TaqI rs731236 гена VDR и полиморфизма C677T гена MTHFR до настоящего времени не исследована, что и послужило поводом для проведения настоящего исследования. Цели исследования: выявить ассоциацию полиморфизмов TaqI rs731236 гена VDR и полиморфизма C677T гена MTHFR с развитием остеопороза и переломов проксимального отдела бедра у женщин г. Красноярска. Материал и методы: на базе Краевого центра профилактики и лечения остеопороза (отделения ревматологии и остеопороза) ККБ г. Красноярска нами обследована 441 пациентка, которым проведено клиническое обследование, DXA. Были выделены группа пациентов - 1 группа - 100 женщин с остеопорозом без низкоэнергетических переломов, 2 группа - 100 женщин с остеопорозом и переломом проксимального отдела бедра, 241 женщина - контрольная группа (без остеопороза и переломов). Средний возраст женщин 55,1±10,086 лет Для генетического анализа были выбраны полиморфизмы с учетом аналогичных работ по этим генам. Полиморфные варианты рецептора витамина D (VDR TaqI rs731236) и гена метилентетрагидрофолатредуктазы C677T определяли методом ПЦР с TaqMan-зондами в режиме реального времени с использованием тест-систем компании «Applied Biosystems» на базе ИЦиГ СО РАН г. Новосибирска. Результаты. Возраст получения перелома проксимального отдела бедра имел тенденцию к нарастанию от 46 до 60 лет. При генетическом анализе выявлено, что частота аллеля Т была высокой как среди женщин контрольной группы (70,5%), так и среди женщин с остеопорозом с переломами (85,2%) и без переломов (89,2%), при этом частота аллеля С была выше у женщин контрольной группы. Было выявлено, что генотипы ТТ, СТ, СС полиморфизма TaqI rs731236 гена VDR встречались среди женщин контрольной группы только в 25,2% случаев. При этом гомозиготный гентотип ТТ по аллелю Т регистрировался одинаково часто у женщин как с переломом (42%), так и без перелома ш/бедра (48%). Гетерозиготный генотип СТ был статистически значимо чаще выявлен преимущественно у женщин с переломом шейки бедра (42%). При анализе аллелей полиморфизма C677T гена MTHFR выявлено, что наибольшую распространенность имел аллель С, при этом он также встречался у каждой 2-й женщины контрольной группы. У женщин с переломом проксимального отдела бедра выявлена наибольшая частота встречаемости гомозиготного генотипа СС (54%), генотип ТТ встречался чаще у женщин без переломов (42,2%). По-видимому аллель Т может иметь протективный характер у пациентов с остеопорозом. Выявлена прямая корреляционная связь средней силы между ТТ TaqI rs731236 гена VDR и наличием остеопороза и прямая корреляционная связь между СС C677T гена MTHFR и развитием перелома проксимального отдела бедра. Выводы: генетическими предикторами переломов проксимального отдела бедра у женщин с постменопаузальным остеопорозом в г. Красноярске могут быть VDR TaqI rs731236 и MTHFR C677t и могут быть использованы для определения предрасположенности к остеопорозу и переломам.
35-35 43
Аннотация
Остеопороз (МКБ-10 - М80-М85) является причиной более 8,9 млн. переломов ежегодно во всем мире и занимает значимое место среди заболеваний с высокой инвалидизацией и смертностью. По результатам близнецовых и семейных исследований показано, что до 80% вариабельности МПКТ обусловлено генетическими факторами (Pocock et al., 1987, Nguyen et al., 1998). В развитии остеопоротических переломов в целом на долю генетических факторов приходится около 25%, их наследуемость зависит от возраста, вклад генетической компоненты в патогенез перелома менее выражен у пожилых людей (Michaёlsson et al., 2005; Ralston and Uitterlinden, 2010). Несмотря на то, что риск переломов повышен при низком уровне МПКТ (высокая специфичность), нормальный уровень МПКТ не является фактором пониженного риска переломов (низкая чувствительность), ряд исследователей предполагают, что многочисленные гены оказывают влияние на предрасположенность к переломам независимо от показателей МПКТ (Andrew et al., 2005; Ralston and Uitterlinden, 2010). Несмотря на значительные достижения в понимании механизмов костного метаболизма, проблема генетической предрасположенности к переломам чрезвычайно актуальна и еще далека от разрешения. Изучения генетических основ остеопороза позволит разработать эффективные методы диагностики, лечения и профилактики заболевания. Цель исследования - поиск ассоциаций полиморфных вариантов генов-кандидатов остеопороза с переломами и уровнем минеральной плотности костной ткани у женщин русской и татарской этнической принадлежности. Материал и методы. Материалом исследования послужили образцы ДНК 882 женщин в возрасте от 45 до 80 лет, средний возраст составил 62 года, проживающих на территории Республики Башкортостан и Свердловской области. Формирование выборки осуществлялось на базе Городских клинических больниц № 5, № 21 и № 22 г. Уфы и Областной клинической больницы № 1 г. Екатеринбурга. У 471 женщины проведено исследование уровня МПКТ, среди них МПКТ шейки бедра исследованы у 383 женщин, МПКТ поясничного отдела позвоночника - у 384 женщин. Проведено исследование 42 полиморфных вариантов 15 кандидатных генов, среди которых гены компонентов костного матрикса (альфа 1 цепи коллагена 1 типа (COL1A1), альфа 1 цепи коллагена 11 типа (COL11A1)), Wnt сигнального пути (LRP5, WLS, WNT4, WNT16), белков, участвующих в регуляции Ca гомеостаза (витамин Д-связывающего белка (DBP), рецептора чувствительности к кальцию (CaSR)), гормонов и их рецепторов (кальцитонина (CALCA), рецептора кальцитонина (CALCR), паратиреоидного гормона (PTH)), ядерных рецепторов (рецептора витамина Д (VDR), рецептора эстрогенов альфа (ESR1)), цитокинов (остеопротеге-рина (TNFRSF11), рецептора фактора некроза опухоли 11 А (TNFRSF11A)) и ферментов (лактазы (LCT), ароматазы (CYP19A1)). Результаты. Установлено, что на формирование переломов оказывают влияние полиморфные варианты rs3134069 и rs3102735 гена TNFRSR11B - в общей выборке женщин, rs2228570 гена VDR, (TAAA)n гена DBP - у женщин русской этнической принадлежности, rs3134069, rs2073618, rs3102734 гена OPG и rs2234693 гена ESR1, (CA)n гена CALCA - у женщин татарской этнической принадлежности. На формирование низкого уровня МПКТ в общей выборке женщин влияют полиморфные варианты генов-кандидатов COL1A1 (rs180012, rs2412298), TNFRSF11B (rs3102734), PTH (rs7125774), у женщин русской этнической принадлежности - C0L1A1 (rs180012 и rs2412298), TNFRSF11B (rs3102735), у женщин татарской этнической принадлежности -CYP19A1 (rs1062033, (TAAA)n) TNFRSF11B (rs3134069, rs3102734). Выводы. Таким образом, выявлена значимость полиморфных вариантов генов коллагена 1 типа, кальцитонина и его рецептора, витамин Д-связывающего белка, остеопротегерина, ароматазы, рецепторов витамина Д, эстрогена альфа, паратиреоидного гормона в развитии переломов, гены коллагена 1 типа, остеопротегерина, ароматазы, паратиреоидного гормона также ассоциированы с низким уровнем МПКТ у женщин постменопаузального возраста из ВУР.
36-36 50
Аннотация
Проведен поиск ассоциаций 149 локусов, расположенных на всех хромосомах человека (кроме Y), с переломами различных отделов скелета у 882 женщин постменопаузального возраста из Волго-Уральского региона России. Установлена ассоциация полиморфных вариантов генов CALCR (rs1801197), FGF2 (rs6854081), PLEKHG1 (rs17054320), ESR1(rs2234693, rs9340799), LRP5 (rs3736228), FOXL1 (rs10048146) с переломами позвонков и бедра, C12orf23 (rs1053051), RSPO3 (rs13204965) - с переломами позвонков, JAG1 (rs3790160), IFLTD1 (rs11048046), LIN7C (rs10835187), ALK (rs13413210), C6orf97 (rs4869742) - бедра, AXIN1 (rs9921222), Xp22.31 (rs5926033), DCDC5 (rs163879), SALL1 (rs1566045), WLS (rs17482952), PKIA (rs13272568), COL1A1 (rs1107946) - лучевой кости, SMG6 (rs4790881), DUSP21 (rs5952638), ZNF239 (rs10793442) - с любыми другими переломами. Используя мета-анализ, удалось обнаружить ассоциации локусов rs2228570, rs3102734, rs5926033, rs163879 с переломами в целом, по локусам rs3134069 и rs10793442 выявлена высокая гетерогенность выборки (I2>50%), мы применили значения рандомизированного р для модели со случайным эффектом и оказалось, что эти локусы являются этноспецифичными маркерами переломов у женщин татарского происхождения. Для выявления связи между качественными и количественными признаками и объединения клинических и молекулярно-генетических данных проведен многофакторный логистический регрессионный анализ и получены модели прогнозирующие развитие остеопоротических переломов в целом, а также переломы различных отделов скелета: локу-сы rs4869742 (C6orf97), rs3736228 (LRP5) и индекс массы тела (ИМТ) прогнозируют развитие переломов бедра с вероятностью 74,1%; rs3134069 (OPG), rs4869742 (C6orf97), rs10048146 (FOXL1) и возраст - переломы позвонков (74,6%); rs3134069 (OPG), rs4869742 (C6orf97) и уровень МПКТ шейки бедра - переломы в целом (67,7%).
36a-36a 36
Аннотация
Цель: Изучить эффективность золедроновой кислоты в терапии постменопаузального остеопороза (ПМО) с учетом полиморфизма гена фарнезилдифосфат-синтетазы (FDPS). Методы исследования: клинический, определение биохимических маркеров костного метаболизма (БМКР) - электрохемилюминесцентным методом («Хоффманн-Ла Рош ЛТД», Швейцария). Измерение МПК проводили с помощью двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии позвонков поясничной области (L1-L4) и шейки бедренной кости (Neck left, Neck total left). Молекулярно-генетический (определение однонуклеотидного полиморфизма гена FDPS (rs2297480) - методом «примыкающих проб» с анализом кривых плавления (ЗАО «НПФ ДНК-Технология, Россия)). Результаты. Обследовано 225 женщин с постменопаузальным остеопорозом. Средний возраст составил 59 (5466) лет. Средняя продолжительность периода постменопаузы 7 (2-13) лет. ИМТ=27,2(23,6-29,05) кг/м2. Распределение аллелей (АА:АС:СС) составило 55,1(n=144):39,5(n=103):5, 4(n=14). Базальные уровни биохимических маркеров костного ремоделирования (БМКР) соответствовали периоду постменопаузы и статистически значимо не различались в зависимости от генотипа FDPS. Средние показатели МПК в поясничном отделе позвоночника и/или шейке бедра соответствовали остеопорозу. Всем пациенткам проводили терапию золедроновой кислотой (zol) в дозе 5 мг в виде внутривенной инфузии 1 раз в 12 месяцев в течение 2 лет. Дополнительно все пациенты получали кальций 1000 мг/сут и витамин Д3 800МЕ/сут. Реакция БМКР на инфузию zol различалась в зависимости от генотипа FDPS. Через 6 месяцев после 1-ой инфузии достоверно более выраженное снижение B-Crosslaps 92 (91-93)% отмечено у пациентов с С/С генотипом (p=0,056), по сравнению с 82% у носителей аллеля А (p=0.07). Через 9 месяцев после инфузии B-Crosslaps у носителей аллеля А повышались до 75%, остеокальцина - 44,4% от исходного. Тогда как у носителей генотипа C/C как B-Crosslaps - (87%), так и osteocalcine -(53,6%) оставались по-прежнему низкими (р=0,056). К 12 месяцу после инфузии уровни B-Crosslaps и osteocalcin у носителей аллеля A повышались и соответствовали премено-паузальным значениям, тогда как у носителей С/С генотипа оставались в пределах ниже нижней границы нормы для пременопаузы. У пациентов с СС генотипом на фоне выраженного снижения БМКР после 2ой инфузии золедроновой кислоты произошло снижение МПК на 5,6%. Выводы. Различная реакция на терапию золедроновой кислотой у пациенток с ПМО связана с полиморфизмом гена FDPS (rs2297480). Для пациентов с генотипом С/С характерно «гиперторможение» костного обмена в ответ на терапию золедроновой кислотой, что возможно, было причиной отрицательной динамики МПК в поясничном отделе позвоночника на втором году терапии золедроновой кислотой.
37-37 47
Аннотация
Цель. Изучить влияние полиморфизма эстрогеновых рецепторов α (ЭР-α) на показатели минеральной плотности костей (МПК) и риск переломов больных с хронической болезнью почек (ХБП), получающих лечение гемодиализом. Материал и методы. Для изучения полиморфизма генов использовались образцы ДНК, полученные из ядер лимфоцитов крови больных, получающих лечение гемодиализом. Средний возраст исследуемых пациентов составил 43,7±12,5 лет (от 20 до 62 лет). Для анализа полиморфизма ЭР-а была использована 1 Ед Taq полимеразы и 0,4 μМ олигонуклеотидных праймеров. 1,3-kb фрагмент содержащий PvuII или XbaI полиморфизм в интроне 1 гена ЭР-а был получен полимеразной цепной реакцией (ПЦР), которая выполнялась стандартным способом. Затем ПЦР продукт с помощью рестриктивных эндонуклеаз PvuII или XbaI был гидролизован и расщеплен посредством электрофореза в 2,0% агарозном геле. Наличие зоны рестрикции для каждой эндонуклеазы обозначалось малыми буквами (p, x), тогда как отсутствие зоны рестрикции обозначалось прописными буквами P, X. Выделялись генотипы pp, Pp, PP для эндонуклеазы PaulI и xx, Xx, XX для эндонуклеазы XbaI. Пациенты классифицировались как гомозиготные (pp, xx, PP, XX) и гетерозиготные (Pp, Xx). Результаты. Распространенность аллели «X» в изученной выборке пациентов составила 30,2%, аллели «x», соответственно - 69,8%. Пациенты выделенных подгрупп существенно не отличались по возрасту, продолжительности гемодиализа. Также существенно не отличались и основные показатели фосфорно-кальциевого обмена в подгруппах, выделенных по генотипу XX; Xx; xx. Пациенты с дефицитом МПК, по критерию Z, в трех изученных отделах скелета чаще встречались в подгруппе с генотипом Xx. Реже всего дефицит МПК выявлялся у пациентов с генотипом XX. Однако дисперсионный анализ показателей МПК у больных с ХПН в подгруппах, выделенных по генотипу ЭР-а (XX; Xx; xx) не обнаружил статистически достоверных различий (p>0,05). При анализе показателей МПК отдельно у пациентов мужского и женского пола также достоверных различий между генотипами ЭР-а (XX; Xx; xx) не обнаружено (p>0,05). Переломы были зарегистрированы у 3 пациентов с генотипом XX (30%), 8 пациентов с генотипом Xx (25%) и 11 пациентов с генотипом xx (25%). Распространенность аллели «P» в изученной группе пациентов составила 39,5%, аллели «p», соответственно - 60,5%. Пациенты выделенных подгрупп существенно не отличались по возрасту, продолжительности гемодиализа. Достоверно не отличались и основные показатели фосфорно-кальциевого обмена в подгруппах, выделенных по генотипу ЭР-а PP; Pp; pp. Пациенты с дефицитом МПК, по критерию Z, в трех изученных отделах скелета чаще встречались в группе с генотипом PP. Дисперсионный анализ показателей МПК у больных в подгруппах, выделенных по генотипам ЭР-а (PP; Pp; pp), не подтвердил статистически достоверных различий. При анализе показателей МПК у пациентов мужского и женского пола также достоверных различий между обладателями генотипов ЭР-а (PP; Pp; pp) не обнаружено (p>0,05). Переломы были зарегистрированы у 5 пациентов с генотипом PP (26,3%), 8 пациентов с генотипом Pp (26,7%) и 9 пациентов с генотипом pp (24,3%). Выводы. Дефицит МПК чаще встречался у носителей генотипов Xx и PP. При этом процент больных с переломами был больше в подгруппе с генотипом XX. Однако, достоверных различий показателей МПК, оцененных по критерию Z между носителями различных генотипов также обнаружено не было.
38-38 47
Аннотация
С целью исследования особенностей рентгеновских проявлений дистрофических изменений передней продольной связки у женщин в зависимости от величины минеральной плотности кости были изучены данные комплексного рентгенодиагностического и абсорбциометрического исследований 127 женщин в возрасте от 40 лет и старше (средний возраст 62,8 лет). По данным стандартной рентгенографии грудного и поясничного отделов позвоночного столба в боковой проекции проводилась полуколичественная оценка дистрофических изменений передней продольной связки в баллах с учетом степени их выраженности и распространенности характерных клювовидной формы костных разрастаний под передней продольной связкой с возможной оценкой от 0 до 6 баллов. Менее распространенные изменения (1-2 сегмента) характеризовались как проявления деформирующего спондилоза, изменения с большей распространенностью (3 сегмента и более) считались следствием болезни Форестье. Абсорбциометрия выполнялась в виде количественной рентгеновской компьютерной томографии с оценкой средней минеральной плотности кортикальной и губчатой кости с учетом возраста и ряда связанных с ними показателей, характеризующих качественное состояние кости (плотностный интервал и соотношение плотности кортикальной и губчатой костной ткани). Результаты.На первом этапе абсорбциометрические данные были проанализированы в зависимости от степени дистрофических изменений передней продольной связки в группах пациенток с оценками 1-2, 3-4 и 5-6 баллов. Была выявлена достоверная зависимость величины минеральной плотности кости от степени и распространенности дистрофических изменений. При увеличении оценки дистрофических изменений отмечено снижение минеральной плотности губчатой кости от 107,5 мг/мм3 при 1-2 баллах до 91,6 мг/мм3 при 5-6 баллах, и кортикальной кости от 305,7 мг/мм3 до 278,7 мг/мм3 соответственно. Отмечено также достоверное сокращение плотностного интервала губчатой костной ткани от 137,6 мг/мм3 до 95,8 мг/мм3 без существенного изменения соотношения костной массы кортикальной и губчатой кости. На второй стадии работы изучались дистрофические изменения передней продольной связки в зависимости от величины минеральной плотности кости в пяти группах пациенток с костной массой 125 мг/мм3 и более, 100-124, 75-99, 50-74 и менее 50 мг/мм3. При этом было определено существенное и достоверное снижение степени дистрофических изменений передней продольной связки по типу спондилеза от средней оценки 1,1 балла в группе с минеральной плотностью 125 мг/мм3 и более до 0,4 балла при костной массе 50 74 мг/мм3. Вместе с тем выявлено достоверное увеличение частоты наиболее распространенных изменений, характерных для болезни Форестье, от 0,3 балла при максимальной величине костной массы до 0,6 балла при наименьшем ее значении. Выводы. 1. Определяется закономерная взаимосвязь степени и распространенности дистрофических изменений передней продольной связки в зависимости от величины минеральной плотности кости. 2. Ограниченные дистрофические изменения передней продольной связки по типу деформирующего спондилёза связаны с увеличением минеральной плотности кости и не сопровождаются изменениями ее качества. 3. Распространенные изменения передней продольной связки дистрофической природы по типу болезни Форестье связаны с уменьшением минеральной плотности губчатой кости, сопровождающимся некоторым снижением ее качества.
38-39 63
Аннотация
С целью исследования особенностей состояния минеральной плотности кости были изучены результаты количественной рентгеновской компьютерной томографии 127 женщин в возрасте от 40 лет и старше (средний возраст 62,8 года), обследованных по поводу заболеваний, не сопровождающихся снижением костной массы, с определением ряда параметров, характеризующих некоторые количественные и качественные показатели состояния кортикальной и губчатой кости тел поясничных позвонков. 1. Средняя минеральная плотность губчатой и кортикальной кости тел поясничных позвонков L2-3-4 (мг/мм3). 2. Среднее различие плотности в зоне измерения в мг/мм3, характеризующее костную массу наиболее и наименее минерализованных участков кости, в виде плотностного диапазона между максимальным (мг/мм3) и минимальным (мг/мм3) значениями, как для губчатой, так и для кортикальной кости, позволяющее раздельно оценить степень минерализации различных структур костной ткани. 3. Отношение плотности кортикальной и губчатой кости (кортикально-губчатый индекс), дающий представление об их роли в общей структуре кости. Полученные данные были проанализированы в четырех репрезентативных возрастных группах: до 50 лет, 50-59, 6069, 70 лет и старше. Результаты. Отмечено постепенное возрастное уменьшение плотности губчатой кости от 143,2 мг/мм3 в возрасте младше 50 лет до 69,9 мг/мм3 в группе 70 лет и старше (-48,8%), сопровождающееся равномерным уменьшением величины плотностного диапазона в целом на 12%. Величина максимальной массы губчатой ткани до 69 лет уменьшалась постепенно, на 30-35 мг/мм3 в каждой группе, и значительно меньше, только на 8 мг/мм3, в возрасте 70 лет и старше. Величина минимальной плотности губчатой кости с возрастом снизилось от 91,2 мг/мм3 до 25,8 мг/мм3. Определено общее снижение плотности кортикальной кости от 322,3 мг/мм3 в самой младшей группе до 262,5 мг/мм3 в возрасте 70 лет и старше (-22,8%). Плотностный диапазон кортикальной ткани в целом с возрастом увеличился на 13%, наиболее существенно в группе 70 лет и старше. В возрасте от 50 до 69 лет отмечено постепенное снижение величины максимальной и минимальной плотности кортикальной кости на 25-30 мг/мм3 в каждой возрастной группе. В возрасте 70 лет и старше величина максимальной плотности кортикальной кости увеличилась на 27%, а значение ее минимальной плотности осталось практически неизменным. Отмеченные выше особенности сопровождались выраженным и достоверным возрастным увеличением кортикально-губчатого индекса от 2,4 до 4,8, свидетельствующим об увеличение роли кортикальной костной ткани. Выводы. 1. Получены данные о некоторых достоверных количественных и качественных различиях состояния губчатой и кортикальной кости тел поясничных позвонков у женщин с учетом возраста. 2. Выявлено возрастное снижение плотности губчатой кости, связанное как с наиболее плотными, так и с наименее минерализованными ее участками, сопровождающееся уменьшением значения плотностного диапазона, что, по всей вероятности, свидетельствует об определенных возрастных явлениях остеомаляции в структуре губчатой костной ткани. 3. Определено возрастное и менее выраженное, чем для губчатой кости, уменьшение минеральной плотности кортикальной костной ткани до возраста 69 лет с последующим достоверным ее увеличением в возрастной группе 70 лет старше, с расширением плотностного диапазона связанного, вероятнее всего, с дополнительной минерализацией вследствие остеосклероза. 4. Отмечено возрастное повышение роли кортикальной костной ткани в структуре тел поясничных позвонков в целом.
39-39 72
Аннотация
В России насчитывается около 200 DXA денситометров для выявления низкой минеральной плотности кости (МПК) в аксиальном отделе скелета. На 1 миллион населения в среднем приходится менее одного денситометра, при этом распределены они неравномерно в пределах страны. Флюорография - широко распространенный метод ежегодного обследования взрослого населения на территории всего нашего государства. Цель. Изучить возможность использования флюорографов серии ФМцс-«ПроСкан» ЗАО Рентгенпром для скрининга населения с целью выявления пациентов со сниженной МПК в процессе флюорографического обследования грудной клетки. Материал и методы: включены 107 добровольцев, которым было выполнено два обследования: флюорография грудной клетки с помощью аппарата ФМцс-«ПроСкан-200», на котором была дополнительно установлена запатентованная программа для определения МПК, и денситометрия поясничного отдела позвоночника (Л1-Л4) и проксимального отдела бедра на аппарате «Discovery А», Hologic. На флюорографе измерялись проекционные pA плотности костной ткани трех структур: ключиц, центральной части позвоночника, передних и задних отделов ребер. Алгоритм расчета суммарной плотности костных структур, задействованный на флюорографе, позволяет дать единую оценку МПК как по T-, так и Z-критерию. Для вычисления T- и Z-критериев использовалась специально созданная референтная база данных флюорографа. Результаты МПК, полученные с помощью остеоденситометра, являлись эталонными для флюорографа. Диагноз остеопороза и остеопении ставился в соответствии с критериями ВОЗ. Все добровольцы подписали информированное согласие на участие в исследовании. Результаты. Проведенное обследование показало, что совпадение заключений о снижении суммарной МПК, полученной с помощью флюорографа, с результатом значения МПК, полученным с помощью DXA в области Л1-Л4 составило 77±11%, в области шейки бедренной кости - 73±11%, с общим показателем бедра - 77±11% случаев. Чувствительность флюорографа как скрининг-теста для диагностики сниженной МПК оказалась равной 73±5%, а специфичность - 80± 6% для всей группы добровольцев, а для лиц старше 50 лет - 81±5% и 74±8%, соответственно. Заключение. Достаточно высокая чувствительность и специфичность скрининг-теста с помощью флюорографа ФМцс-«ПроСкан» для выявления лиц со сниженной МПК позволяет рассмотреть возможность использования данного метода для первичного скрининга населения во время плановой флюорографии органов грудной клетки с целью выявления лиц - кандидатов на консультацию у специалистов по остеопорозу и дальнейшего денситометрического обследования.
40-40 60
Аннотация
Вухэнергетическая рентгеновская денситометрия (DXA) поясничного отдела позвоночника (L1-L4) и проксимального отдела бедра (ПОБ) в ранние сроки после перенесенных низкоэнергетических переломов (НП) проводится относительно небольшому количеству пациентов даже в экономически развитых странах мира. Основными причинами низкой частоты исследования минеральной плотности кости (МПК) у этих больных считаются большие временные затраты на проведение DXA и ее высокая стоимость. В России немалое значение имеет и недостаточная обеспеченность соответствующей аппаратурой. Цель. Оценить значимость результатов периферической рентгеновской денситометрии дистального отдела предплечья (ДОП) у женщин в постменопаузе, перенесших НП, для прогноза остеопороза (ОП) осевого скелета. Материал и методы. Обследовано 134 женщины (средний возраст 65±9 лет), перенесших НП 5 основных локализаций. Определение МПК трех областей (L1-L4, ПОБ и ДОП) проводилось методом двухэнергетической рентгеновской центральной (Hologic «Discovery A») и периферической (Osteometer Meditech DTX 200) абсорбциометрии. Статистическая обработка проводилась с использованием пакета программ STATISTICA for Windows (версия 10.0) и MedCalc (версия 15.6). Результаты: при всех локализациях НП (ПОБ, ДОП, шейка плечевой кости, позвоночник и лодыжка) МПК в ДОП демонстрирует однонаправленные изменения с МПК в ПОБ и L1-L4. Коэффициенты корреляции (r) между МПК в ДОП и ПОБ в целом, шейке бедра и L1-L4 составили 0,58, 0,62 и 0,47, соответственно. Были построены характеристические (ROC) кривые, рассчитана площадь под ними (AUC), определены показатели чувствительности и специфичности для различных точек разделения. При помощи индекса Youden (J = Чувствительность + Специфичность - 1) рассчитаны оптимальные точки разделения показателя МПК (Т-критерий) в ДОП, характеризующиеся наилучшим соотношением чувствительности и специфичности. Установлено, что Т-критерий в ДОП <-2,6 (J=0,45), позволяет прогнозировать ОП позвоночника с чувствительностью 74% и специфичностью 71%; Т-критерий < -3,0 (J=0,48), позволяет прогнозировать ОП в ПОБ с чувствительностью 72% и специфичностью 76%. Для прогноза ОП в шейке бедренной кости оптимальной «точкой разделения» является значение Т-критерия ДОП <-2,8 (J=0,48), с чувствительностью 75% и специфичностью 71%. Заключение. Полученные нами значения МПК в ДОП по Т-критерию при проведении периферической DXA могут использоваться для прогнозирования ОП в поясничном отделе позвоночника, шейке бедра и общем показателе ПОБ в условиях отсутствия аппаратов для аксиальной DXA.
40-41 65
Аннотация
В настоящее время прогресс методов денситометрии (ДХА) связан с получением объемных 3-Д изображений, расширяющих наши представления о состоянии кости пациента. В исследовательской лаборатории компании DMS была разработана новейшая технология - 3Д-ДХА, точность которой оценена с помощью количественной компьютерной томографии и доказана высокая степень корреляции этих двух методов. Цель работы: изучить клинико-диагностическое значение 3Д -ДХА проксимального отдела бедра у больных с постменопаузальным остеопорозом (ОП). Материал и методы. Исследование проводилось в центре остеопороза на рентгеновском остеоденситометре STRATOS (DMS, France), оснащенном цифровой 3Д-приставкой. Для апробации были выбраны объемные показатели кортикальной и трабекулярной кости и толщина кортикальной кости в шейке бедра. Результаты. В зависимости от показателей ДХА были выделены следующие группы пациенток: 1) c нормальной минеральной плотностью кости (n=30); 2) с остеопенией (n=30); 3) женщины с постменопаузальным ОП (n=30), с переломами в анамнезе n=19 (63%), компрессионными деформациями тел позвонков n=11 (37%), с семейным анамнезом ОП (n=6, 20%), ранней менопаузой (n=5, 17%). Показатель FRAX составил 22,7±10,6%. 4) c глюкокортикоидным ОП (n=10). Показатель FRAX - 19,9±12,8%. Все группы были сопоставимы по возрасту - средний возраст 68,7±8,5 лет. На первом этапе работы проводилась 3Д-ДХА с измерением отдельно объема трабекулярной и кортикальной кости. Наибольший объем трабекулярной (0,24±0,04 г/см3) и кортикальной кости (0,63±0,05 г/см3) имеет место при нормальной МПК, при остеопении объемные показатели достоверно ниже (0,17±0,02 и0,57±0,03), а при ОП (0,12±0,02 и 0,54±0,04 г/см3) - еще достоверно более низкие, чем при остеопении. Эта закономерность подтверждает высокую информативности 3Д-ДХА, не уступающей столь широко распространенной на практике стандартной ДХА. Так же получена положительная корреляционная взаимосвязь плоской и объемной ДХА (r=0,49 при остеопении и r=0,45 при остеопорозе). Следует заметить, что изучаемые показатели мало коррелировали с возрастом. Представляет интерес выявленная особенность при ГКС-ОП: объем трабекулярной кости достоверно отличается от показателей при ОП и остеопении, а кортикальная кость достоверно отличается только от ОП. Таким образом, подтверждается, что при ГКС-ОП наиболее интенсивно происходит резорбция трабекулярной кости, что теперь можно определить и вполне возможно в будущем первоочередное определение именно этого показателя с целью ранней диагностики ГКС-ОП. На следующем этапе работы были изучены показатели толщины кортикальной кости шейки бедра различной локализации. Оказалось, что при ОП наименьшей толщиной отличается латеральная стенка шейки бедра, особенно при ГКС-ОП (0,57±0,2 мм) Заключение. Таким образом, 3-Д-ДХА проксимального отдела бедра имеет возможность дифференцированной оценки состояния трабекулярной и кортикальной кости и толщины стенки различных участков кости. Используя этот метод, мы можем получить новые данные о распределении минеральной плотности кости при различных патогенетических вариантах ОП, точнее прогнозировать риск переломов и оценивать эффективность лечения. В перспективе, возможно применение этого метода для индивидуального подбора эндопротеза или для изготовления протеза по трехмерной модели проксимального отдела бедра.
41-41 57
Аннотация
Introduction of X-ray densitometry had revolutionized the diagnostics of osteoporosis. Majority of scientists believed that it was a diagnostic instrument close to almost ideal one capable evaluation of both: bone mineral density and likelihood of future fractures. Experiences accumulated during the previous years have slightly shaken this belief. It is more frequently heard that DEXA is not an ideal diagnostic instrument, but no better instrument has been created yet, which is also proved by our 12 years of experience. Materials and Methods. X-ray densitometry research evaluated 5200 patients aged 40-70. 4100 women and 1100 men. Medical History of 825 patients showed that they had bone fractures, 136 out of them were high energy ( pressure), the rest of them low trauma or no-trauma fractures. BMD index was low in 2736 patients (T score> -2.5). 48 patients had fractures in earlier lives registered in their medical records. Results. Low BMD index was identified in 2736 patients with osteoporosis only during the DXA lateral scans. It is arguable thatx-ray densitometry and BMD evaluation is the only criteria for the standards of diagnostics and the predictor of progressive bone loss and fractures. Discussion. While analyzing the results, diagnostic problems emerged at diagnostic process were taken into account, namely spine deformation, osteoporosis, osteochondrosis that camouflage real mineral density of the bones. At the same time, each patients with existing fractures in their record filled in special questionnaires describing clinical symptoms of the disease and risk-factors influencing the likelihood of the disease. Results of the work were processed through the analysis of variance (Fisher). Reliable correlation was not identified between DXA results and fracture risk index. This last one encourages routine use of FRAX in diagnostics of osteoporosis and prognosis of fractures before morphological evaluation of bones will be readily available to use as an additional diagnostic tool.
41-42 59
Аннотация
С целью исследования зависимости рентгеновских проявлений дистрофических изменений межпозвонковых дисков и величины минеральной плотности кости были изучены результаты комплексного рентгенодиагностического и абсорбциометрического исследований 127 женщин в возрасте от 40 лет и старше (средний возраст 62,8 лет). По данным стандартной рентгенографии грудного и поясничного отделов позвоночного столба в боковой проекции проводилась полуколичественная оценка дистрофических изменений межпозвонковых дисков в баллах с учетом степени выраженности и распространенности характерных для остеохондроза краевых костных разрастаний. Минимальные костные разрастания по передним краям тел позвонков определялись в 1 балл, разрастания до 5 мм, являющиеся продолжением плоскости замыкательных площадок, оценивались в 2 балла, более 5 мм - в 3 балла. При наличии подобных проявлений в 2-3 сегментах грудного и поясничного отделов к оценке костных разрастаний добавлялся 1 балл, в 4-5 сегментах - 2 балла, в 6 и более сегментах - 3 балла. В целом, таким образом, оценка могла быть от 0 (нет изменений) до 6 баллов (выраженные, распространенные проявления остеохондроза) Абсорбциометрия выполнялась в виде количественной рентгеновской компьютерной томографии с определением средней минеральной плотности кортикальной и губчатой кости с учетом возраста, а также ряда связанных с ними показателей, характеризующих качественное состояние костной ткани (плотностные интервалы для кортикальной и губчатой кости и соотношение их плотности). Результаты. На первом этапе исследования абсорбцио-метрические данные были проанализированы в зависимости от степени выраженности дистрофических изменений межпозвонковых дисков в трех группах, при средних их оценках 1-2, 3-4, 5-6 баллов. Выявлено достоверно более высокое значение минеральной плотности костной ткани при наиболее выраженных проявлениях остеохондроза. Так, в частности, установлено, что средняя плотность губчатой кости в группе с оценкой 1-2 балла составила 84,8 мг/мм3, в группе при 5-6 баллах - 99,8 мг/мм3, что соответствует увеличению на 15%. Плотность кортикальной кости при наиболее выраженных изменениях, характерных для остеохондроза, была на 12% больше, чем при минимальных его проявлениях (310,0 мг/мм3 и 263,0 мг/мм3 соответственно). При наиболее выраженных дистрофических изменениях определено сопоставимое по значению увеличение на 15% плотностных интервалов губчатой и кортикальной ткани, что в целом свидетельствует о склеротическом типе изменения качества кости. На втором этапе работы результаты исследования были проанализированы в зависимости от средней минеральной плотности костной ткани в пяти группах 5 групп -125 мг/мм3 и более, 100-124, 75-99, 50-74 и менее 50 мг/мм3. Определено достоверное снижение оценки дистрофических изменений межпозвонковых дисков от 3,8 балла в группе с максимальной минеральной плотностью (125 мг/мм3 и более) до 2,8 баллов в группе при костной массе 50-74 мг/мм3. Показатели состояния качества кости при этом соответствовали уровню минеральной плотности костной ткани. Выводы. 1.Отмечена достоверная связь характера, степени выраженности и распространенности дистрофических изменений межпозвонковых дисков и величины минеральной плотности кости.2.Выявлено увеличение минеральной плотности кортикальной и губчатой кости со склеротическим типом изменения ее качества при выраженных и распространенных дистрофических изменениях межпозвонковых дисков в виде остеохондроза. 3. При наиболее значительном снижении минеральной плотности кости отмечаются наименее выраженные по глубине и распространенности проявления остеохондроза.
42-42 42
Аннотация
С сахарным диабетом (СД) как 1 так и 2 типа связано увеличение риска переломов. В отличие от пациентов с СД 1, СД 2 связан с повышением минеральной плотности кости (МПК), в связи с чем МПК не всегда является предиктором переломов Сила кости, определяющая устойчивость к переломам, определяется как количественными, так и качественными характеристиками. Новый метод, который получил название «trabecular bone score» (TBS), трабекулярный костный индекс, позволяет оценить микроархитектонику кости путем получения проекции 3D-изображения кости на плоскости. TBS высчитывается при анализе уже имеющихся денситограмм поясничного отдела позвоночника при установке программного обеспечения на персональных компьютерах остеоденситометров Lunar и Hologic, поэтому может быть определен в любой время, даже если DXA исследование было проведены за годы до подсчета TBS. Цель исследования - оценить трабекулярный костный индекс у пациентов с сахарным диабетом 2 типа. Материалы и методы. 57 пациенток с СД 2 периода постменопаузы, находившиеся на стационарном лечении в отделении эндокринологии ГБУЗ СО СОКБ № 1 с 01 января 2015 по 01 декабря 2015 года вошли в кросс - секционное исследование. Минеральная плотность костной ткани (МПК) шейки бедра, поясничного отдела позвоночника были оценены в ходе двухэнергетической рентгеновской абсорбцио-метрии (ДХА), произведен расчет Т-критерия. Для оценки микроархитектоники костной ткани исследован костный трабекулярный индекс (trabecular bone score (TBS)). Корреляция TBS с антропометрическими и анамнестическими данными рассчитана при помощи корреляции Пирсона. Результаты. Средний возраст пациенток составил 62,34±6,64 лет, длительность СД2 12,99±7,38 лет, длительность менопаузы 12,41±7,21 лет. Остеопороз, по данным Т- критерия (менее -2,5 стандартных отклонений (СО)), при ДХА выявлен у 2 (3,40%) пациенток, остеопения (Т критерий менее -1,0 СО) - у 22 (37,28%) пациенток. TBS в среднем составил 1,153±0,125. Снижение TBS менее 1,35 выявлено у 41 (69,5%) пациентки. TBS менее 1,2, соответствующий разрушению микроархитектоники кости, выявлен у 22 (37,28%) пациенток, в интервале 1,2-1,35, соответствующий частичному разрушению костной ткани, у 17 пациенток (28,81%). Выявлена отрицательная корреляционная связь умеренной силы с показателем FRAX для основных остеопоротических переломов (r=-0.41), отрицательная связь умеренной силы с весом, ростом и индексом массы тела пациенток (г=-0,436; -0,35; -0,39 соответственно). TBS имел слабую корреляцию с длительностью СД2 (r=0,24), отрицательную корреляцию слабой силы с длительностью менопаузы (r=-0,28) и очень слабой силы с уровнем гликозилированного гемоглобина (r=-0.176). Выводы: у пациенток с СД 2 в период менопаузы выявлены низкие показатели трабекулярного костного индекса, свидетельствующие об изменения качественных характеристик костной ткани. Проспективное исследование позволит оценить вклад метода TBS в прогнозирование переломов у пациентов с СД.
43-43 72
Аннотация
Введение. Дефицит витамина D играет важную роль роли в патологии опорно-двигательной системы, однако данные о его влиянии на композиционный состав тела у профессиональных спортсменов весьма противоречивы. Цель исследования - определить уровень 25(ОН)D у молодых спортсменов и сопоставить с показателями количества жировой, соединительно-мышечной и костной ткани для уточнения распространенности дефицита витамина D и его вклада в формирование композиционного состава тела. Материал и методы. В исследование включено 186 спортсменов, 74 девушки и 112 юношей в возрасте от 16 до 20 лет (средний возраст 17,7±1,4 лет). Всем определено измерение роста, веса, рассчитан индекс массы тела (ИМТ, кг/м2). Уровень 25(ОН)D в сыворотке крови определен у 119 атлетов с помощью иммунохемилюминесцентного метода на анализаторе Architect 8000. Сорока семи спортсменам была выполнена двухэнергетическая рентгеновская абсорбциометрия (ДРА) в режиме total body с определением количества жировой, соединительно-мышечной и костной ткани. Результаты исследования продемонстрировали низкий уровень 25(ОН)D в сыворотке крови у 103 обследованных атлетов (86,6%), в том числе у 51,3% человек диагностирован дефицит витамина D. Гендерных различий в уровне в сыворотке крови выявлено не было. Уровень 25(ОН)D крови у атлетов, занимающихся в зале и более 2-х часов ежедневно на улице достоверно не отличался (21,9±1,2 и 21,1±0,9 нг/мл, p>0,05). Наименьший уровень 25(ОН)D был у баскетболистов, волейболистов, гандболистов, по сравнению с данным показателем у других атлетов (16,8±1,1 и 21,7±1,6 нг/мл, p<0,05). Результаты проведенной ДРА не выявили снижение минеральной плотности костной ткани у обследованных спортсменов, и показали более высокие показали количества костной ткани у спортсменов игровых видов спорта (баскетболисты, волейболисты, гандболисты) по сравнению с данным показателем у пловцов, гимнастов и велосипедистов (3916,76±146,39 & 3235,24±88,27 г, p<0,01) Уровень 25(ОН)D не был ассоциирован ни с количеством жировой ткани (r=-0,161, p>0,05), ни с количеством соединительно-мышечной и костной ткани у обследованных спортсменов (r=-0,062, p>0,05). Выводы. Дефицит витамина D широко распространен среди спортсменов; тренировки на улице не влияют на уровень 25(ОН)D крови; атлеты командных видов спорта представляют группу риска по дефициту витамина D; дефицит витамина D не ассоциирован с меньшим количеством костной и мышечной массы у атлетов.
43-44 84
Аннотация
В зарубежной литературе в последние годы появились важные данные о связи дефицита витамина D и психического состояния пациентов. Целью нашего исследования было проанализировать взаимосвязь уровня витамина D в крови и особенностей клинической картины эндогенных депрессивных состояний у пациентов психиатрического стационара молодого возраста. Материал и методы. В исследование включено 41 больной в возрасте от 18 лет до 27 лет, из них 17 мужчин и 24 женщины. Исследование проводили на базе отделения интенсивного оказания психиатрической помощи и Дневного стационара ГПНДС № 7 Санкт-Петербурга. Полученные данные показывают, что чаще заболевание дебютирует в возрасте 18-20 лет (58.5%). После забора венозной крови натощак у пациентов определяли уровень витамина 25(OH)D в плазме крови с помощью автоматизированного иммуноанализа (анализатор «Architect I 1000SR», США). По результатам обследования больные были разделены на 3 группы: пациенты с авитаминозом D (концентрация 25(OH)D ниже 10 нг/мл, 29% от общего числа), пациенты с гиповитаминозом (от 10 до 30 нг/мл, 62%) и пациенты с нормальным уровнем содержания 25(OH)D (более 30 нг/мл, 9%). Результаты. Данные по оценке степени тяжести депрессий молодого возраста по Клинической шкале депрессии Гамильтона по группе в целом, показали, что в структуре депрессий молодого возраста преобладали депрессивные расстройства средней степени тяжести (46%) при меньшей выраженности расстройств лёгкой степени (27%) и тяжёлых депрессивных расстройств (17%). Крайне тяжёлые депрессивные расстройства среди пациентов встречались в 9% случаев, которые встречалось только у пациентов с авитаминозом D, так же с равной частотой у них были выявлены тяжёлые депрессивные расстройства и расстройства средней тяжести. У пациентов с гиповитаминозом D преобладали депрессивные расстройства средней степени, а у пациентов с нормальным содержанием 25(OH)D в плазме крови - лёгкие и средние депрессивные расстройства, тяжёлые и крайне тяжёлые формы у них не встречались. При авитаминозе D клиническая картина в большем количестве случаев была представлена большим депрессивным эпизодом, в меньшей степени - умеренным депрессивным эпизодом; малый депрессивный эпизод при авитаминозе D не встречался ни в одном из случаев. При гиповитаминозе D с равной частотой клиническая картина была представлена малым и умеренным депрессивным эпизодами. При нормальном содержании 25(OH)D в плазме крови клиническая картина депрессии была представлена только малым депрессивным эпизодом. При оценке анамнестических данных наличие суицидных попыток было выявлено у 16 пациентов (39%) из 41; 5 человек (12%) совершали суицидные попытки неоднократно. В процессе обследование наличие суицидных идей различной степени выраженности было выявлено у 29 человек (71%). У 51% обследованных был выявлен средний риск суицида, у 31%(13 пациентов) - низкий риск, высокий риск суицида - у 18% (6 пациентов). При оценке риска суицида среди пациентов обнаружено, что в группе пациентов с авитаминозом D средний и высокий риски встречались с одинаковой частотой. В этой группе больных высокий риск суицида встречался в 50% случаев, что значительно превышает этот показатель в группе больных с гиповитаминозом и нормальным показателем уровня витамина D крови. Низкого риска суицида у пациентов с авитаминозом D обнаружено не было. В группе пациентов с гиповитаминозом преобладал средний риск суицидального поведения (61,5%). В группе больных с нормальным содержанием витамина D были выявлены только низкий и средний риски. Суицидные мысли возникали практически в равной степени как у мужчин, так и у женщин, страдающих депрессивным синдромом, однако мужчины чаще совершали суицидные попытки, что подчёркивается многими авторами. Повторные суицидные попытки значительно чаще встречались у женщин (в 4 случаях из 5), это может быть обусловлено тем, что мужчины более склонны к завершенным суицидным. При оценке интенсивности суицидных идей у пациентов отмечено, что актуальные суицидные идеи с конкретным планом и намерением его осуществить встречались только в группе с авитаминозом D, в группе пациентов с гиповитаминозом D встречались все оставшиеся виды интенсивности суицидных идей с почти равной частотой. В группе пациентов с нормальным уровнем 25(OH)D был только один случай наличия суицидных идей без отсутствия плана действий. Таким образом, снижение уровня витамина D при депрессиях молодого возраста являлось не только фактором риска возникновения суицидального поведения, что значительно утяжеляет течение заболевания, но и способствовало более тщательной проработке плана самоубийства и усилению намерения его совершить. Выводы. Среди больных с депрессиями молодого возраста отмечается отчётливое преобладание лиц женского пола (71%), для них характерно более раннее начало заболевания. У пациентов с депрессиями молодого возраста наблюдается снижение уровня 25(OH)D в плазме крови: у 29% обследованных было зафиксировано состояние авитаминоза, у 62% - гиповитаминоза. В структуре депрессий молодого возраста преобладали депрессивные расстройства средней степени тяжести (46%), что может затруднять их диагностику. Снижение уровня витамина D(OH) в крови способствует утяжелению депрессивного синдрома: крайне тяжёлые депрессивные расстройства встречались только у пациентов с авитаминозом D, у пациентов с гиповитаминозом D преобладали депрессивные расстройства средней степени, а у пациентов с нормальным содержанием 25(OH)D в плазме крови тяжёлые и крайне тяжёлые формы не встречались. Снижение уровня витамина D при депрессиях молодого возраста является не только фактором риска возникновения суицидального поведения, что значительно утяжеляет течение заболевания, способствует более тщательной проработке плана самоубийства и усилению намерения его совершить. Чаще всего депрессии молодого возраста развиваются в рамках аффективных заболеваний (51% больных). Учитывая психометрические данные, можно утверждать, что наличие депрессивного синдрома негативно сказывается на показателях когнитивного функционирования, чем тяжелее депрессивное расстройство, тем более выраженно снижение ЭПП и ОИ. Снижение уровня витамина D у пациентов с депрессиями молодого возраста, так же способствует ухудшению памяти и общего интеллекта, причём авитаминоз D значительно более негативно сказывается на когнитивном функционировании, нежели гиповитаминоз D.
44-44 57
Аннотация
Целью настоящей работы было исследование уровня витамина D(OH) у пожилых жителей Санкт-Петербурга и его ассоциации с маркером хронической сердечной недостаточности - мозговым натрийуретическим пептидом (МНП). Материал и методы. Для решения поставленной задачи в феврале-марте было обследовано 209 пациентов, не принимавших препараты витамина D в течение предыдущих шести месяцев. Возраст пациентов варьировал от 71 до 91 года, с медианой равной 77 годам. 72,7% (152 пациента) выборки составили женщины. В качестве лабораторного показателя статуса витамина D использовали сывороточный уровень 25-гидроксивитамина D [25(ОН)D]. Все исследования проводили на автоматическом анализаторе «ARCHITECT i1000 SR» с использованием наборов реактивов, калибраторов и контролей фирмы «Abbott» (США). Результаты. Сывороточная концентрация 25(ОН)D у пациентов изменялась от 5,0 до 28,0 нг/мл при следующих устойчивых показателях распределения: медиана 15,5 нг/мл (25-й процентиль равен 12,8 нг/мл, 75-й процентиль - 19,7 нг/мл). Рассчитанный медианный доверительный интервал позволяет утверждать, что медиана популяционной совокупности витамина D с вероятностью 0,95 будет находиться в пределах от 14,9 до 16,8 нг/мл. Достоверных различий в обеспеченности витамином D по полу не выявлено, что подтверждается рассчитанным U-критерием Манна-Уитни (Z=-1.267, p=0.205). В ходе исследования установлено, что тяжелый дефицит D (уровень кальцидиола в крови менее 10 нг/мл) имел место у 9,6% (20/209) обследованных, у 66,0% (138/209) пациентов наблюдался дефицит (гиповитаминоз) (25(ОН)D в пределах от 10 до 20 нг/мл, включительно) и у 24,4% (51/209) был пониженный уровень витамина D (от 21 до 30 нг/мл). Обнаружена ассоциация дефицита витамина D с уровнем мозгового натрийуретического пептида (МНП), являющегося маркером хронической сердечной недостаточности. Риск иметь уровень МНП выше 100 пг/мл, т.е. выше нормы, в группе пациентов с авитаминозом был в 1,9 (95% ДИ 1,14-3,23) раза вероятней, чем в группе с дефицитом витамина и в 2,6 (95% ДИ 1,257-5,175) раза выше, чем в группе с пониженным уровнем витамина D. Выводы. Относительный риск сердечно-сосудистых заболеваний увеличивается с уменьшением концентрации сывороточного витамина D. Необходимы дополнительные рандомизированные исследования для корректного выявления роли низкого статуса витамина D в нарушении функции сердца.
45-45 49
Аннотация
Цель: оценить эффективность и безопасности коллоидной суспензии кальция в качестве подготовки к антирезорбтивной терапии. Материалы и методы: в исследование рандомизировано 20 мужчин и женщин в возрасте 67+3 (от 54 до 76 лет), с верифицированным остеопорозом (ОП), не осложненным компрессионными атравматичными переломами (КАП) тел позвонков. Критериями исключения из исследования являлись верифицированные патологии, вызывающие гипо - или гиперкальциемию и/или гиперкальциурию. Не дефицитных по содержанию 25 (OH)D в крови. В качестве антирезорбтивной терапии пациентам планировалась терапия российским дженерическим препаратом золендроновой кислоты (Резокластин ФС). Для подготовки к инфузии в течение 3 месяцев применялась коллойдная суспензия Мицеллат Актив (ООО «Славянская аптека», регистрационный № RU 77.99.88.003.E.006004.04.15 от 28 апреля 2015 г.) в дозе 7 капель 0,7 мл - 1 раз в сутки. Длительность терапии 3 месяца. Оценка эффективности и безопасности - определение маркеров костного ремоделирования - костной щелочной фосфотазы и CTX, кальция общего и ионизированного и 25 (OH)D в крови; экскрецию кальция, обще-клинический анализ крови и мочи; УЗИ почек и ЭКГ. Результаты: при первичном обследовании выявлено у 30% гипокальциемия и у 70% нормокальциемия. В зависимости от уровня ионизированного кальция, методом случайных чисел, пациенты разделены на 2 группы. Пациенты группы 1 (ГР1) получали Мицеллат Актив, группа 2 (ГР2) - наблюдение. Изменений экскреции кальция не выявлено. Через месяц применения коллойдной суспензии кальция ни у одного из пациентов не отмечено каких-либо изменений в самочувствии. Через 3 месяца у пациентов ГР1 отмечена нормокальциемия в 100%, изменений в экскреции кальция не зафиксировано. Статистически достоверных изменений при ЭКГ и УЗИ исследовании не выявлено в ГР1 и ГР2. У группы пациентов с гипокальциемией из ГР1 отмечено увеличение уровня кальция на 35-45%, все они достигли нормокальциемии. Несмотря на необходимость ежедневного приема препарата и особенности приготовления раствора для приема внутрь ни один из пациентов не высказал желания прекратить прием, в тоже время 100% пациентов выразили готовность продолжить прием препарата и после инфузии золендроновой кислоты. В ГР2 отмечено увеличение количества пациентов с ги-покальциемией до 60%. Изменений экскреции кальция также не выявлено. Отмечено незначительное снижение уровня 25 (OH) D в крови на 3-10% у пациентов ГР1. Пациентам ГР1 проведена инфузия Золендроновой кислоты (Резокластин ФС) отмечена хорошая переносимость терапии. Пациентам ГР2 назначена терапия препаратами кальция и витамином Д до нормокальциемии, с последующем применением антире-зорбционной терапии. Выводы: отмечена эффективность и безопасность коллойдной суспензии кальция Мицеллат Актив (ООО «Славянская аптека», регистрационный № RU 77.99.88.003.E. 006004.04.15 от 28 апреля 2015 г) в качестве подготовки к антирезорбтивной терапии.
45-46 52
Аннотация
Российская Федерация в силу географического расположения и экономических особенностей имеет все предпосылки для развития недостатка и дефицита витамина D. Цель исследования. Оценить уровень 25(OH)D) крови у жителей Северо-Западного региона РФ для изучения распространенности дефицита витамина D и его вклада в здоровье. Материал и методы. В исследование включено 1690 человек (1349 в возрасте 18-75 лет, включая 221 беременную и 120 детей/подростков в возрасте 3-17 лет). Уровень 25(OH)D крови оценивался хемилюминесцентным методом (AbbottArchitect 8000, USA), у беременных исследование проводилось на 8-14 неделях гестации. Критерии РАОП (2015) были использованы для оценки статуса витамина D. Антропометрическое исследование включало измерение роста, веса, окружности талии (ОТ) и расчет индекса массы тела (ИМТ). У 204 женщин в возрасте 30-52 лет проведена двухэнергетическая рентгеновская абсорбциометрия (ДРА) (Lunar Prodigy, USA). У 310 жителей 25-70 летнего возраста проведена оценка наличия тревоги и депрессии при помощи опросника госпитальной шкалы тревоги и депрессии HADS. За отсутствие тревоги и депрессии принималось суммарное значение баллов 0-7, за субклинические нарушения - 8-10, за клинические - >11. Результаты. Уровень 25(OH)D в сыворотке крови варьировал от 9,8 до 147,5 нмоль/л, у взрослых в среднем был 54,8±0,7нмоль/л, у детей/подростков - 46,8±1,6 нмоль/л. У женщин 25(OH)D крови был ниже чем у мужчин (53,9±0,8 и 67,2±2,2 нмоль/л; p<0,01). Было установлено, что 16,8% популяции имели уровень 25(OH)D более 75 нмоль/л, 37,5% - имели недостаток и 45,7% дефицит витамина D. Среди беременных только 50% женщин имели нормальный уровень обеспеченности витамином D. Не было найдено ассоциации между уровнем 25(ОН)D и возрастом. Лица с нормальным показателем ИМТ имели больший уровень 25(OH)D крови, чем лица с избыточной массой тела и ожирением (52,5±2,8 и 44,8±2,0 нмоль/л, p<0,05). Установлены отрицательные корреляционные связи между уровнем 25(OH)D и ИМТ (r=-0,17, p=0,03), ОТ (r=-0,15, p=0,02). Концентрация 25(OH)D крови у беременных не была ассоциирована ИМТ, приемом препаратов, содержащих витамин D, а также антропометрическими параметрами новорожденных. Результаты проведенной ДРА показали, что 18,6% женщин имели снижение МПК, однако чаще эти изменения были характерны для лиц с нормальной массой тела по сравнению с женщинами, имеющими ожирение. Результаты корреляционного анализа продемонстрировали, что МПК в проксимальном отделе бедра ассоциирована с ИМТ (r=0,43, p=0,008), ОТ (r=0,51, p=0,002). В тоже время, показали МПК находились в корреляционной зависимости с 25(ОН)D только у женщин в возрасте до 40 лет (r=0,48, p=0,04). Наличие тревожного расстройства выявлено у 32,5%, депрессивного синдрома - у 11,0% обследованных. Результаты исследования продемонстрировали наличие отрицательной взаимосвязи между уровнем 25(ОН)D и степенью выраженности тревожных нарушений (r=-0,11, p=0,03). Степень выраженности депрессивных нарушений была ассоциирована с возрастом обследованных (r=0,12, p=0,02), но не зависела от уровня обеспеченности витамином D (r=-0,08, p=0,09). Исключение таких факторов формирования психогенных нарушений как ожирение, артериальная гипертензия, нарушение метаболизма глюкозы, позволило определить самостоятельный вклад низкого уровня 25(ОН)D в сыворотке крови в развитии тревожного расстройства в исследованной популяции (R2=0,02, p=0,01). Выводы. Дефицит и недостаток витамина D широко распространены у жителей Северо-Западного региона РФ независимо от возраста. Наиболее низкий уровень 25(OH) D крови характерен для женщин и лиц с избыточным количеством жировой ткани. Дефицит витамина D вносит вклад в формирование остеопенического синдрома у женщин в возрасте до 40 лет, а также, возможно, является самостоятельным фактором, участвующим в развитии тревожного синдрома.
46-46 76
Аннотация
Витамин D относится к группе жирорастворимых витаминов, который естественным образом присутствует лишь в очень ограниченном количестве продуктов питания, а синтез в организме человека возможен только в определенных условиях, когда ультрафиолетовые лучи солнечного света попадают на кожу. Как известно, D-гормон обладает антипролиферативным эффектом на кератиноциты, поэтому оправдано применение витамина D при пролиферативных заболеваниях кожи, например, псориазе. Цель. Изучение уровня 25(ОН) витамина D у пациентов с псориазом и псориатическим артритом в зависимости от состояния минеральной плотности костной ткани (МПКТ). Материал и методы. На базе Иркутского областного диагностического центра были обследованы 123 пациента с псориазом и псориатическим артритом (женщин 39%, мужчин 61%), средний возраст - 52,31±7,3 лет. Критериями исключения из исследования явился регулярный прием препаратов, содержащих витамин D. На всех пациентов заполнялась унифицированная анкета с детальным анализом факторов риска остеопороза. Определение уровня 25(ОН) D проводилось при помощи биохимического анализатора Cobas 8000, (Roche, Швейцария). Дефицит витамина D определяется как концентрация 25(ОН^ <20 нг/мл, недостаточность - концентрация 25(ОН^ от 20 до 30 нг/мл, адекватные уровни - более 30 нг/мл. Минеральная плотность костной ткани оценивалась методом двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии на аппарате EXCELL XR-46 NORLAND в области поясничного отдела позвоночника и проксимального отдела бедренной кости. Оценка плотности костной ткани осуществлялась в г/см2, по Т критерию (у лиц старше 50 лет) и Z критерию (у лиц до 50 лет) и их про центному отклонению от стандарта. Согласно рекомендациям ВОЗ (1994) снижение МПКТ по Т - критерию до -1,0 SD оценивалось как вариант нормы, от -1,0 SD до -2,5SD - остеопения, менее -2,5 SD - остеопороз. Статистическая обработка результатов проводилась с использованием пакета прикладных программ Statistica 6.0 («Statsoft», США). Результаты. Концентрация уровня 25(ОН) D в сыворотке крови у обследованных пациентов в среднем составила 19,1±1,3 нг/мл и варьировала от 7,16 нг/мл до 34,80 нг/мл. Дефицит и недостаток витамина D выявлен у 90 пациентов, что составило 73,2%. Лишь треть (26,8%) обследованных имели нормальный уровень витамина D. Установлено, что в условиях снижения концентрации 25(ОН) D в сыворотке крови показатели минеральной плотности костной ткани были существенно ниже, по сравнению с теми, у кого уровень витамина D соответствовал нормальным значениям. Так, частота остеопороза составила в группе пациентов с дефицитом и недостаточностью витамина D 53,3% (48 чел.), среди лиц с нормальным уровнем витамина - 15, 2% (р=0,0003). Средние значения ВМЭ в первой группе составили в среднем 0,706±0,06 gWmI, в второй - 0,923±0,05 g\ сш[ соответственно. Дефицит витамина D ассоциировался с такими факторами риска, как снижение СКФ<60 мл/мин (OR 1,9; р<0,01), склонность к падениям (OR 1,7; р<0,05), переломы в анамнезе (OR1,3; р<0,05) и ИМТ >25 кг/м2 (OR1,3; р<0,05). Выводы. Таким образом, у пациентов, страдающих псориазом и псориатическим артритом, в 70% случаев отмечался дефицит или недостаток витамина D в сыворотке крови, что ассоциировалось с низкой минеральной плотностью костной ткани и высокой частотой остеопороза.
47-47 326
Аннотация
Цель. Анализ колебаний уровня витамина Д в сыворотке крови пациентов в зависимости от возраста, пола, уровня инсоляции, а также сопоставление определяемого уровня витамина Д, с показателями минеральной плотности кости по данным рентгеновской остеоденситометрии. Материал и методы. Нами были проанализированы результаты исследований на содержание витамина Д в сыворотке крови 5335 пациентов обратившихся в ГАУ РО «ОКДЦ» г. Ростова-на-Дону за период с 2013 по 2015гг. Группу обследуемых составили 711 мужчин (из них 68 до 18 лет, 643 старше 18 лет) и 4624 женщин (из них 61 до 18 лет, 4563 старше 18 лет). Для определения концентрации витамина Д в сыворотке крови использовали наборы 25-ОН VitaminDELISA (EUROIMMUNAG, Германия). Анализ проводили с использованием автоматического вошера DELFIA 1296-026. Концентрацию измеряли на микропланшетном ридере Perkin Elmer Victor 2. Концентрацию витамина Д до 50,0 nmol/L расценивали как дефицит, 50,0-75,0 nmol/L - умеренный дефицит (недостаточность), 75,0-173,0 nmol/L - норма. Результаты. Дефицит витамина Д выявлен у 2314 (43,3%), умеренный дефицит - у 2066 (38,8%), нормальные значения - у 943 (17,6%) пациентов и у 9 (0,17%) пациентов были выявлены высокие значения (>173,0 nmol/L). Таким образом, снижение уровня витамина Д относительно нормы выявлено у 82,1% обследованных. Нами не выявлено существенной разницы при определении дефицита и недостаточности витамина Д у мужчин и женщин. Дефицит витамина Д выявляется у 43,1% мужчин и у 43,7% женщин в возрасте старше 18 лет, тогда как недостаточность 25(OH) D выявляется у 34,8% мужчин и 39,5% женщин. При изучении сезонных колебаний уровня витамина Д самый низкий уровень значений витамина Д определяется с ноября по май, которые соответствуют периоду с минимальным уровнем инсоляции. Мы провели сопоставление уровней концентрации витамина Д в сыворотке крови больных со значениями минеральной плотности кости по результатам рентгеновской остеоденситометрии. Обследование проводилось при помощи двухэнергетического рентгеновского денситометра «Lunar Prodigy». У пациентов имеющих недостаточность и дефицит витамина Д остеопороз выявляется в 20,9% случаев, остеопения в 14,7% случаев. Таким образом, отклонение минеральной плотности кости от нормы нами выявлено у 35,3% пациентов имеющих низкие значения витамина Д, что существенно не отличается от группы пациентов с нормальными значениями 25(OH)D, где остеопороз выявлен в 19,3%, а остеопения в 14,06% случаев. Нами не получено существенных различий по частоте выявления остеопороза и остеопении у пациентов со сниженными и нормальными значениями уровня витамина Д в сыворотке крови. Выводы. 1.Анализируя обследованный контингент пациентов, которому нами было выполнено определение уровня витамина Д, можно сделать вывод, что отклонения от нормальных значений данного показателя выявлено у 82,1% обследованных, из них 43,3% имеют дефицит витамина Д (менее 50,0 nmol/L), а 38,8% умеренный дефицит (50-75 nmol/L). Таким образом, полученные нами данные полностью сопоставимы со среднестатистическими показателями по Российской Федерации. Не определяется существенной разницы при определении дефицита и недостаточности витамина Д у мужчин и женщин. Наименьший уровень значений витамина Д определяется в сыворотке крови пациентов с ноября по май, что соответствует периоду с минимальным уровнем инсоляции. 2. Показатели минеральной плотности кости по данным рентгеновской остеоденситометрии у пациентов, имеющих сниженные значения уровня витамина Д, практически не отличаются от показателей минеральной плотности у пациентов имеющих его нормальные значения.
47-48 73
Аннотация
Дефицит витамина D был признан пандемией во многих странах мира, который приводит к огромному количеству серьезных последствий для здоровья пожилого человека. Было подсчитано, что от 20% до 80% европейских мужчин и женщин, а также жителей США, Канады имеют дефицит витамин D. Адекватные значение витамина D в сыворотки крови снижают риск падений у людей пожилого возраста на 17%, риск перелома бедренной кости на 18% и риск не вертебральных переломов на 20%. Оптимальный уровень витамина D в крови приводит к приросту мышечной силы нижних конечностей и их функций на 4-11%. Однако различные РКИ, проведенные на сегодняшний день дали противоречивые выводы о повышение мышечной массы и мышечной силы при достижении целевых значений витамина D. Таким образом, учитывая различные заключения о влиянии витамина D на состояние мышечной ткани и особенность популяции людей старше 65 лет северо-западного региона России возникла необходимость изучить уровень обеспеченности витамином D пожилого и старческого населения Санкт-Петербурга и оценить влияние дефицита витамина D на состояние костно-мышечной ткани. Цель: провести анализ обеспеченности витамином D у людей пожилого и старческого возраста, оценить влияние низких показателей витамина D на состояние костно-мышечной ткани. Материал и методы. Проведено проспективное когортное исследование 490 пациентов, средний возраст которых составил 74±13,5 лет. Все пациенты были разделены на три возрастные группы: 65-74 года, 75-84 года, 85 лет и старше. Состояние мышечной ткани оценивали с помощью ручного динамометра (мышечную силу) и функционального теста «Встань и иди» (мышечную функцию). Уровень физической активности определялся с помощью опросника IPAQ. Результаты. В 46% случаев выявлен дефицит и в 39% случаев выявлен недостаток витамина 25 (ОН) D у людей старше 65 лет. Пациенты, имевшие 2 и более падений за последние 12 месяцев и переломы любой локализации за последние 24 месяца имели достоверно ниже средние значения витамина 25 (ОН) D, соответствующие дефициту, по сравнению с людьми без падений и переломов, имевших нормальные значения или недостаток витамина 25 (ОН) D (р<0,001). Популяция с низкой физической активностью имела более низкие уровни витамина 25 (ОН) D, соответствующие дефициту, чем пациенты с хорошей физической активностью (р=0,001). Было установлено, что при наличии дефицита 25 (ОН) D у пациентов в сыворотки крови показатели динамометрии и функционального теста «Встань и иди» достоверно ниже допустимых значений, чем у лиц без дефицита витамина 25 (ОН) D, р=0,001 и р=0,0001 соответственно. Средние значения витамина 25 (ОН) D, а также показатели динамометрии и теста «Встань и иди» были статистически значимо ниже у людей старше 85 лет (р<0,001). Выводы: 1. Только 14% населения старше 65 лет имели адекватные значения 25 (ОН) D в сыворотки крови. 2. Дефицит витамина D достоверно чаще встречался у людей склонным к падениям и наличии переломов, низкой физической активностью и наихудшими показателями мышечной силы и мышечной функции. 3.Достоверно чаще низкие показатели физической активности, динамометрии и теста «Встань и иди» и наличие дефицита 25 (ОН) D встречались у людей старше 85 лет.
48-48 76
Аннотация
В последние годы распространенность дефицита и недостаточности витамина D высока. Среди беременных она составляет от 37 до 79%. Известно, что дефицит витамина D ассоциирован с риском развития невынашивания беременности, преэклампсией, гестационного сахарного диабета, бактериального вагиноза, синдром задержки роста плода, с повышенным риском родоразрешения путем операции кесарева сечения. Целью настоящего исследования явилась оценка частоты встречаемости дефицита и недостаточности витамина D у беременных с бесплодием, невынашиванием, преэклампсией и гестационным сахарным диабетом. Материал и методы. Когортное ретроспективное и проспективное исследование, выполнено на базе ФГБУ «СЗФМИЦ им. В.А. Алмазова». Обследовано 800 беременных женщин с сентября 2013 г по март 2015 г, проживающих в Санкт-Петербурге и Ленинградской области. Средний возраст 29±2,1 лет, срок беременности 12-14, 24-36, 34-38 недель. Всем беременным произведен забор биообразцов крови с последующим определением уровня 25-гидрокси-кальциферола (25-OH-D) электрохемилюминесцентным методом на анализаторе Architect 2000. Результаты. В результате проведенного исследования установлено: недостаточность и дефицит витамина D выявлены у 100% женщин с бесплодием (в фолликулярной жидкости у 80% пациенток, в сыворотке крови у 100%). При угрозе прерывания беременности в I триместре дефицит витамина D в сыворотке крови выявлен у 47,9% беременных, недостаточность - у 22,9%, норма витамина D - у 29,2%. Частота выявления дефицита витамина D у беременных с преэклампсией составила 69,6%, недостаточности витамина D - 21,5%, нормального уровня витамина D -8,9%. При физиологической протекающей беременности дефицит витамина D обнаружен не был, у 18,5% женщин выявлена недостаточность витамина D, у 81,5% женщин - нормальный уровень витамина D. Связь между дефицитом витамина D и развитием гестационного сахарного диабеты установлена не была. Выводы. Таким образом, недостаточность и дефицит витамина D встречается у 100% женщин с бесплодием, у пациенток с невынашивания беременности дефицит и недостаточность витамина D встречается в 6 раз чаще, у беременных с преэклампсией в 5 раз чаще встречается низкий уровень витамина D. При физиологической протекающей беременности недостаточность витамина D выявлена лишь у 18,5% женщин, дефицит витамина D выявлен не был.
48-49 70
Аннотация
Ранее нами было проведено исследование уровня витамина D в период минимальной инсоляции («Остеопороз и остеопатии», 2012, № 3). Было выявлено, что нормальный уровень витамина D имели только 18% обследованных, 33% - умеренный, 6% - тяжелый дефицит. Цель. Изучить уровень витамина D в период максимальной инсоляции у лиц, старше 50 лет, проживающих в РБ и сравнить с результатами исследования в период минимальной инсоляции. Материал и методы. В период максимальной инсоляции у 175 человек старше 50 лет, проживающих в городе (Уфа) и сельской местности (Аскинский, Бурзянский, Или-шевский, Кугарчинский районы) РБ, проведены исследования 25(ОН)D и ПТГ методом непрямого твердофазного иммуноферментного анализа. Результаты. Средний уровень 25(OH)D составил 57,1±1,5 нмоль/л (у мужчин - 58,6±14,2, женщин - 56,3±2,1). Среди городского населения этот показатель равнялся 55,5±1,4 нмоль/л (у мужчин 56,9±2,6, женщин - 54,7±2,6), а у жителей села - 59,2±2,8 нмоль/л (у мужчин 60,6±2,4, женщин - 59,1±4,3). Даже в период максимальной инсоляции средний уровень витамина D у жителей РБ старше 50 лет соответствует состоянию гиповитаминоза - 62% обследованных (71% городских и 57% сельских жителей). Уровень витамина D, превышающий 100 нмоль/л, соответствующий показателям нормы, был выявлен всего у 4% обследованных (1% - городское, 8% - сельское население). В период максимальной инсоляции не было выявлено лиц с тяжелым дефицитом витамина D, тогда как в период минимальной инсоляции их доля в группе обследованных сельских жителей составляла 14%. Средний уровень ПТГ составил 42,1±2,27 пг/мл (у мужчин - 36,9±2,3, женщин - 44,7±3,1). Среди городского населения этот показатель был равен 41,8±3,3 пг/мл (у мужчин 36,6±3,6, женщин - 44,5±4,7), а у жителей села - 42,5±2,6 пг/ мл (у мужчин 38,3±2,9, женщин - 45,2±3,8). Не было выявлено статистически достоверных различий согласно результатам двухвыборочного t-теста по уровню 25(ОН)D или по уровню ПТГ между группами городского и сельского населения, а также между группами мужчин и женщин. Ранее мы обнаружили, что в период минимальной инсоляции уровень витамина D у городских жителей в два раза превышает этот показатель у сельских жителей. В период максимальной инсоляции уровень витамина Д повышается, а у сельских жителей этот показатель изменяется в большей степени. Ранее нами было показано наличие значимых различий между возрастными группами старше 60 лет по зависимости уровня 25(OH)D от возраста обследованных в период минимальной инсоляции. В период максимальной инсоляции эти различия сглаживались. В период максимальной инсоляции отрицательная корреляционная связь между уровнем 25(OH)D и возрастом приобретала более выраженный характер, по сравнению с периодом минимальной инсоляции. Коэффициент корреляции в период максимальной инсоляции составлял -0,512 для р<0,001 (-0,366 в период минимальной инсоляции). В период максимальной инсоляции сохраняется отрицательная корреляционная связь между уровнем 25(OH)D и уровнем ПТГ (г = - 0,374, р<0,001). Выводы. Полученные результаты свидетельствуют, что проблема дефицита витамина D у лиц старшего возраста сохраняется даже в период максимальной инсоляции, что делает необходимым разработку круглогодичных профилактических и лечебных программ в этом направлении.
49-49 74
Аннотация
Дефицит витамина D ассоциирован с повышенным риском развития сердечно-сосудистых, эндокринных, аутоиммунных и опухолевых заболеваний, снижением иммунной защиты организма и повышением уровня смертности. Недостаточность обеспечения витамином D зарегистрирована у половины населения мира. Екатеринбург находится на 56 градусе северной широты, т.е. в зоне недостаточной инсоляции. Цель: оценить уровень знаний о витамине D и образе жизни младших школьников и их родителей. Материал и методы: проведено одномоментное анкетирование учащихся 3 класса МАОУ гимназии № 99 Екатеринбурга и их матерей. В опросе приняло участие 30 учеников и 30 матерей в период с сентября по октябрь 2015 года. Все участники заполняли анонимную анкету изучения факторов риска развития дефицита витамина D, в которой учитывались: возраст, пол, частота употребления продуктов, содержащих витамин D (молоко и молочные продукты, рыба, куриные яйца), режим инсоляции, наличие переломов костей и частота простудных заболеваний, уровень информированности о витамине D. Результаты. Средний возраст детей составил 8,6 лет. Соотношение мальчиков и девочек 1:1. Средний возраст родителей был 35,6 лет (от 28 до 49 лет)., 87% имели высшее, остальные - среднее-специальное образование. Половина матерей имели низкую физическую активность. Большинство детей (84%) регулярно получали молоко (50%), твёрдый сыр (80%), йогурт (30%) и творог (10%). Но 35% детей не едят рыбу, 76% говяжью печень. Остальные получают рыбу не чаще 1 раза в неделю. Сливочное масло все дети получают 3 раза в неделю. Среди родителей 60% ежедневно употребляют молочные продукты, жирную рыбу в среднем 1 раз в неделю. Яйца едят 3 раза в неделю 80% матерей, 60% - говяжью печень менее 1 раза в неделю, 90% родителей употребляют сливочное масло 3 раза в неделю. Среднее время прогулки у 65% детей составило 30-60 минут. 70% мам уделяют прогулкам 30-60 минут, менее 30 минут - 20%, 1-2 часа - 10%. Болеют простудными заболеваниями чаще 3 раз в год 66% детей, 70% родителей переносят простудные заболевания 1 раз в год, остальные - чаще. Считали ежедневный прием витамина D важным 43% детей, не очень важным 31%, а 26% затруднились с ответом. 70% родителей считали ежедневное употребление витамина D важным для здоровья и утверждали, что получают достаточное количество витамина D с питанием. Только 20% детей не слышали о существовании витамина D. Получили информацию в интернете (16%), в СМИ (30%), от родителей (13%) и от лечащего врача (41%). Все родители знали о витамине D: из информации в школе 10%, в СМИ и интернете - 60%, от лечащего врача - 30%. Витамин D получали 10 детей (30%): 5 - в составе поливитаминного комплекса, 3 чел. - в капсулах и 2 - в каплях. Выявлена прямая корреляционная зависимость (р<0.05) между факторами риска матерей и их детей. Выводы. 1. Выявлена недостаточная информированность детей и их родителей о витамине D и необходимости его дополнительного приема. 2. Большинство детей и треть мам являются часто болеющими, что также требует исключения дефицита витамина Д. 3. Необходимо больше и доступнее информировать детей и их родителей о витамине D и принципах здорового образа жизни.
50-50 47
Аннотация
Спондилоартриты (СпА) - группа хронических воспалительных заболеваний позвоночника, суставов, энтезисов, характеризующаяся общими клиническими, рентгенологическими и генетическими особенностями. Остеопороз (ОП) является частым осложнением анкилозирующего спондилита (АС), что обусловливает высокий риск переломов позвонков и других зон скелета, прогрессию деформации позвоночника, и увеличение смертности больных. В тоже время распространенность и этиологические аспекты низкой МПКТ при других формах спондилоартритов до сих пор не полностью выяснены. Цель. Оценить распространенность снижения МПКТ у больных с различными клиническими вариантами спондилоартрита. Материал и методы. В исследование включено 70 пациентов (44 - мужчины и 26 - женщин) со спондилоартритами, которые были распределены в 3 группы согласно диагнозам. Первая группа включала 44 пациента с анкило-зирующим спондилитом (АС) (медиана возраст 37,5 [29,25; 52] года). Диагноз АС устанавливался согласно модифицированным Нью-Йоркским критериям. Вторая группа включала 17 больных с ранним аксиальным и периферическим спондилоартритом (рСПА) (медиана возраст 34 [24,5; 42] года), длительность заболевания >3 месяцев и <3 лет. Диагноз устанавливался по критериям (ASAS, 2009). В третью группу были включены 9 пациентов со спондилоартритом, ассоциированным с воспалительным заболеванием кишечника (СПА ВЗК). Медиана возраста 32 [28,5; 49,5] года. У пациентов была проанализирована активность заболевания, частота носительства HLA-B27, факторы риска развития остеопороза. МПКТ поясничного отдела и проксимального отдела одной из бедренных костей определялась с помощью двуэнергетической рентгеновской абсорбциометрии. Измерение проводилось на аппарате «Lunar Prodigy» (США). Для оценки использовался автоматически вычисляемый Т- и Z-критерий (ВОЗ, 1994; ISCD, 2007). Низкая МПКТ определялась у пациента при наличии остеопении и/или остеопороза. Статистическая обработка данных проводилась с использованием пакета программ IBM SPSS Statistics 21. Результаты. Снижение МПКТ было выявлено во всех группах больных. В группе АС снижение МПКТ составило 97% (остеопороз - 20%), в группе рСПА снижение МПКТ составило 71% (остеопороз не регистрировался), в группе СПА ВЗК снижение МПКТ составило 100% (остеопороз - 22%). В данном исследовании не было продемонстрировано четкой зависимости уровня МПКТ от длительности заболевания, возраста, индекса массы тела, активности процесса, приема глюкокортикоидов и ГИБП. Выводы. Низкая костная масса отмечается во всех клинических группах серонегативных спондилоартритов. Не выявлено зависимости низкой МПКТ от индекса массы тела, активности процесса, приема глюкокортикоидов и ГИБП.
50-51 59
Аннотация
У больных ревматоидным артритом (РА) остеопороз (ОП) в 2-3 раза чаще диагностируется, чем в популяции, а риск переломов увеличен в 1,5-2,5 раза. Наиболее опасными в отношении дальнейшего качества и прогноза жизни больных являются переломы шейки бедренной кости. Цель. Выделить основные факторы риска развития ОП в шейке бедренной кости у женщин с РА. Материал и методы. В исследование включено 206 женщин с РА (по критериям АCR 1987 г.) в возрасте от 20 до 75 лет (средний возраст - 56,6±11,2 лет). На каждую больную была заполнена индивидуальная тематическая карта, включающая в себя социально-демографические, антропометрические, анамнестические и клинико-лабораторные данные, традиционные факторы риска ОП, суставной статус, коморбидные заболевания. Всем пациенткам была выполнена рентгенография кистей и дистальных отделов стоп. Счет эрозий и сужения суставных щелей произведен по методу Sharp (Шарпа) в модификации Van der Heijde. Оценка минеральной плотности кости (МПК) в осевом скелете осуществлялась методом двухэнергетической рентгеновской денситометрии. Для женщин, находящихся в постменопаузальном периоде, учитывался Т-критерий, у женщин с сохраненным менструальным циклом - Z-критерий. Результаты. ОП в шейке бедренной кости был диагностирован у 68 женщин (33%), у 138 (67%) - ОП выявлен не был. Больные с ОП и без него были сопоставимы по возрасту (58,7 ± 12,3 и 55,5 ± 10,2 лет, р=0,06), однако различались по длительности РА (12 (7-22) и 11 (7-15) лет, р=0,04) и суммарному индексу Шарпа (181,5 (92-267) и 112 (59173) баллов, p = 0,006). Пациентки с ОП имели большую среднесуточную дозу глюкокортикоидов (ГК) за прошедший год (5 (2,5-7,5) и 2,5 (1,3-5) мг/сут, р = 0,03) и большее суммарное количество внутрисуставных введений ГК по сравнению с пациентками без ОП (8 (3-18) и 6 (2-10), р=0,04, соответственно). Оценка традиционных факторов риска ОП показала, что больные с ОП имели меньший вес (62,8 ± 11,4 и 69,6 ± 12,4 кг, р < 0,001) и большинство из них находились в постменопаузальном периоде (89,7% и 74,6%, ОР = 1,2, 95% ДИ 1,06-1,36, р = 0,007). У больных с ОП чаще имелись родственники первой степени родства c переломами шейки бедра в анамнезе (16,4 и 2,9%, ОР = 5,57, 95% ДИ 1,82-17,07, р = 0,001). На основании дискриминантного анализа выделены наиболее значимые факторы риска развития ОП в шейке бедренной кости: суммарный индекс Шарпа, среднесуточная доза ГК за прошедший год, суммарное количество внутрисуставных введений ГК и менопауза; определен вклад этих переменных в развитие ОП (коэффициенты дискриминантной функции: 0,006; 0,37; 0,07; 2,91 соответственно) и создана формула, позволяющая с высокой точностью (площадь под ROC-кривой = 0,926) прогнозировать развитие ОП в шейке бедренной кости. Точность модели - 89,7%. Заключение: эрозивно-деструктивные изменения суставов кистей и стоп (по данным суммарного индекса Шарпа), среднесуточная доза ГК за прошедший год, суммарное количество внутрисуставных введений ГК и менопауза являются основными факторами риска развития ОП в шейке бедренной кости у женщин, страдающих РА.
51-51 75
Аннотация
Падения - независимый фактор риска переломов. Они широко распространены в популяции, особенно среди пожилых лиц, при этом в 40-60% случаев они ведут к травмам разной степени выраженности. Пациенты с РА возможно имеют больший риск падений, чем лица без РА, что может быть связано с характерными для этого заболевания проявлениями, такими как боль, припухлость и деформация суставов, а также миотрофии и миопатии околосуставных мышц, ведущих к снижению физической активности, нарушениям походки и балансировки тела. Цель. Определить частоту падений и переломов у больных с ревматоидным артритом (РА) в ходе 3-х летнего проспективного наблюдения. Материал и методы: включены 133 пациентов с РА, из них 94% женщин, средний возраст 61±11 лет. На всех больных заполнялась специально разработанная анкета. Проводились краткий комплекс тестов оценки физической формы (ККТ ОФФ), измерение мышечной силы с помощью динамометра, измерение состав тела с помощью двойной энергетической рентгеновской абсорбциометрии (DXA Hologic Discovery A). Всем пациентам выдавался дневник падений, при наличии которых пациент в течение месяца звонил исследователю для сообщения о наступлении события. Каждые 12 месяцев в течение 3 лет пациенты активно анкетировались исследователем по телефону или при визите в клинику. Результаты: За 3-х летний период сообщили о хотя бы об одном падении 49 (37%) пациентов, у которых зарегистрировано в общей сложности 84 падения с частотой 35/100 человеко-лет. Падения у больных РА не зависели от возраста и длительности заболевания, физической формы, оцененной с помощью ККТ ОФФ, и мышечной силы, остроты зрения, пользования тростью или другими вспомогательными приспособлениями. Пациенты с падениями имели значимо более высокий DAS28, HAQ, получали более высокую суточную дозу глюкокортикоидов (ГК) при включении в исследование. Падения в течение предшествующего первому анкетированию года явились важным предиктором последующих падений (ОШ = 2,9 [95%ДИ 1,28; 6,52; р<0,01]). Саркопения встречалась у 50% обследованных больных, при этом наличие ее повышало риск падений в 3,17 раза [95% ДИ 1,28; 7,9; р<0,01]. У 12 больных РА случились 15 переломов, при этом 13 из них вследствие падений. Выводы: Каждый второй больной с РА имел саркопению, а каждый третий - падал. Каждое седьмое падение привело к перелому. Таким образом, необходимо рассматривать пациентов с РА в качестве кандидатов для включения в программы профилактики падений и переломов.
51-52 53
Аннотация
При ревматоидном артрите серьезные социально-экономические последствия ассоциируются не только с тяжестью течения основного заболевания, но и с развитием остеопороза и переломов, что приводит к значительным показателям инвалидности и смертности, особенно среди пациентов пожилого возраста. Цель: проспективное изучение минеральной плотности костной ткани (МПКТ) при ревматоидном артрите (РА) у пациентов, получающих генно-инженерную биологическую терапию (ГИБТ). Материал и методы. В исследование включено 45 женщин, страдающих ревматоидным артритом (АRА/EULAR 2010), средний возраст - 49 [22; 69] лет, продолжительность РА - 14,4 [2; 21] лет. До получения ГИБТ все пациенты соответствовали высокой степени активности РА (DAS 28 5,5±3,0), в преобладающем большинстве второй и третьей рентгенологической стадии 29 чел.(64,4%) и 8 чел. (17,8%) соответственно. Ритуксимаб принимали 16 чел (35,5%), инфликсимаб - 21 чел (46,7%), адалимумаб - 2 чел.(4,4%), голимумаб - 2 чел. (4,4%), абатацепт - 2 чел (4,4%), тоцилозумаб - 2 чел (4,4%). Всем обследуемым ежегодно проводилась рентгеновская остеоденситометрия на аппарате EXCELL XR-46 NORLAND (США). Оценка плотности костной ткани осуществлялась в г/см2, по Т критерию (у лиц старше 50 лет) и Z критерию (у лиц до 50 лет) и их процентному отклонению от стандарта. Согласно рекомендациям ВОЗ (1994) снижение МПКТ по Т - критерию до -1,0 SD оценивалось как вариант нормы, от -1,0 SD до -2,5SD - остеопения, менее -2,5 SD - остеопороз. Статистическая обработка результатов проводилась с использованием пакета прикладных программ Statistica 6.0 («Statsoft», США). Результаты. Частота остеопороза до назначения ГИБТ составила 64,4% (29 чел.). Остеопенический синдром установлен у 8 чел.(17,8%), нормальные значения плотности костной ткани отмечены в 17,8% случаев (8 чел.). Показатели МПКТ по BMD составили в среднем 0,691±0,05 g/cmI. Всем обследуемым по показаниям была назначена антире-зорбтивная терапия бисфосфонатами (алендронат 58,3%, ибандронат 27,5%, золендронат 19,4%) с обязательным приемом препаратов кальция и витамина D3. Через год в динамике показатели BMD составили 0,704±0,008 g/cmI (p=0,002). Прирост МПКТ за год наблюдения составил 1,8±0,03%, частота остеопороза - в среднем 48,7%. В подавляющем большинстве случаев терапия осте-опороза не претерпела изменений, только у 7 пациентов (в связи с появлением диспепсии) была отменена алендроновая кислота и назначены парентеральные формы ибандроната или золендроновая кислота. Спустя 2 года наблюдений показатели BMD составили 0,714±0,010 g/cmI (p=0,0001 р=0,051 и по сравнению со стартовыми показателями и данными наблюдений через год соответственно). Показатели МПКТ за год возросли в среднем на 1,4%. Частота остеопороза составила 46,2%, остеопении - 25,3%. В последующий год наблюдений отмечались стабильные показатели состояния минеральной плотности костной ткани, прирост BMD в среднем составил 0,9% при значительном снижении клинико-лабораторной активности воспаления, так, показатели DAS 28 составили в среднем 3,1±0,8. За 3 года наблюдений у пациентов не отмечено новых переломов. Выводы. Таким образом, эффективная генно-инженерная биологическая терапия, направленная на подавление активности воспаления в сочетании с оптимальной терапией остеопороза позволяет в динамике значительно снизить частоту остеопороза и увеличить минеральную плотность костной ткани у пациентов, страдающих ревматоидным артритом.
52-52 122
Аннотация
Системная красная волчанка (СКВ) представляет собой хроническое аутоиммунное заболевание, с наибольшей частотой возникающее у женщин в репродуктивном возрасте. В связи с совершенствованием методов лечения продолжительность жизни больных СКВ существенно увеличилась, поэтому на первый план стали выдвигаться проблемы осложнений как самого заболевания, так и его терапии. У женщин с СКВ в постменопаузе стал чаще выявляться остеопороз (ОП) и ассоциированные с ним переломы. Наиболее частым осложнением ОП при СКВ являются компрессионные переломы позвонков, которые в ряде случаев носят бессимптомный характер. Вопрос о влиянии различных факторов (пол, возраст, наличие менопаузы и др.) на частоту развития компрессионных переломов остается открытым. Следует ожидать, что у женщин с СКВ в постменопаузе частота компрессионных переломов позвонков может быть существенно выше, чем в популяции. Цель. Изучение частоты и особенностей локализации бессимптомных компрессионных переломов позвонков у женщин с СКВ в постменопаузе. Материал и методы. Обследовано 86 женщин (средний возраст 59±7,9 лет) в постменопаузе с установ ленным диагнозом СКВ в соответствии с критериями SLICC (The Systemic Lupus Collaborating Clinics) 2012 г. Средняя длительности заболевания и менопаузы составили 15±8,3 лет и 12,8±7 лет соответственно. Все пациентки с СКВ получали терапию глюкокортикоидами (ГК) на протяжении более 12 месяцев (средняя длительность ГК-терапии 159,7±90,9 месяцев) в дозе 15±5 мг/сут в пересчете на преднизолон и имели при обследовании невысокую активность заболевания (средний индекс SLEDAI -2K 5,1±3,9 баллов). Индекс повреждения СКВ (ACR Damage Index) составил 5,5±2,6 баллов. Всем пациенткам была выполнена морфометрия позвоночника (Vertebral Fracture Assessment, VFA) на костном денситометре (Hologic Explorer) с целью выявления компрессионных переломов позвонков в грудном и поясничном отделах . При этом рассчитывали и сравнивали между собой переднюю, среднюю и заднюю высоты позвонков Th4-L5, а также высоту каждого позвонка с нижележащим позвонком. Если различия в высотах позвонков составляла более 20-25% в переднем, среднем или заднем размерах, то такую деформацию считали компрессионным переломом. Результаты. Компрессионные переломы позвонков методом VFA были выявлены у 40 (46,5%) пациенток с СКВ, при этом у половины из них (n=22, 25,6%) впервые, поскольку не имели клинических проявлений. Наиболее часто компрессионные переломы встречались в среднегрудном отделе позвоночника (Th 6-9). В среднем на одну пациентку пришлось 1,7 переломов позвонка (от 1 до 4). При анализе частоты бессимптомных переломов позвонков в различных возрастных группах (до 50 лет, от 50 до 70 лет и старше 70 лет) в группе женщин с СКВ моложе 50 лет частота бессимптомных переломов позвонков оказалась самой высокой (71,4%). С возрастом доля пациенток с бессимптомными переломами уменьшалась. В возрастных группах от 50 до 70 лет и старше 70 лет бессимптомные переломы позвонков были выявлены в 21,7% и 20% случаев соответственно. Все пациентки с бессимптомными переломами позвонков имели перелом только одного позвонка. Выводы. У пациенток с СКВ в постменопаузе локализация компрессионных переломов позвонков отличается от женщин с компрессионными переломами позвонков на фоне постменопаузального ОП. Половина компрессионных переломов позвонков у женщин в постменопаузе с СКВ может носить бессимптомный характер, что диктует необходимость проведения скрининговых методов обследования для их выявления, своевременной диагностики ОП и антиостеопоротической терапии.
53-53 90
Аннотация
Опубликованы убедительный данные о снижении минеральной плотности кости (МПК) у пациентов с псориатическим артритом (ПА). Тем не менее гендерные различия в развитии низкой МПК у данной группы пациентов освещены в литературе не достаточно. Цель. Изучить частоту снижения МПК и компрессионных деформаций позвонков у пациентов с ПА в зависимости от пола. Материал и методы: обследовано 66 пациентов (34 женщины и 32 мужчины) с диагнозом ПА любой степени тяжести в соответствии с диагностическими критериями группы CASPAR (2006). Всем обследованным оценивали МПК в передне-задней проекции поясничных позвонков (L1-L4) и в проксимальных отделах бедренных костей методом двухэнергетической рентгеновской адсорбциометрии (ДРА); для диагностики компрессионных деформаций позвонков пациентам проводилась рентгеновская морфометрия (аппарат Lunar Prodigy Advance (США)). Программное морфометрическое обеспечение денситометра позволяет выполнять оценку деформаций тел позвонков количественным методом. Из исследования были исключены пациенты с другими заболеваниями и состояниями, самостоятельно приводящими к снижению МПК. Статистическую обработку результатов проводили в программах MS Office Excel 2010 и STATISTICA 8.0 (Stat Soft, США). Соответствие распределения признаков закону нормального распределения устанавливали критерием Шапиро-Уилка; при уровне значимости p<0,05 распределение считали отличающимся от нормального. В связи с преобладанием конечных данных, соответствующих ненормальному распределению, в расчётах использовали непараметрические методы. Критическим уровнем значимости при проверке статистических гипотез принимали p<0,05. Результаты. Мы проанализировали данные ДРА у мужчин и женщин, страдающих ПА. Частота снижения МПК на 17% выше у мужчин чем у женщин. Снижение МПК зарегистрировано у 54% мужчин (30% - остеопороз, 24% - остеопения) и у 37% женщин (19% - остеопороз и 16% - остеопения). Выявлено статистически достоверное снижение МПК как в поясничном отделе позвоночника, так и в проксимальном отделе бедренных костей у мужчин с ПА, в отличие от женщин с ПА, у которых достоверное снижение МПК зарегистрировано в только поясничном отделе позвоночника. Снижение МПК является фактором риска развития вертебральных переломов диагностика которых может быть затруднена. Они часто происходят без предшествующей травмы и симптомы перелома (боль в спине, ограничение подвижности в определенном отделе позвоночника) - схожи с клинической картиной псориатического спондилоартрита, и могут быть не диагностированными, поэтому нами выполнен рентгено-морфометрический анализ грудного и поясничного отделов позвоночника у 41 (65%) пациентов с ПА. У 10 (24%) пациентов выявлены деформации тел позвонков различной степени. Не выявлено различий в частоте деформации тел позвонков (5 мужчин и 5 женщин) в зависимости от пола. Выводы. Дефицит костной массы у мужчин с ПА встречается чаще, чем у женщин с ПА. Мужской пол пациентов с ПА является фактором риска низкой МПК. Установленный диагноз ПА является показанием для проведения ДРА и морфометрии с целью ранней диагностики низкой МПК и деформаций тел позвонков для проведения комплекса профилактических и лечебных мероприятий в данной группе пациентов.
53-54 66
Аннотация
Цель. Псориатический артрит (ПсА) - хроническое прогрессирующее системное заболевание, ассоциированное с псориазом. При ПсА патологический процесс преимущественно локализуется в тканях опорно-двигательного аппарата и приводит к развитию эрозивного артрита, костной резорбции, остеопорозу и множественным энтезитам и спондилоартриту. На сегодняшний день наиболее широко применяемыми лекарственными средствами для лечения ПсА для воздействия на воспалительный процесс высокой активности являются глюкокортикостероиды (ГК) и метотрексат (МТ). Однако разнообразная направленность биологического действия ГК объясняет не только его противовоспалительное действие, но и большой спектр возможных нежелательных явлений, одним из которых является стероидный остеопороз (ОП). Токсическое действие МТ на печень опосредованно так же влияет на прочность костной ткани. Согласно рекомендациям Международного общества по Клинической Денситометрии (ISCD), исследования на приборах КУС показаны для широкого контингента населения из различных групп риска остеопороза. Цель исследования - на основе КУС оценить показатели прочности костной ткани у больных псориатическим артритом (ПсА), принимающих кортикостероидную терапии (ГК), МТ и обосновать применение КУС в амбулаторной практике. Материал и методы. Проведено контролируемое исследование оценки результатов использования КУС у больных псориатическим артритом (ПсА), принимающих КС и МТ в динамике лечения. Определены клинические, биохимические и лабораторные параметры 10 мужчин и 20 женщин в возрасте от 48 до 56 лет (в среднем - 51,4 лет), с длительностью ПсА артрита от 2 лет до 5 лет с активностью воспалительного процесса 2-3, и 1-3 рентгенологической стадией сакроилеита по Kellgren. Вредные привычку у всех, включённых в исследование пациентов отсутствовали. Все пациенты дали письменное согласие. Всем пациентам проводился курс патогенетической терапии, который включал преднизолон в средней дозе 10 мг ежедневно, МТ в дозе 20 мг 1 раз в неделю в течение 6 месяцев. Для анализа прочности костной ткани применялся Omnisense 7000™ - это надёжный, точный, неинвазивный и безопасный прибор для определения прочности кортикальной кости и скрининга остеопороза методом КУС. Значимость различий вариационных рядах оценивалась с помощью критериев Уилкоксона и Манна-Уитни.. Результаты считались статистически достоверными при р<0,05. Результаты. До лечения у 20(80%) пациентов значения t индекса составили +2.0 до -1 +0,46, что соответствует нормальной прочности костной ткани по критериям ВОЗ. У 10 (20%) пациентов значения t индекса составили -1.0 до -2.5+0,58, т. е была констатирована остеопения. Через 6 месяцев лечения у 10 пациентов (30%) был констатирован остеопороз, по результатам КУС. У пациентов t индекс составил -2.5 +0,37, и эти изменения были достоверны р<0,05. Выводы. КУС лучевой кости является объективным методом выявления снижения костной прочности. Что, наряду с отсутствием лучевой нагрузки, позволяет рекомендовать данный метод для амбулаторного скринингового обследования больных ПсА, принимающих КС и МТ и проведения профилактики ОП в максимально ранние сроки.
54-54 55
Аннотация
Цель. Оценить эффективность лечения и профилактики остеопороза (ОП) у больных ревматоидным артритом (РА) в течение года наблюдения на основании оценки минеральной плотности костной ткани (МПКТ) и композиционного состава тела, включая индекс тощей массы. Материал и методы. Обследованы 99 пациенток РА, 59,84±9,78 лет, давностью заболевания 7,42±7,63 лет. Преобладал серопозитивный РА (70%), 1-2 степени активности (85%), II рентгенологическая стадия (63%), I-II функциональный класс (87%). Все пациентки получали базисную терапию, в том числе 90 из них метотрексат 12,59±3,27 мг в неделю. МПКТ позвоночника и бедра, композиционный состав тела оценивали на аппарате LunarProdidgy (GeneralElectric). Наличие саркопении оценивали по индексу тощей массы. Факторы риска ОП, переломов и падений устанавливали согласно клиническим рекомендациям Российской ассоциации по остеопорозу (2012). По модели FRAX определяли 10-летний абсолютный риск переломов. При выявлении ОП назначалась алендроновая кислота 70 мг в неделю в сочетании с препаратами кальция 1000 мг/день и нативного витамина D 400-800 МЕ/день. Остальным пациентам с остео-пенией или нормальными показателями МПКТ назначалась профилактика ОП препаратами кальция и витамина D в тех же дозах. Статистическая обработка материала выполнена с использованием пакета прикладных программ Statistica 6.0. Результаты. ОП выявлен у 30 пациенток, принимавших в течение 1 года препараты алендроновой кислоты, кальция и витамина D. У 69 пациенток отмечена остеопения (41 пациентка) или нормальная МПКТ (28 пациентка) с множественными факторами риска переломов и падений. Препараты кальция и витамина D регулярно в течение года принимали 56 из 69 пациенток. У 30 женщин с ОП через год на фоне лечения отсутствовали периферические переломы, достоверно повысился Т-критерий в области позвоночника и шейки бедра, в 3 раза сократилось число пациентов с саркопенией. У 56 пациентов на фоне профилактики ОП также не отмечено переломов за период наблюдения, тогда как у 2 из 13 женщин, не принимавших регулярно препараты кальция и витамина D, возникли периферические переломы. У 56 пациенток не отмечено достоверных изменений МПКТ в области позвоночника или бедра. Однако у 87% из них на фоне профилактики ОП показатели МПКТ в области позвоночника оставались стабильными (74%) или был отмечен их прирост более 3% за год (13%). Показатели МПКТ в области бедра оставались стабильными у всех пациентов. Достоверной динамики по показателям композиционного состава тела в этой группе пациентов не выявлено. У всех пациентов на фоне лечения и профилактики ОП достоверно снизился риск переломов проксимального отдела бедра по FRAX, число факторов риска падений; уменьшилось количество пациенток, не выполняющих тест «Встань и иди». Выводы. Применение алендроновой кислоты в течение года у больных РА и ОП снижает риск переломов, достоверно увеличивает МПКТ в области позвоночника и бедра, а также сопровождается снижением частоты саркопении. Регулярная профилактика препаратами кальция и витамина D в течение 1 года у больных РА без признаков ОП позволяет предупредить периферические переломы и сохранить стабильные показатели МПКТ в области позвоночника и бедра.
55-55 92
Аннотация
Ревматоидный артрит (РА) - одно из ведущих заболеваний, увеличивающих риск развития остеопоро-за и переломов, особенно у пациентов, принимающих глюкокортикоиды. Цель: изучить биоимпедансометрические особенности у женщин с сочетанием ревматоидного артрита и остеопороза. Материалы и методы: на базе ревматологического отделения КГБУЗ «КМКБ № 20 им. И.С. Берзона» проведено обследование 75 женщин с достоверным диагнозом ревматоидный артрит, которым проведена DXA, биоимпедансо-метрическое исследование. Исследуемыми параметрами были: 1.Жировая масса, 2.Активная клеточная масса, 3. Тощая масса, 4. Скелетно-мышечная масса, 5.Удельный основной обмен, 6. Общая жидкость, 7. Соотношение таия/бедро, 8.Внеклеточная жидкость. Показатели биоимпедансометрии сравнивались с аналогичными показателями здоровых женщин того же возраста. Средний возраст женщин 57,2±8,1 лет. Расчеты произведены с помощью SPSS 22.0. Результаты. Пациентки с коморбидностью РА и остеопороза отличались по антропометрическим показателям от здоровых женщин более низким ростом (160 см±0,32 и 163,9 см±0,16, р<0,05) и высокой массой тела (72,7 кг±1,2 и 62,71 кг±0,3, р<0,05). В компонентном составе тела преобладала жировая масса (36,75%±0,34 и 21,64±0,76, р<0,05 ), процентное содержание активной клеточной массы (63,11%±1,22 и 59,73%±0,19, р<0,05 ) на фоне снижения тощей массы (63,23%±0,31, 78,27±0,26 р<0,05). У обследуемых женщин отмечалось повышение основного обмена (1527±24,48, 1447±2,28, р<0,05), вероятно, на фоне приема ГКС. Биофизические показатели женщин с коморбидностью РА и остеопороза, такие как реактивное сопротивление тканей (121,64±12,5 и 76,35±0,41, р<0,05), активный фазовый угол (10,1±0,75 и 7,41±0,03, р<0,05) также имели статистически значимые более высокие показатели по сравнению со здоровыми женщинами. Выводы: женщины с коморбидностью ревматоидного артрита и остеопороза имеют биоимпедансометрические отличия от здоровых женщин.
55a-55a 46
Аннотация
Цель. Оценить клиническую эффективность и переносимость стронция ранелата (СР) у больных ревматоидным артритом (РА) и остеопорозом (ОП) в открытом, сравнительном, контролируемом, рандомизированном, 12-месячном исследовании. Материал и методы. Исследование проведено у 60 женщин с достоверным диагнозом РА в возрасте от 51 до 70 лет, у которых по данным рентгеновской денситометрии был выявлен ОП. 30 больных (I группа) получали стронция ранелат 2 г/сутки и препараты кальция 1000 мг/сутки и витамин Д3 (800 МЕ/сутки), 30 больных (II группа) - получали монотерапию препаратами кальция 1000 мг/сутки и витамина Д3 (800 МЕ/сутки). Группы были сопоставимы по основным клиническим и демографическим показателям (р>0,05). Средний возраст пациентов I группы составил 61,6±6,7 лет, II-60,9±7,5. Средняя длительность РА в I группе была 13,04±8,7 лет и 14,5±6,1 лет во II. Длительность менопаузы: 12,5±7,9 и 13,8±5,9 лет соответственно. Большинство больных (73,3% I группе и 80% во II) получали преднизолон в средней суточной дозе 7,2±3,6 и 5,9±3,7 мг на протяжении 6,1±7,5 и 4,5±3,7 лет соответственно. Для диагностики ОП и мониторинга терапии всем пациенткам выполнялась рентгеновская денситометрия на аппарате Lunar DPX Pro, рентгенография грудного и поясничного отделов позвоночника уровень кальция, фосфора, остеокальцина, С-терминального телопептида коллагена 1 типа. Качество жизни (КЖ) оценивали по опроснику EQ5D. Результаты. В I группе к 12 месяцу наблюдалось повышение минеральной плотности костной ткани (МПКТ) в области L1-L4, проксимального отдела бедра и общего показателя бедра (р<0,05). Во II группе значимых изменений МПКТ не отмечено. При изучении динамики маркеров костного ремоделирования к 3-му месяцу исследования в I группе, по сравнению со II группой, достоверно повышался уровень остеокальцина и снижался уровень С-телопептида коллагена 1 типа (р<0,05). Статистически значимого влияния терапии на показатели кальций-фосфорного обмена за 12 месяцев наблюдения выявлено не было ни в одной из групп. В группе больных, получавших СР к 12 месяцу наблюдалось статистически значимое снижение боли в позвоночнике по визуальной аналоговой шкале (ВАШ) (р<0,01) и улучшение КЖ. По опроснику EQ5D в I группе улучшилось значение шкалы ухода за со-бой (р<0,01), шкалы привычной повседневной деятельности (р<0,01), снизились показатели шкалы тревоги и депрессии (р<0,01) и суммарная оценка всех показателей в баллах (р<0,01). Также в I группе повысилась оценка состояния своего здоровья пациентками по ВАШ (р<0,05). Побочные действия были выявлены у 2-х (6,7%) пациенток, получавших СР (тошнота, изжога) на 1-м месяце терапии, что послужило причиной отмены. Негативного влияния терапии ОП на течение РА выявлено не было ни в одной из групп. Выводы. Полученные результаты исследования подтверждают хорошую переносимость и положительное влияние СР на динамику МПКТ, маркеров костного метаболизма, болевой синдром и качество жизни больных ОП.
56-56 53
Аннотация
С сахарным диабетом 2 типа связано увеличение риска переломов. Дефицит витамина Д и ответное повышение уровня паратгормона чаще встречаются у пациентов с сахарным диабетом 2 типа и являются факторами, повышающими риск переломов. Цель исследования - изучить распространенность повышения уровня паратгормона у пациенток с сахарным диабетом 2 типа в период постменопаузы. Материал и методы. В кросс - секционное исследование вошли 57 пациенток с сахарным диабетом 2 типа (СД2) периода постменопаузы, находившиеся на стационарном лечении в отделении эндокринологии ГБУЗ СО СОКБ № 1 с 01 января 2015 по 01 декабря 2015 года. В ходе исследования изучен уровень паратгормона, общего кальция, фосфора в крови. Для исследования уровня 25(ОН)D случайным образом отобраны 15 пациенток. В ходе двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии (ДХА) изучена минеральная плотность костной ткани (МПК) шейки бедра, поясничного отдела позвоночника, произведен расчет Т-критерия. Для оценки микроархитектоники костной ткани исследован костный трабекулярный индекс (trabecular bone score (TBS)). Корреляция уровня паратгормона с антропометрическими, анамнестическими данными, данными МПК, TBS рассчитана при помощи корреляции Пирсона. Результаты. Средний возраст пациенток составил 62,34±6,64 лет, длительность СД2 12,99±7,38 лет, длительность менопаузы 12,41±7,21 лет. Остеопороз, по данным Т- критерия (менее -2,5 стандартных отклонений (СО)), при ДХА выявлен у 2 (3,40%) пациенток, остеопения (Т критерий менее -1,0 СО) - у 22 (37,28%) пациенток. Уровень паратгормона в среднем составил 48,71±25,93 пг/мл. Повышение уровня паратгормона выше референсного значения (15-65 пг/мл) выявлено у 12 из 57 пациенток, что составило 21%. Выявлена положительная корреляция средней силы уровня паратгормона с длительностью менопаузы пациенток (r=-0.36), слабая корреляционная слабой силы с индексом массы тела (r=-0.21), отрицательная связь слабой силы с уровнем клубочковой фильтрации (CKD-EPI) и TBS (r= - 0.28, -0,21соответственно). Мы выявили отрицательную корреляцию умеренной силы между уровнем паратгоромо-на и фосфора венозной сыворотки (r= - 0,36), тогда как с уровнем общего кальция связи не обнаружено. Средний уровень 25(ОН)D составил 10,33±7,85 нг/мл. У 10 (66,67%) пациенток уровень 25(ОН)D соответствовал выраженному дефициту витамина Д (менее 10 нг/мл), у 3 (20%) умеренному дефициту (10-20 нг/мл), у 1 пациентки (6,67%) - в диапазоне 20-30 нг/мл, что соответствует недостатку витамина Д. Только у одной пациентки уровень 25(ОН)D был на достаточном уровне (более 30 нг/мл). Между уровнем паратгормона и 25(ОН)D выявлена отрицательная корреляция умеренной силы. Выводы. У пациенток с СД 2 в период постменопаузы выявлена высокая распространенность дефицита витамина Д и повышения уровня паратгормона. Своевременное выявление позволит назначить адекватные (насыщающие) дозы витамина Д, предотвратить формирование вторичного гиперпаратиреоза и, вероятно, снизить риск переломов.
56-57 48
Аннотация
Цель: изучить вопросы диагностики остеопенического синдрома у больных с гиперпролактинемией. Материал и методы. Объектом исследования явились больные с диагнозом гиперпролактинемия различного генеза, обратившиеся в городской центр эндокринологии. Было обследовано 90 больных, среди них 60 женщин и 30 мужчин, в возрасте от 20 до 45 лет, средний возраст составил 29,1±0,1. Всем больным проводили анкетирование и клиническое обследование, определяли в крови уровень пролактина на анализаторе ИФА на спектрофотометрии при длине волны 450 нм с настройкой прибора по воздуху. Исследование минеральной плотности костной ткани (МПКТ) осуществляли при помощи двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии (DEXA) в поясничном отделе позвоночника (L1-L4) и проксимальном отделе бедренных костей на аппарате «PODIGY» Lunar (США) на базе диагностического центра «Нурафзо». Кроме того определялись уровни маркеров костного метаболизма: уровень остеокальцина (норма у муж. 9,6-40,8нг/мг -и у жен. 8,4-33,9нг/мг), в сыворотке крови набором фирмы N - MIDTM Osteocalcin ELISA, и уровень маркёра костной резорбции (СТх) - С-терминальный телопептид коллагена первого типа (норма у жен. 0,112-0,738нг/мг и у муж. 0,115-0,748нг/мг) иммуноферментным методом на анализаторе STAT Fax - 2100 на базе лаборатории частной клиники «Мадади Акбар». Контрольную группу составили 30 здоровых лиц (15 мужчин и 15 женщин) в возрасте от 20 до 40 лет. Результаты. В процессе проведенного анкетирования больных с гиперпролактинемией, где средний уровень ПРЛ составил 2334±321,41 мМЕ/л, были выявлены жалобы у женщин на нарушение менструального цикла - 87%, бесплодие - 43%, наличие галактореи - 55,3%, снижение либидо - 40%, боли в спине и суставах у 42%. У мужчин наблюдались снижение потенции у 67,5%, галакторея - у 20%, снижение либидо - у 70%. В результате проведённой ультразвуковой денситометрии были выявлены изменения МПКТ у 45,3% больных (12,3% мужчин и 33% женщин). Из них проявления остеопении у 7,7% среди мужчин и 20,7% среди женщин, остеопо-роза 1,5% среди мужчин и 5,4% среди женщин. У 10% больных показатели соответствовали нижней границе нормы. В группе выявленных больных с остеопеническим синдромом, показатели средних значений уровня остеокальцина составили 13,99±1,87 нг/мг (у женщин - 14,3±1,91 нг/мг и у мужчин - 10,6±2,24 нг/мг) в крови были достоверно (р<0,05) снижены, по сравнению с контрольной группой, где среднее значение их составило 19,31±1,78 нг/мг, соответственно. Уровень СТ-х же в крови у больных составил 0,85±0,08 нг/мг (у мужчин 0,93±0,17 нг/мг и у женщин 0,81±0,10 нг/мг) и был достоверно (р<0,05) выше, чем в контрольной группе -0,46±0,02 нг/мг. Выводы. Установлено достоверное снижение МПКТ в группе обследованных больных с гиперпролактинемией, коррелирующее с изменением показателей маркёров костного метаболизма, что нацеливает на планирование превентивных мероприятий в данной категории больных.
57-57 69
Аннотация
Цель. Оценить актуальность проблемы первичного ги-перпаратиреоза (ПГПТ) для врачей общей практики, трав-матологов-ортопедов и эндокринологов. Провести анализ частоты встречаемости ПГПТ среди пациентов Республиканского центра профилактики остеопороза (ОП), направленных на обследование по поводу ОП. Материал и методы. За период работы Республиканского центра профилактики ОП (август 2013 г. - март 2016 г.) обследованы на предмет подтверждения/исключения ОП 7191 человек, из них у 33,2% диагностирован ОП. Из впервые диагностированных случаев ОП вторичный ОП на фоне аденомы паращитовидной железы (ПЖЩ) выявлен у 41 женщины и 1 мужчины, т.е. в 1,76% случаев. Из них 12 пациентов направлены с подозрением на ПГПТ врачом кабинета профилактики и лечения остеопороза Федерального центра травматологии, ортопедии и эндопротезирования. Средний возраст пациентов с ПГПТ составил 61,3±8,9 г. (здесь и далее M±S). Все женщины находились в периоде менопаузы, средняя длительность которой была 14,0±9,8 г. По данным двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии средние показатели Т-критерия в поясничных позвонках составили -3,0±1,6 SD, в проксимальном отделе бедренной кости -2,3±1,2 SD. Результаты. 45,2% пациентов с впервые выявленным ПГПТ имели низкоэнергетические переломы: перелом костей дистального отдела предплечья - 8 чел (из них 3 чел по 2 перелома), перелом хирургической шейки плеча - 3 чел, перелом проксимального отдела бедренной кости - 5 чел, компрессионные переломы позвонков - 6 чел (из них 5 чел имели переломы от 2 до 4 позвонков), перелом ребер - 1 чел. У 9 чел в анамнезе имелось указание на 2 и более переломов костей. Висцеральные проявления ПГПТ были выявлены у 21 пациента (50%). Ведущими диагностическими критериями явились данные лабораторных исследований: гиперкальциемия (среднее значение уровня общего кальция в сыворотке крови составило 2,9±0,2 ммоль/л), гипофосфатемия (среднее значение уровня фосфора в сыворотке крови - 0,8±0,2 ммоль/л), повышение уровня паратиреоидного гормона (ПТГ) в сыворотке крови в 1,2-30,8 раза (сывороточная концентрация ПТГ в среднем составила 345,2±369,7 пг/мл, при этом максимальное значение сывороточного уровня ПТГ (1912 пг/мл) выявлено у 1 мужчины, включенного в исследование). Топическая диагностика аденомы ПЩЖ проводилась при помощи ультразвукового исследования и сцинтиграфии с Тс99m MIBI с проведением однофотонной эмиссионной компьютерной томографии. Все больные были консультированы эндокринологом, из них 21 пациенту (50%) проведено оперативное лечение по поводу аденомы ПЖЩ. Низкий охват радикальной терапией связан с отказом пациентов от оперативного вмешательства (40,5%) и наличием тяжелой сердечно-сосудистой патологии (9,5%). При отсутствии противопоказаний и наличии согласия пациентов средний период «ожидания» оперативного вмешательства составил 4,2± 2,3 нед. Выводы. Всем пациентам с впервые установленным диагнозом ОП необходимо проводить дифференциально-диагностический поиск, направленный на выявление причины заболевания (исключения метаболических заболеваний скелета). ПГПТ увеличивает риск как позвоночных, так и вне-позвоночных переломов. Частота выявления ПГПТ связана с охватом пациентов определением уровня кальция в сыворотке крови. Гиперкальциемия, подтвержденная дважды, требует обязательного определения уровня ПТГ в сыворотке крови. Внедрение рутинного измерения сывороточного уровня кальция в стандарты ведения пациентов из группы риска (с низкоэнергетическими переломами костей в анамнезе, наличием мочекаменной болезни, язвенной болезни верхних отделов желудочно-кишечного тракта) позволит своевременно диагностировать ПГПТ, увеличить охват пациентов, направляемых на паратиреоидэктомию, и своевременно профилактировать развитие тяжелых висцеральных проявлений.
58-58 61
Аннотация
Цель. Исследовать концентрацию маркеров костеобразования и костной резорбции у женщин с сахарным диабетом (СД) 2 типа с различной минеральной плотностью костной ткани (МПК), находящихся в менопаузе. Определить взаимосвязь маркеров костного ремоделирования с композитным составом тела (КСТ). Материал и методы. В исследование включено 140 женщин с СД 2 типа, от 50 до 70 лет, находящихся в постменопаузе. В исследование не включали больных с хронической болезнью почек 4-5 стадии, ревматологическими и эндокринными заболеваниями (кроме СД 2 типа), с другими факторами риска развития вторичного остеопороза, а также получающих антирезорбтивную терапию и препараты, оказывающие влияние на МПК. Исследование МПК и КСТ осуществляли с помощью двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии. На основании Т-критерия, больные разделены на группы с нормальной МПК (n=50), остеопе-нией (n=50) и остеопорозом (n=40). Концентрацию в сыворотке крови паратгормона, маркеров костного образования: остеокальцина (указывает на активность остеобластов) и С-терминального пропептида коллагена I типа (CICP), осте-опротегерина (ингибитор костной резорбции), мочевую экскрецию фрагментов С-терминальных телопептидов коллагена I типа (CTX-I; маркер костной резорбции) определяли с помощью ИФА. Контрольную группу составили 20 женщин в постменопаузе, без СД, с нормальной МПК. Результаты. Пациентки с остеопорозом и остеопением были старше, имели меньший рост, вес, индекс массы тела. Концентрация остеокальцина и остеопротегерина у больных СД 2 типа была достоверно снижена по сравнению с контролем (р<0,00001 и р=0,002 соответственно). Уровень остеопротегерина у больных с остеопенией и остеопорозом был значимо (р<0,05) ниже, чем у пациентов с нормальной МПК, концентрация остеокальцина значимо не различалась между группами. Уровень остеопротегерина положительно коррелировал с величиной Т-критерия в позвоночнике и в шейке бедра. Не выявлено различий по уровню CICP между больными СД и контрольной группой. Медиана экскреции CTX-I у больных СД в 1,5 раза превышала контроль (р=0,047), при этом достоверное повышение показателя наблюдалось у больных с остеопорозом (р=0,02), у больных с остеопенией наблюдалась тенденция к увеличению (р=0,05), при нормальной МПК достоверных изменений не выявлено. Прослеживалась слабая обратная корреляция между экскрецией CTX-I и Т-критерием в позвоночнике. Уровень паратгормона у больных СД был выше, чем в контроле (p=0,00001), но не различался между группами больных. Выявлены положительные корреляции между окружностью талии, индексом талия/бедро и содержанием парат-гормона (р<0,05). Остеокальцин и остеопротегерин показали обратную взаимосвязь с окружностью талии (р<0,05). CTX-I обратно взаимосвязан с дозой инсулина (ед/кг массы тела). Не выявлено взаимосвязи между маркерами костного ремоделирования и уровнем HbA1c, длительностью СД и постменопаузы, параметрами КСТ. Выводы. Маркеры костного ремоделирования в различной степени взаимосвязаны с МПК у женщин с СД 2 типа, находящихся в постменопаузе. Наличие остеопороза у этих больных ассоциировано со снижением уровня остеопротегерина в сыворотке крови и с повышением мочевой экскреции CTX-I.
58-59 46
Аннотация
Цель. Оценить уровень гормонов участвующих в формировании костной ткани и некоторых биохимических маркеров ее повреждения, а так же значения показателей денситометрии у пациентов с различной стадией остеопороза. Материал и методы. В исследовании принимали участие 45 русских женщин, которые были разделены на 3 группы: 1 группа - 15 условно здоровых, 2 группа - 15 женщин с остеопенией и 3 группа - 15 человек с остеопорозом, в возрасте от 48 до 60 лет. Минеральная плотность костной ткани в шейке бедра и поясничном отделе позвоночника устанавливалась с помощью рентгеновской денситометрии посредством Т-критерия. В сыворотке крови определяли концентрацию кортизола, общего трийодтиронина, пара-тиреоидного гормона, кальцитриола и эстрадиола методом ИФА. Также определяли уровни продуктов распада коллагена: С-концевых телопептидов коллагена I типа и пиридонолина. Статистическую обработку результатов проводили с помощью пакета прикладных программ Statistica 6.0 for Windows. Количественные данные представляли в виде медианы с верхним и нижним квартилями (25-й и 75-й процентили) - Me (25;75). При сравнении количественных показателей, использовали критерии Манна-Уитни. Результаты. Данные денситометрии значительно различались во 2 и 3 группах женщин по сравнению с контролем (p<0,001) и были равны по Т-критерию шейки бедра: 0,90 [0,63; 1,23], -1,65 [-2,28; -0,78], -1,80 [-2,10; -1,20] SD; по T-критерию позвоночника: 0,35 [-0,18; 1,13], -1,95 [-3,50; -1,38], -1,15 [-2,30; 0] SD в 1, 2 и 3 группах соответственно. Лабораторные исследования показали, что у всех обследуемых лиц уровни гормонов были в пределах референсных значений. Содержание эстрадиола, по сравнению с контролем, в группе пациентов с остеопенией было меньше на 15% (p=0,002), а в группе с остеопорозом - на 8,4% (p=0,036). Значения кальцитриола были выше на 107% (p=0,001) во 2 группе и на 43% (p=0,036) - в третьей по сравнению с контролем, и кроме того, во второй выше, чем в третьей на 31% (p=0,045). Концентрации ПТГ также была наибольшей в группе с остеопенией: на 51% (p=0,002) больше чем в контроле. Также были рассчитаны соотношения величин гормонов, участвующих в кальцификации и деминирализации костной ткани, характеризующие связь патологии костно-суставной системы с гормональными изменениями. Наиболее значимые различия выявлены в соотношении уровней эстрадиола и паратиреоидного гормона, которые были в группе с остеопенией на 46% (p=0,006), а в группе с остеопорозом на 41% (p=0,041) ниже, чем в контроле. Наибольшие гормональные изменения регистрируются в группе с остеопенией. Коэффициент отношения эстрадиола к ПТГ гормону в группе контроля составил 1,82 [1,10; 2,33], в группе с остеопенией 0,99 [0,93; 1,06], а с остеопорозом 1,43 [1,01; 1,58]. При проведении многофакторного анализа параметров гормонального статуса и биохимических маркеров повреждения костной ткани к Т-критерию позвоночника и шейки бедра уставили, что соотношение эстрадиола к паратиреодному гормону имеет сильную связь с изменением показателей минеральной плотности позвоночника в различных группах пациентов. Это подтверждает возможность использования данного соотношения в качестве раннего диагностического маркера развития остеопороза. Выводы. Наиболее целесообразно использовать в качестве ранних биохимических маркеров развития остеопороза у женщин уровень паратгормона, эстрадиола и их соотношение. Значения показателей денситометрии по Т-критерию шейки бедра в большей степени соответствуют степени тяжести остеопороза, нежели величины T-критерия позвоночника.
59-59 56
Аннотация
Цель исследования - оценить возможности комплексного подхода к лечению пациентов с остеопорозом (ОП) и сахарным диабетом (СД) Материал и методы. Проанализировано 205 историй пациентов (возраст от 56 до 70 лет (62+6)) с верифицированными диагнозами остеопороз и сахарный диабет 2 типа. Стаж СД от 5 до 25 лет (9+5), получавшие различные виды антиостеопоретической терапии и данные DEXA в динамике. Результаты. Выявлено, что менее 20% пациентов достигли целевых значений гликемии (по показателям глюкозы натощак, постпрандиально и HbA1c), на различных видах сахароснижающей терапии. Анализ терапии ОП выявил, что препараты алендроновой кислоты получают 5,1%; ибандроновой кислоты - 7,3%; золендроновой кислоты 51,2% (из них Российские джениерические препараты -76,2%); дено-сумаб - 23,9%; ранелат стронция - 9,8%; терипаратид -2,4%. При анализе историй болезней было отмечено, что Меглю-миновую соль тиоктовой кислоты - 51,2% получали 2 раза в год; 23,9% 1 раз в 12 месяцев; 15,1% - периодически. Несмотря на многочисленные исследования, доказывающие эффективность тиоктовой кислоты 9,8% пациентов ни разу не получали препараты тиоктовой кислоты, даже не смотря на длительный (более 10 лет) стаж сахарного диабета. Было выявлено, что пациенты, получавшие Меглюминовую соль тиоктовой кислоты (МСТК) 2 раза в год имели более выраженный прирост минеральной плотности костной ткани на фоне стандартной антирезорбтивной терапии, наибольший прирост МПК отмечен на фоне применения Золендроновой кислоты +3,1 Терипаратид +2,5%; Деносумаб +2,4%; Ранелат стронция +2,1%. При применении МСТ - 1 раз в год прирост МПК на фоне применения Золендроновой кислоты +2,1 Терипаратид +1,9%; Деносумаб +1,4%; Ранелат стронция +1,4%. Из 20 пациентов получавших ранелат стронция у 25% в анамнезе выл верифицирован диагноз ИБС - стенокардия, без инфаркта миокарда в анамнезе У 100% пациентов получавших меглюминовую соль тиоктовой кислоты не отмечено отрицательной динамики, в то время как у пациентов не получавших данный вид терапии у 1 пациентки отмечена отрицательная динамика - увеличение частоты ишемических приступов. Пациенты, получавшие в качестве антирезорбтивной терапии - Золендроновую кислоту отметили хорошую переносимость препарата на фоне проведения 2 курсов в год в/в инфузий МСТК (Тиогамма 600 мг в/в 14-20 дней и 20 дней per os). Так гипертермия отмечена максимально до 38,5°, в то время как пациенты, не получавшие данной терапии, отмечали повышение температуры тела до 39°. У пациентов с декомпенсированным СД и в возрасте старше 65 лет было зарегистрировано 2 компессионных перелома позвонков и 5 переломов луча в типичном месте на ранних сроках (первые 3 месяца) антирезорбтивной терапии (из них 4 на фоне применения алендроновой кислоты, 1 - золендроновой кислоты и 2 на фоне ранелата стронция). Выводы. В комплексном лечении пациентов с пациентов с Сахарным диабетом 2 типа и остеопорозом должны применяться не только антирезорбтивные препараты и современные сахароснижающие средства, позволяющие добиться стойкой компенсации по основным показателям углеводного обмена, но и систематическое применение меглюминовой соли тиоктовой кислоты.
59-60 331
Аннотация
Цель. Изучить взаимосвязь нарушений метаболизма костной ткани у пациентов с нарушением функции щитовидной железы. Материал и методы. Было выполнено сравнительное исследование 2 групп пациентов. Первая группа - 16 пациентов с манифестным тиреотоксикозом, вторая группа - 18 пациентов с впервые выявленным гипотиреозом. Функциональное состояние щитовидной железы оценивали с помощью определения базальных концентраций тиреотропного гормона (ТТГ), свободной фракции трийодтиронина (св. Т3) и свободной фракции тироксина (св. Т4). О состоянии костного метаболизма судили по концентрации в сыворотке крови маркера костной резорбции - пиридинолина и маркеров костного формирования - остеокальцина и щелочной фосфатазы (ЩФ). Кроме того, определяли показатели кальций-фосфорного обмена. Критерием включения в группы сравнения был возраст 18-40 лет, наличие манифестного тиреотоксикоза для первой группы и манифестного гипотиреоза для второй группы, отсутствие заместительной терапии. В первую группу вошли 3 мужчины (18,7%) и 13 женщин (81,3%). В 100% случаев тиреотоксикоз был связан с диффузным токсическим зобом. Во вторую группу были включено 5 мужчин (27,8%) и 13 женщин (72,2%). Результаты. В группе пациентов с тиреотоксикозом выявлено повышение уровня как маркера резорбции костной ткани пиридинолина (р<0,001), так и маркеров образования кости - остеокальцина (р<0,001) и ЩФ (р<0,01). Результаты свидетельствуют о параллельной активации процессов резорбции и образования костной ткани при тиреотоксикозе. Однако повышение уровня пиридинолина (в 2,8 раза) было больше, чем остеокальцина (в 1,8) и щелочной фосфатазы (в 1,6 раза). Что показывает наличие дисбаланса в сторону усиления резорбции кости, которая и является причиной остеопороза при тиреотоксикозе. В группе пациентов с манифестным гипотиреозом отмечалось снижение уровней пиридинолина (в 1,5 раза) (р<0,05) с одновременным снижением уровня остеокальцина (в 1,4 раз) (р<0,05) и щелочной фосфатазы (в 1,2 раз) (р<0,05). Это доказывает одновременное замедление процессов резорбции и образования костной ткани при гипотиреозе. Выводы. По результатам исследования изменения функции щитовидной железы приводят к нарушениям метаболизма костной ткани. При тиреотоксикозе усиление метаболизма с преобладанием резорбции костной ткани, при гипотиреозе - замедление процессов костного метаболизма с нарушением ремоделирования.
60-60 44
Аннотация
У каждого третьего мужчины старше 50 лет возникает малотравматичный перелом, последствия которого тяжелее, чем у женщин. Среди факторов риска важное место занимает сахарный диабет (СД) и гипогонадизм. До сих пор существует проблема несвоевременной диагностики и лечения остеопороза(ОП) у мужчин. Цель. Установить частоту остеопороза у мужчин с СД 2 типа в зависимости от андрогенного статуса. Материал и методы. Обследовано 40 мужчин с СД 2 в возрасте 50-60 лет, которые были разделены на 2 сопоставимые группы в зависимости от андрогенной обеспеченности: 20 человек 1 группы имели возрастной андрогенный дефицит и 20 человек 2 группы - с нормальным уровнем тестостерона. Проводилось исследование крови на общий тестостерон (Т), глобулин связывающий половые гормоны (ГСПГ), пролактин, тиреотропный гормон (ТТГ), лютеинизирующий гормон (ЛГ), кальций (Ca), фосфор (P), кре-атинин. Всем мужчинам проводилась рентгеновская денситометрия (DXA) с целью оценки минеральной плотности костной ткани (МПКТ) бедра. Результаты. Частота остеопороза у мужчин 1 группы составила 20%, а во 2 группе - 10%. Кроме того, у мужчин с уровнем эстрадиола <10 пг/мл частота остеопороза составила 30,5%, тогда как при уровне >20 пг/мл - 5%. Однако, низкие уровни общего тестостерона и вычисленного свободного тестостерона сильнее коррелировали со снижением МПКТ, чем низкие уровни эстрадиола. Выводы. Дефицит половых гормонов (тестостерона и эстрадиола) оказывает значимое влияние на развитие остеопороза у мужчин с СД 2 типа.
60-61 48
Аннотация
Цель. Изучить структуру болевого синдрома и возможности коррекции нейропатической боли у пациентов с сахарным диабетом 2 типа (СД 2), осложненного диабетической полинейропатей болевой формой (ДПНБ) и остеопоро-зом (ОП). Оценить комплексный терапевтический подход к лечению. Материал и методы. В исследование рандомизировано 25 мужчин и женщин в возрасте 67+3 (от 60 до 76 лет), с верифицированным остеопорозом (ОП), без «свежих переломов», сахарным диабетом 2 типа (стаж от 10 до 25 лет (12+4)). Для оценки интенсивности болевого синдрома применялись - шкалы - визуальная аналоговая шкала (ВАШ), painDETECT, LASS, DN4, оценка состояния скелетной мускулатуры - антропометрия, биоимпедансметрия, динамометрия, тесты на определение скорости ходьбы, «подъем по лестнице», «подняться и пройти». В качестве патогенетической терапии ДПНБ применялся комплексный препарат - Кокарнит (World Medcine Limited, Великобритания; регистрационный № ЛП-002839). Курс терапии - 2 мл 1 раз в сутки - 7 дней, 2 мл - 3 раза в неделю - 30 дней. С проведением повторных курсов 3 раза в год. В качестве антирезорбтивной терапии пациентам планировалась терапия российским дженерическим препаратом золендроновой кислоты (Резокластин ФС) (Ф-синтез, Россия; регистрационный № ЛСР-003578/10) - 1 инфузия в год. Для подготовки к инфузии в течение 1 месяц применялась коллойдная суспензия Мицеллат Актив (ООО «Славянская аптека», регистрационный № RU 77.99.88.003.E.006004.04.15 от 28 апреля 2015 г.) в дозе 7 капель 0,7 мл - 1 раз в сутки. Далее пациенты получали кальций Д3 Никомед на протяжении 12 месяцев. Коррекция углеводного обмена проводилась пероральными сахароснижающими препаратами. Результаты. Параллельно пациентам проводилось лечение ОП (коллойдная суспензия Мицеллат Актив - 1 месяц, инфузия Резокластин ФС, кальций Д3Никомед Форте 2 таб. в сутки) и ДПНБ Кокарнит по схеме. По данным painDETECT, LASS, DN4 был подтвержден нейропатический компонент боли у 96% пациентов. К 6-10 дню терапии комплексным препаратом Кокарнит отмечено снижение интенсивности болевого синдрома по ВАШ. У 100% отмечена саркопения, верифицированная по алгоритму EWGSOP 2009). Через 30 дней у 100% пациентов отсутствовал болевой синдром и отмечено повышение физической активности пациентов, 96% - приступили к занятиям - ЛФК - 30 минут - 3 раза в неделю, 4% - плаванье по 30-40 минут - 3 раза в неделю. Через 12 месяцев отмечено прирост мышечной массы на 5-20%, повышение мышечной силы на 15-25%, увеличение скорости ходьбы на 10-18%, повышение толерантности к физической нагрузке на 10-15%. Отмечена высокая комплектность к выполнению рекомендациям по физической нагрузке - 100% первые 3 месяца, с 4 по 12 месяц- 76% продолжили занятия с той же частотой и интенсивностью, 12% - отказались от физической нагрузки, 12% - уменьшили кратность посещений занятий. За 12 месяцев ни у одного из пациентов не зафиксировано переломов, несмотря на падения у 24%. Статистически значимых изменений при ЭКГ исследованиях не отмечено. Выявлена положительная динамика при проведении нагрузочный проб, повышение толерантности к физической нагрузке. На фоне коррекции углеводного обмена пероральными сахароснижающими препаратами, у пациентов соблюдавших рекомендации по физической активности отмечена лучшая компенсация как по уровню гликемии натощак, так и постпрандиально и HbA1c. Выводы. При лечении пациентов с СД2, осложненным ДПНБ и ОП необходим комплексный подход, включающий сахароснижающую терапию, метаболическую (Кокарнит), антирезорбтивную (Резокластин ФС, коллойдная суспензия Мицеллат Актив с последующим применением кальций Д3 никомед).
61-61 47
Аннотация
У пациентов с сахарным диабетом (СД) 2 типа вопрос о величине потери МПКТ и риске перелома обсуждается. Цель: изучить связь дефицита МПКТ у пациентов с СД 2 типа с риском перелома дистального отдела лучевой кости. Материал и методы. Проведено сравнительное исследование величины потери МПКТ у больных с переломом лучевой кости с СД 2 типа и без сахарного диабета. В исследование включены 118 пациентов с СД 2 типа и 175 пациентов, не страдающих СД 2 типа. Распределение по возрасту в группах было идентичным. Выборка пациентов проводилась по данным городского травматологического пункта. В исследование были включены пациенты 50 лет и старше с переломом дистального отдела предплечья. Всем пациентам выполнено исследование рентгенологическая денситометрия на аппарате DrX-200, предоставленном компанией Nicomed Takeda. Результаты исследования. В зависимости от величины потери МПКТ по Т-критерию пациенты были разделены на 4 группы: 1 группа - без потери МПКТ; 2 группа - потеря МПКТ до - 1 SD; 3 группа - потеря МПКТ от -1,0 до -2,5 SD; 4 группа - потеря превышала -2,5 SD. Распределение пациентов по величине потери МПКТ представлено в таблице: МПКТ СД 2 типа Без СД 2 типа 1 группа От 0 и выше 50% 19,4% 2 группа От 0 до -1 15,3% 21,7% 3 группа От -1 до -2,5 19% 29% 4 группа -2,5 и ниже 15,3% 29,7% Как видно из представленного, у 65,3% пациентов с СД 2 типа низкоэнергетические переломы лучевой кости происходят при нормальных или незначительно сниженных значениях МПКТ. В то время как, у пациентов без сахарного диабета такая потеря наблюдается у 41,1%. Потеря МПКТ -2,5 SD и ниже имела место у 15,3% больных, страдающих СД 2 типа и 29,7% без данной патологии. Выводы. Полученные данные дают основание считать, что при СД 2 типа у большей части пациентов ведущим фактором снижения прочности кости и риска перелома является не потеря МПКТ, а нарушение ее качества из-за снижения интенсивности ремоделирования и накопления «старой» гиперминерализованной кости.
62-62 266
Аннотация
Целью гормональной терапии наружного генитального эндометриоза (НГЭ) является лишение опухолевых клеток стимулирующего влияния эстрогенов. При использовании ингибиторов ароматазы это достигается блокированием перехода андрогенов в эстрогены, что приводит к снижению уровня эстрогенов в периферической крови. В ряде исследований было показано неблагоприятное действие длительного применения ингибитора ароматазы на минеральную плотность кости и увеличение риска переломов. Целью исследования явилась оценка влияния 6-ти месячного курса гормональной терапии с применением ингибитора ароматазы на минеральную плотность кости у больных НГЭ. Материал и методы. В исследование были включены 75 больных НГЭ, которые в течение 6 месяцев для лечения НГЭ получали летрозол 2,5 мг в день в сочетании с лине-стренолом 5 мг дважды в день. Всем пациенткам до начала лечения и через 6 месяцев после его окончания проводилась двухэнергетическая рентгеновская абсорбциометрия (DXA) поясничного отдела позвоночника, проксимального отдела бедренной кости и дистального отдела предплечья. Оценка минеральной плотности костной ткани (МПК) осуществлялась в регионе L1-L4, в шейке бедра, в общем показателе проксимального отдела бедренной кости и в средней трети предплечья. Остеопороз диагностировали при значениях Ти Z-критериев от -2,5 стандартных отклонений (SD) и ниже. Выраженной остеопенией считали значения Т- и Z критериев от -2,2 стандартных отклонений. Результаты. На основании результатов остеоденситометрии до начала применения ингибиторов ароматазы у 39 больных НГЭ (52,0%) показатели МПК находились в пределах нормальных значений, у 28 пациенток (37,3%) диагностирован остеопенический синдром, у 5 женщин (6,7%) выявлена выраженная остеопения поясничного отдела позвоночника и предплечья. У 3 пациенток (4,0%) снижение МПК поясничного отдела позвоночника и средней трети предплечья было интерпретировано как остеопороз . Снижения МПК в проксимальных отделах бедра выявлено не было. С профилактической целью на фоне применения ингибиторов ароматазы всем женщинам назначались препараты кальция в сочетании с витамином D3. Больные с остеопорозом и выраженной остеопенией во время проведения гормональной терапии НГЭ получали бисфосфонаты (ибандронат) на период от 4 до 6 месяцев. На основании результатов повторных остеоденситометрий было установлено, что у женщин с исходными значениями МПК, находящимися в пределах нормы, применение ингибиторов ароматазы на фоне ежедневного применения комбинированных препаратов кальция 1000 мг (в виде цитратной и карбонатной солей) с витамином D3 400 МЕ не сопровождалось снижением данных показателей. В группе пациенток, получавших ингибиторы ароматазы и антирезорбтивную терапию, отмечена положительная динамика: до лечения среднее значение МПК поясничного отдела позвоночника составило 0,819±0,063 г/cм2, после лечения - 0,849±0,072 г/см2 (р<0,05); среднее значение МПК предплечья до лечения составило 0,611±0,054 г/cм2, после лечения - 0,629±0,059 г/cм2 (р<0,01). Средний прирост МПК составил +3,5±3,0% в поясничном отделе позвоночника и +2,9±2,4% - в средней трети предплечья. Выводы. Выявляемое с такой частотой снижение минеральной плотности кости у больных НГЭ, диктует необходимость включить двухэнергетическую рентгеновскую абсорбциометрию в алгоритм обследования больных с эндометриозом, имеющих факторы риска остеопении и остеопороза. Для предупреждения возможного негативного влияния ингибитора ароматазы на МПК, прием летрозола целесообразно сочетать с комбинированными препаратами кальция, витамином D3 и остеотропными микроэлементами. При наличии у больной остеопороза на фоне терапии ингибитором ароматазы целесообразно применять антирезорбтивные препараты из группы бисфосфонатов.
62-63 51
Аннотация
Цель: провести анализ переносимости терапии золедроновой кислотой у постменопаузальных женщин с остеопорозом. Материал и методы. В открытое проспективное исследование в течение 36 месяцев были включены женщины с постменопаузальным остеопорозом, получающие терапию золедроновой кислотой (n=225). Проводились оценка соматического статуса, лабораторные и инструментальные исследования (клинический анализ крови, биохимический анализ крови, общий анализ мочи, биохимические маркеры костного ремоделирования (БМКР) сыворотки крови: B-CrossLaps - маркер резорбции, остеокальцин - маркер костеобразования, остеоденситометрия (двухэнергетическая рентгеновская абсорбциометрия) определение минеральной плотности кости (МПК) в поясничном отделе позвоночника (L1-L4) и шейке бедра (Neck). Результаты. 225 женщин с диагностированным постменопаузальным остеопорозом, получали антирезорбтивную терапию золедроновой кислотой (ЗК) (5 мг, в/в, капельно, 1 раз в год). Дополнительно из этой когорты были сформированы подгруппы женщин, которым проводили в/в инфузию во второй (n=90) и в третий (n=30) раз. Медиана возраста обследованных составила 59 (54-66) лет. Наиболее частыми нежелательными являются симптомы реакции острой фазы: гриппоподобный синдром, костно-мышечные проявления, гипертермия, слабость. Причем, у всех пациентов СРОФ развились, через 12-24 часа после инфузии ЗК. В день проведения внутривенной инфузии и последующие 2 дня 48,9% (n=110) пациентам проводили профилактику реакции острой фазы (РОФ) парацетамолом по схеме: 1000 мг х 3 р/д, 3 дня. Среди тех, кому не проводили профилактику, РОФ развилась у 65,3% (n=75) и у 34,7% (n=40) пациенток нежелательных явлений отмечено не было. В общей сумме, у 48,4% (n=109) пациенток были зафиксированы симптомы реакции острой фазы различной тяжести. В структуре РОФ преобладали слабость-26%, озноб - 23,4%, боли в костях и мышцах - 28,4%, гипертермия - 20,9%. Продолжительность симптомов РОФ у пациенток без профилактики СРОФ до 3 дней отмечена у 68% (n=51), 3-7 дней у 25,3% (n=19), более 7 дней у 6,7% (n=5). У большинства пациенток без профилактики (77,3%) отмечалась легкая степень тяжести симптомов, 2-средняя степень тяжести диагностирована у 16% (n=12) пациенток и 3-тяжелая степень проявлений РОФ была отмечена у 6,7% (n=5). Симптомы РОФ (СРОФ) на фоне профилактики развивались в 1,7 раз реже и отмечались у 39% (n=43) пациенток. У пациенток, которым проводили профилактику, продолжительность СРОФ до 3 дней, наблюдалась у 67,4% (n=29) и 3-7 дней у 32,6% (n=14). После проведения профилактики нами была зарегистрирована в основном легкая 62,8% (n=27) и умеренная степень тяжести СРОФ - 34,9% (n=15). Тяжелая степень РОФ отмечена только у 1 пациентки (2,3%). В структуре РОФ преобладали слабость, озноб, боли в костях и мышцах, гипертермия (р<0,05). После 2 и 3 инфузии ЗК профилактику симптомов РОФ не проводили. РОФ с отмеченным уменьшением количества симптомов была отмечена у 27,9% (n=26) после 2-ой и у 6,6% (n=2) из 30 пациенток после 3-ей инфузии (р<0,05), в основном легкой степени тяжести и длительностью не более 3 дней. Заключение. Терапия золедроновой кислотой сопровождалась развитием нежелательных явлений в виде гриппоподобного синдрома, скелетно-мышечных проявлений и гипертермии. На фоне профилактики парацетамолом нежелательные явления развивались в 1,7 раза реже, уменьшалось количество симптомов, снижалась продолжительность и степень тяжести СРОФ. Нежелательные явления не влияли на эффективность антирезорбтивной терапии.
63-63 47
Аннотация
Цель. Оценка состояния минеральной плотности костной ткани (МПКТ) у больных с овариоэктомией, проживающих в Московской области. Материал и методы. Оценка состояния МПКТ проведена в поясничном отделе L1-L4 и в шейке бедра на аппарате ДЭРА серии QDR APEX 20 модель Discoveri A, производства фирмы «Hologic» (США) у 70 пациенток (48±1,2 лет). Проведено исследование витамина Д. Результаты. На основании данных ДЭРА на этапе скрининга все пациенты разделены на две группы: 1 группа - 24 (34%) пациентки (с остеопенией 22 (92%) женщин и остеопорозом 2 (8%)); 2 группа - 46 (66%) женщин с нормальными показателями МПКТ. По результатам ДЭРА в 1 группе МПКТ в поясничном отделе позвоночника исходно была ниже, чем в шейке бедра: Т-критерий L1-L4 = -1,5±0,2 и Т-критерий в шейке бедра = -1,1±0,3. У 3 пациенток 1 группы остеопенический синдром был ассоциирован с переломами: в 2 случаях - лучевой кости, в 1 - малоберцовой кости. Во 2 группе значения Т-критерия L1-L4 колебались от 0,3 до 2,2, а Т-критерия в шейке бедра от 0,4 до 2,0. Пациентки 1 группы получали непрерывный комбинированный режим или монотерапию МГТ (17Р-эстрадиол 1мг+дидрогестерон 5мг или эстрадиол гемигидрат-гель 1г) и дотацию препаратами кальция (кальций Д3Никомед 1000мг/сут). Из них 5 пациенток (24%) получали МГТ, 13 (62%) пациенток МГТ в комбинации с препаратами кальция и 3 (14%) пациентки получали препараты кальция. Во 2 группе 28 (56%) сравнения МГТ пациентки получали с целью лечения синдрома постовариэктомии средней степени тяжести и профилактики остеопенического синдрома: 18 (39%) пациенток получали МГТ в сочетании с препаратами кальция, 10 пациенток (22%) - МГТ и 18 (39%) больных, отказавшиеся от МГТ, получали фитоэстрогены в сочетании с препаратами кальция. При динамическом контроле через год прирост МПКТ по данным ДЭРА на фоне проводимой терапии в 1А и 1В группах составил 1,8% от исходного уровня, и лишь у 1 пациентки с остеопенией отмечено снижение МПКТ на 3,7%, что потребовало применение бисфосфонатов. Показатели МПКТ у больных 2 группы оставались в пределах нормы. В данной работе среди 70 обследуемых у 28 (40%) пациенток обеих групп: 13 (46%) женщин 1-ой группы и 15 (54%) женщин 2-ой группы определялся уровень 25ОHvitD в крови. В 1 группе среди пациенток у 1 выявлен нормальный уровень показателя, у 6 больных - недостаток 25OH vitD, в среднем 24,8 нг/мл (норма 30-80 нг/мл), у 6 пациенток - дефицит витамина Д (менее 20 нг/мл). Во 2 группе - у 8 из15 женщин выявлен недостаток 25OHvitD (от 12 до 30 нг/мл), у 4 пациенток нормальные показатели и 3 - дефицит 25OHvitD (менее 12 нг/мл). Всем пациенткам с дефицитом 25OHvitD назначена дотация препаратами витамина группы Д. Выводы. Исследования позволили пациенток с оварио-эктомией, проживающих в Московской области, отнести к группе риска по возникновению остеопенического синдрома. У пациенток с овариоэктомией и остеопеническим синдромом МГТ в комбинации с препаратами кальция или без способствует приросту МПКТ.
64-64 51
Аннотация
Цель: провести анализ влияния золедроновой кислоты на минеральную плотность кости (МПК) и биохимические маркеры костного ремоделирования (БМКР) у постменопаузальных женщин с остеопорозом. Материал и методы. В открытое проспективное исследование в течение 36 месяцев были включены женщины с постменопаузальным остеопорозом, получающие терапию золедроновой кислотой (ЗК) (n=225). Проводились оценка соматического статуса, лабораторные и инструментальные исследования (клинический анализ крови, биохимический анализ крови, общий анализ мочи, биохимические маркеры костного ремоделирования (БМКР) сыворотки крови: B-CrossLaps- маркер резорбции, остеокальцинмаркер костеобразования, остеоденситометрия (двухэнергетическая рентгеновская абсорбциометрия) L1-L4 и Neck. Результаты. Медиана возраста обследованных составила 59 (54-66) лет. Естественная менопауза отмечена у 80,6%, и 19,4% женщин имели индуцированную менопаузу. Медиана возраста наступления менопаузы составила 51 год (от 47 до 53), а медиана продолжительности постменопаузы - 7 (2-13) лет. Согласно полученным данным среди всех переломов преобладали переломы дистального отдела лучевой кости (p<0,05). В работе была проанализирована динамика биохимических маркеров костного ремоделирования (B-Crosslaps, Остеокальцин) исходно и через 1,3,6,9,12 месяцев терапии и сравнена с исходными значениями. Максимальное снижение B-Crosslaps, по сравнению с исходными значениями, было отмечено уже через 1 месяц после каждой последующей инфузии. В дальнейшем отмечено постепенное повышение показателей костной резорбции. Однако, даже через 12 месяцев после внутривенной инфузии ЗК уровень ß-Gosslaps был снижен (р=0,005). Максимальное снижение остеокальцина отмечено через 6 месяцев после каждой повторной инфузии и в течение последующих месяцев данный показатель существенно не менялся (р=0,02). Через 12 месяцев после инфузии получено постепенное повышение маркеров костеобразования, однако значения остеокальцина были также снижены в сравнении с исходом (р=0,016). К концу года терапии степень снижения маркеров резорбции (B-Crosslaps) была в 2 раза большей, чем маркеров костеобразования (остеокальцин). Через 12 месяцев после каждой последующей инфузии проводилась динамическая остеоденситометрия. Терапия ЗК сопровождалась достоверной положительной динамикой МПК в L1-L4 и Neck. Терапия ЗК в течение 36 месяцев сопровождалась увеличением МПК во всех исследуемых областях скелета, что соответствовало стабилизации процессов костного ремоделирования. Суммарная динамика МПК за 3 года терапии ЗК составила в L1-L4 составила +7% (p=0,049), в Neck left +5,9% и в Neck total left +6% (p=0,062) Заключение. Терапия азотсодержащими бисфосфонатами характеризовалась быстрой (уже через 1 месяц) и достоверной супрессией биохимических маркеров костного ремоделирования. Преимущественное подавление процессов резорбции обеспечило положительный баланс костного ремоделирования, увеличение МПК и выраженный антирезорбтивный эффект золедроновой кислоты (p<0,05). Результаты исследования подтвердили возможность использования БМКР для ранней диагностики (через 1 месяц) реакции на антирезорбтивную терапию и определения индивидуального ответа пациентов на проводимую терапию, задолго до изменения МПК.
65-65 114
Аннотация
Болезни суставов имеют особый интерес в силу их высокой распространенности и негативного влияния на качество жизни среди лиц старше 50 лет. У пациентов с сопутствующей соматической патологией в связи с нарушением гомеостаза полости рта снижается барьерная резистентность тканей пародонта и твердых тканей зубов. Цель. Исследование стоматологического статуса пациентов с воспалительными и невоспалительными заболеваниями суставов; определить влияние данных соматических патологий на состояние, специфическую защиту полости рта. Материал и методы. Обследовано 60 пациентов. Первую группу составили 30 пациентов с воспалительными заболеваниями суставов (ревматоидный артрит, псориатический артрит), женщины, средний возраст которых составил 58 лет. Вторую группу составили 30 больных с невоспалительными заболеваниями суставов (остеоартроз), женщины, средний возраст которых составил 56 лет. Все пациентки проходили лечение на базе поликлинического отделения № 3 МБУ ЦГБ № 7, г. Екатеринбург. Стоматологическое обследование включало: сбор жалоб, анамнеза, осмотр полости рта - оценку состояния слизистой оболочки, тканей пародонта, уровня гигиены по Грину-Вермильону, индекс гингивита -РМА, исследование ротовой жидкости, скорости саливации, рН и уровень секреторного IgA ротовой жидкости. КПУ зубов (КПУз) - сумма кариозных, пломбированных и удаленных зубов пациента. Исследование секреторной функции слюнных желез - нестимулированная сиалометрия. Результаты. Кровоточивость десен отмечают 27,5% обследуемых, сухость во рту - 25%, причем большая часть - пациенты с воспалительными заболеваниями суставов (р<0.05). КПУз у 100% обследуемых очень высокий (больше 15), в основном за счет удаленных зубов. Такие высокие результаты связаны: с возрастной группой пациентов (средний возраст - 56 лет), сниженной скоростью саливации. рН ротовой жидкости у 100% пациентов снижена, особенно у больных с воспалительными заболеваниями суставов (до 5) (р<0.05). Это связано со снижением скорости слюноотделения и нарушением процессов синтеза слюны. Скорость саливации также у 100% пациентов снижена, в большей степени у больных с воспалительными заболеваниями суставов. Уровень sIg A в случаях невоспалительных заболеваний в пределах нормы. У пациенток с артритами уровень sIg A увеличен (больше 2 г/л) (р<0.05). Индекс РМА высокий, так как снижена скорость саливации и изменены вязкость и состав слюны. Выводы. 1. При обследовании пациентов выявлено: высокий КПУз, снижение рН и скорости слюноотделения.2. Высокий индекс РМА за счет снижение скорости саливации и изменения вязкости и состава слюны. 3. В случае пациентов с воспалительными заболеваниями суставов резко снижена скорость слюноотделения и повышен уровень sIg A. 4. При лечении пациентов с заболеваниями суставов стоматологам следует обращать внимание на то, что у больных снижена скорость саливации, рН и количество слюны, изменен химический состав слюны, вследствие чего повышена вязкость. Исходя из этого, таким пациентам необходимо проводить глубокое фторирование и курсы реминерализующей терапии.
65-66 94
Аннотация
Для лечения психических расстройств широко применяются нейролептики, повышающие уровень пролактина в крови (Буланов В.С., 2004). Пролактин тормозит выработку гонадотропных гормонов в гипоталамусе и периферический эффект проявляется в виде снижения выработки в половых железах гормонов (O'Keane V, 2005), приводящих к снижению активности остеобластов, реабсорбции кальция в кишечнике и увеличение его выделения почками. При длительном приеме нейролептиков одним из побочных эффектов является остеопения и остеопороз. Антидепрессанты также оказывают остеопоротическое действие (Козлова М.В., 2007), в основном, увеличивая возможность падений. Таким образом, одной из причин высокой распространенности переломов среди психически больных является развитие как сенильного, так и лекарственного остеопороза (Abel K.M., 2008; Byerly H., 2007). Цель. Анализ структуры остеопоротических переломов у психически больных, полученных при госпитализации в стационаре и их связи с принимаемой психотропной терапией. Материал и методы. В РКПБ (г. Казань) проведен ретроспективный анализ 814 историй болезни пациентов в возрасте от 22 до 89 лет (58,6±12,7), проходивших лечение с 1996 по 2010 годы. 52,6% пациентов (428 чел.) были мужчины и 47,4% (386 чел.) - женщины. Определение суточной нейролептической нагрузки больных проводилось по хлорпромазиновому (аминазиновому) эквиваленту (British National Formulary, 2003). Результаты. Всего за период с 1996 по 2010 годы травмы диагностированы у 814 психически больных. Из них под категорию «остеопоротические переломы» входили 412 случаев (50,61%), т.е. половина всех травм в РКПБ. В данную категорию включались переломы шейки бедренной кости, костей предплечья и позвоночника. В разные годы доля остеопоротических переломов варьировала от 22,92% (2003 г.) до 71,05% (1999 г.). Средний возраст пациентов составил 65,23±3,03 года и среди пациентов преобладали женщины - 304 чел. (73,8% всех больных, получивших травму). В структуре переломов преобладали травмы проксимального отдела шейки бедренной кости - от 70,23 до 37,22%, чаще у больных, принимавших и нейролептики и антидепрессанты. Наименьшая частота переломов шейки бедренной кости была выявлена среди больных на монотерапии антидепрессантами. Более половины всех травм пациенты получали непосредственно в стационаре - при потере равновесия, резком вставании, падении с кроватей, лестниц, при сопротивлении медперсоналу. Длительный приём психотропных средств приводил к головокружению, гипостатическим обморокам, вялости и сонливости, двигательным нарушениям. Переломы костей предплечья были вторыми по частоте среди травм всех локализаций и также происходили при падении больных в стационаре. Компрессионные переломы позвоночника в основном были связаны с попытками суицида, поэтому регистрировались чаще у больных с депрессивными расстройствами, принимавшими антидепрессанты. Средняя суточная доза нейролептика не превышала 250 у.е. и была выше при назначении типичных нейролептиков. Это связано с широким использованием депо-препаратов и более дешевых по стоимости лекарственных средств. Была выявлена положительная корреляционная зависимость между дозой нейролептика и частотой переломов проксимального отдела бедренной кости (r=0,719; р=0,00823), а также между длительностью госпитализации и частотой остеопоротических переломов (r=0,833; р=0,00561). Выводы. При длительной госпитализации в психиатрическом стационаре возрастает частота остеопоротических переломов среди больных, принимающих антидепрессанты и нейролептики в высокой суточной дозе. В данное время отсутствует профилактика развития остеопороза у психически больных и способы ее фармокоррекции. Изучению данных вопросов и посвящена наша дальнейшая исследовательская работа.
66-66 106
Аннотация
Все большее внимание к проблеме остеопороза проявляют стоматологи (Атрушкевич В.Г., 2007; Цимбалистов А.В., 2007; Guiglia R., 2013). Для врачей-пародонтологов остро стоит проблема убыли костной ткани альвеолярного отростка челюстей и главной задачей становится замедление ее деструкции для предотвращения потери зубов. В настоящее время можно с уверенностью утверждать лишь то, что с уменьшением минерализации скелета усиливаются патологические изменения в пародонте, однако в литературе отсутствуют сведения о взаимосвязи между выраженностью остеопороза всей костной системы и степенью поражения пародонта. Целью исследования явилось выявление связи между степенью тяжести хронического генерализованного пародонтита и биохимическими маркерами резорбции костной ткани. Материал и методы. Для реализации цели исследования в ООО «СтомаДент» (г. Казань) были обследованы 56 пациентов с активным течением хронического генерализованного пародонтита (34 женщины и 22 мужчины), Средний возраст обследованных составил 55,61±8,12 лет. Общепринятыми клиническими методами определялась степень тяжести поражения тканей пародонта. Группу сравнения составили пациенты без патологии пародонта - 17 человек (средний возраст - 52,16±9,01 года). Для определения в сыворотке крови пиридинолина и sRANKL у больных утром, натощак из локтевой вены проводился забор 5 мл крови, анализ проводился с использованием иммуноферментных наборов ЗАО «БиоХимМак». Результаты. Значения пиридинолина у пациентов с хроническим генерализованным пародонтитом (ХГП) средней степени тяжести достоверно не отличались от показателей контрольной группы, но у больных с тяжелой степенью воспалительного процесса значения пиридинолина были увеличены в 1,6 раза, по сравнению с контрольной группой (р<0,01). Пиридинолин образуется при распаде коллагена I типа, который составляет более 90% органического матрикса кости. Увеличенные значения пиридинолина свидетельствуют об активном процессе резорбции костной ткани. Такую же динамику продемонстрировали показатели sRANKL. У пациентов с ХГП средней степени тяжести значение данного показателя были увеличены в 2,8 раз, по сравнению с контролем (р<0,001). У больных ХГП тяжелой степени значение sRANKL было увеличено в 3,4 раза, по сравнению с контролем (р<0,001). sRANKL - растворимый лиганд рецептора активатора ядерного фактора транскрипции каппа-Б, принадлежащий к семейству фактора некроза опухоли. Это основной фактор, стимулирующий образование зрелых остеокластов, необходимый для их выживания, вырабатывается остеобластами и активированными Т-лимфоцитами. Таким образом, sRANKL - биохимический маркер резорбции костной ткани, его увеличение в крови также свидетельствует о процессах ее активной деструкции. Выводы. Клиническая картина в полости рта у больных с ХГП отражала нарушения в метаболизме костной ткани, выявленных при оценке биохимических параметров. Хронический воспалительный процесс в слизистой околозубных тканей приводит к постепенной деструкции кости альвеолярного отростка, формируя патологические зубодесневые карманы. Данные образования служат резервуарами хронической патогенной инфекции, продолжая разрушать прилегающую кость и в конечном итоге, расшатывая зуб. Выявленные нарушения свидетельствуют о необходимости включения в лечебные мероприятия антирезорбентов, для восстановления метаболизма костной ткани альвеолярного отростка. Определение маркеров резорбции костной ткани - объективный метод диагностики степени тяжести хронического генерализованного пародонтита и точный тест для оценки эффективности проводимого лечения.
67-67 111
Аннотация
Длительная иммобилизация изменяет процесс ремоделирования костной ткани, что в свою очередь приводит к постепенному снижению ее минеральной плотности костный ткани (МПКТ) и формированию постиммобилизационного остеопороза (ПИОП). Известно, что кальций является фактором определяющим снижение МПК при первичном системном остеопорозе (ОП). В отношении постиммобилизационного остеопороза (ПИОП) дискуссия многих установленных параметров продолжается. Целью исследования явилось изучение особенностей минерального обмена в динамике формирования постиммобилизационного остеопороза (ПИОП). Материал и методы. Эксперимент проведен на 90 самцах и самках крыс линии «Vistar» весом 90-110 г, содержавшихся в условиях вивария, при температуре 200-220С и световом режиме «день-ночь», на стандартном рационе. В возрасте трех месяцев крысам (опытная группа) моделировали ИОП, резекцией костей голени правой задней конечности на уровне ее проксимального эпиметафиза (40 крыс), таким образом получая неопороспособное бедро. Сроки наблюдения: на 30, 60, 120, 150, 180, 210, 240 и 270 сутки после операции. Контрольная группа - 40 интактных животных, того же пола и возраста, соответственно срокам наблюдения в опытной группе. Контроль формирования остеопоротических изменений в бедренных костях животных проводили рентгенографическим и морфологическим методами. Результаты. У всех животных максимальное накопление магния в костной ткани соответствовало 210 суткам эксперимента, однако в динамике формировании ПИОП уровень концентрации магния оставалось ниже в 1,6-5,4 раза по сравнению с физиологическими значениями (p<0,05). У интактных крыс прирост содержания магния составил всего 58,9% по сравнению с началом эксперимента (p<0,05), в то время как в опытной группе - только 40,2% (p<0,05), что составило 68% физиологической нормы (p<0,05). Таким образом, дефицит магния при ИОП обнаружили в течении восьми месяцев после операции, своего максимума он достиг на 180 сутки эксперимента - в 5,4 раза ниже физиологического уровня. Выявлено, что дефицит мания и неорганического фосфора оказывает негативное влияние на синтез как органического, так и минерального матрикса костной ткани при иммобилизации, тем самым снижая эффективность костеобразования. Выводы. Исследования костной ткани экспериментальных крыс, после ампутации голени, обнаружили значительное нарушение минерализации внеклеточного матрикса, при формировании остеопоротических изменений: максимальный дефицит кальция составил 45%, фосфора - 80%, магния - 82% в сравнении с физиологическими значениями интактных животных. При высоком дефиците макроэлементов ремоделирование костной ткани значительно «страдает», так как показано, что «допустимый» дефицит, не оказывающий существенного влияния на ремоделирование кости не превышает 20%. Следовательно, особенностью минерального гомеостаза при иммобилизационном остеопорозе в эксперименте является выраженный пролонгированный дефицит макроэлементов костной ткани, главным образом магния и неорганического фосфора, а затем и кальция.
67-68 72
Аннотация
Исследование содержания ряда элементов в волосах горняков ОАО «Учалинский ГОК», добывающих медно-цинковую руду подземным способом, выявило статистически значимое увеличение содержания ряда тяжелых металлов [Кудашева, 2005; Аглетдинов и др., 2011] характеризуя их поступление и накопление в тканях. При длительном введении порошка руды экспериментальным животным также установлено значительное увеличение содержания этой группы элементов в костях [Нургалеев и др., 2013], что сопровождалось усилением оксидативных процессов. Клетки дифферона мононуклеарных фагоцитов костной ткани -остеокласты чувствительно реагируют на воздействие химических соединений и в процессе активного функционирования высвобождают ряд ферментов, которые генерируют в зоне резорбции супероксидный анион-радикал [Vääräniemi et al., 2004], и усиление свободно-радикального окисления в костной ткани может быть отражением интенсификации резорбтивных процессов при действии полиэлементов руды цветных металлов. Цель. Изучение уровня маркеров остеобластогенеза и остеокластогенеза при действии полиэлементов медно-цинковой колчеданной руды. Материал и методы. 20 белым половозрелым самцам крыс опытной группы в течение трех месяцев ежедневно внутрижелудочно вводили суспензию порошка руды в 2% растворе крахмала из расчета 60 мг/100г массы, 12 крыс идентичной массы (220-240г) получали ежедневно раствор крахмала. В трубчатых костях (бедренная, большеберцовая и плечевая) через 1,2 и 3 месяца интоксикации рудой определяли содержание Fe, Mg, Mn, Hg, Sr, Cr методом атомно-абсорбционной спектрометрии и Cu, Zn, Cd b Pb вольтамперометрическим методом. В плазме крови на 3-й месяц эксперимента изучили содержание растворимого лиганда ядерного фактора транскрипции каппа Б (s RANKL), остеопротегерина (OPG) - ложного рецептора RANKL и склеростина, используя соответствующие наборы реагентов (Biomedica, Medizinproducte Gmb), костной щелочной фосфатазы (КЩФ, «Quidel Corporation»)). В группах рассчитывали медиану, межквартальные интервалы, достоверность межгрупповых различий оценивали по U-критерию Манна-Уитни. Результаты. Определение ряда элементов в кости выявило, что содержание Mn, Sr, Fe, Cu, Zn, Cd, Pb и Hg повышается к концу 3-го месяца эксперимента у опытной группы крыс значительно (от 1,5 до 5 раз), Cr увеличивается незначительно, а Mg снижается. При этом уровень Fe и Mn увеличивается уже через 1 месяц интоксикации, а затем не подвергается статистически значимым изменениям. Другие элементы накапливаются, достигая максимального уровня лишь к концу третьего месяца. Содержание s RANKL в плазме крови животных при действии полиэлементов руды практически не изменялось, составляя 0,6 [0,12;1,29] пмоль/л в контроле и 0,63 [0,45; 0,75] пмоль/л в опытной группе. Аналогичная динамика выявилась и при определении КЩФ: 4,5 [1,6;6,9] Е/л и 5,0 [3,8;6,3] Е/л соответственно, р=0,42, а содержание OPG снижалось с 0,41 [0,4;0,44] пмоль/л до 0,3 [0,26;0,38] пмоль/л, р=0,043. Коэффициент sRANKL/OPG, характеризующий общее «конвергентное» соотношение про- и антирезорбтивных регуляторов остеокластной дифференцировки и активации остеокластов [Hobauer, 2009], повышается. У животных контрольной группы он составляет 1,46 [1,2;1,51], у опытной группы - 2,1 [1,84;2,33], р=0,041, что отражает интенсификацию процессов остеокластогенеза и резорбции. Уровень склеростина у опытной группы животных повышался с 12,3 [12,0;12,6] пмоль/л до 14,2 [12,5;14,7], р=0,046. Склеростин, вырабатываемый остеоцитами и гипертрофированными хондроцитами, является негативным регулятором остеобластогенеза [Bernardes et al., 2013], и его повышение свидетельствует об ингибировании костного дифферона. Выводы. Полиэлементы медно-цинковой колчеданной руды, накапливаясь в костной ткани, приводят к активации остеокластического дифферона на фоне некоторого подавления костного дифферона (остеобластогенеза).
68-68 85
Аннотация
Osteoporosis is one of the main problems in the world health care. Typical for osteoporosis is the progressive decrease of the bone mass, destruction of the bone micro-architectonics wich leads to increase the bone fragility, and a high frequency of the bone fractures. Osteoporosis was considered as pathology associated with gender. Up to recent times there was accepted that frequency of osteoporosis (OP) was higher in females. Though, during last few years the numerous research works and the result of our own work indicate that osteoporosis is quite frequent in males. And 2014 - was declared year of " Man's Osteoporosis". One of three patients with the fracture of femoral bone is a male morality among males in higher that among females. High frequency of incidence of the risk factors among males is confirmed. Though, actually, there are no works about frequency of osteoporosis in the people, who consume the drugs illegally. Taking into consideration the high rate of spreading of the drugs all over the world and especially, in our, region we set the goal of studying of the bone metabolism among the drug consumers, regarding the term, narcotization, character of the drugs and their doses. There were examined 911 patients with narcotism, in the absitence period; among which 462 patients were heroin consumers and 449 buprenorphine consumers; age of the patients from 17 to 25. Average duration of the heroin narcotism- 4.5 years and of average period of buprenorphine narcotism- 1.5 years. Among the risk factors of osteoporosis. Among the studied patients there were revealed: hypogonadism (71-80%); low calcium diet (72%); mallabsorption syndrome (64%); low body mass (78%). All patients underwent measurements of bone tissue mineral density, by dual X-ray vertebras of limbar region, procimalsec-tion of he femoral bone, in the distal section of the forearm. In all cases there was studied the Ca-P balance, level of osteocalcine in the blood and activity of the alkali-phosphatase; level of general and free testosterone in the blood. The research result showed that the frequency of revealing of osteoporosis (T<-2.5), among the patients with heroin narcotism is 40-48% and frequency of revealing in the trabecular bines is higher, Frequency of low characteristics of the bone tissue, in case of buprenorphine narcotism is lower and varies between 30-35%. There was revealed reliable decrease of calcium and testosterone levels in the blood (p<0.05) and decrease of the free testosterone level in patients with heroin narcotism. There was revealed correlation between the duration of narcotisation and level of free testosterone in the patients with heroin narcotism (z =-0.58;p<0.001), on one hand and on the other correlation the mineral density of the bone tissue and the level of free testosterone (r=0.42;p<0.001). There is considered the issue of possible impact of the drugs on the bone metabolism process. It is recommended, for treatment of patients with narcotism, to include anti-osteoporosis preparation into complex therapy.
69-69 40
Аннотация
В 2013 были опубликованы новые рекомендации РАОП, Российского респираторного общества, Ассоциации ревматологов России по диагностике, профилактике и лечению глюкокортикоидного остеопороза у мужчин и женщин 18 лет и старше. По сравнению с рекомендациями РАОП 2009 несколько изменились клинические критерии для назначения лечения антиостеопоротическими препаратами. Цель: по данным исследования ГЛЮКОСТ определить процент лиц, нуждающихся в лечении в соответствии с клиническими критериями рекомендаций по глюкокортикоид-ному остеопорозу 2009 и 2013 годов. Материал и методы. Исследование ГЛЮКОСТ было проведено в 34 центрах России у больных 18 лет и старше с хроническими воспалительными заболевания. Анализированы данные вопросника, который пациент заполнял самостоятельно на приеме врача ревматолога, пульмонолога, гастроэнтеролога, нефролога. Основные пункты вопросника включали социально-демографические данные, факторы риска в прогностической модели FRAX®, нозологические характеристики, параметры глюкокортикостероидной терапии (способ применения, суточная доза, длительность приема). В опросник не были включены результаты остеоденситометрии. По рекомендациям 2009г. пациентам в возрасте > 65 лет, принимающим пероральные глюкокортикоиды (ОГК), а также пациентам, имеющим низкоэнергетические переломы в анамнезе, лечение остеопороза должно быть назначено одновременно с назначением ОГК на длительный срок. В соответствии с рекомендациями 2013 г. лечение антиостеопоротическими препаратами следует назначить мужчинам 50 лет и старше и женщинам в постменопаузе, которым планируется или проводится длительное (3 мес и более) лечение ОГК, при наличии хотя бы одного из следующих критериев: возраст > 70 лет, низкоэнергетический перелом в анамнезе, суточная доза ОГК > 7,5 мг в преднизолоновом эквиваленте, 10-летний риск основных остеопоротических переломов превышает порог вмешательства. При расчете 10-летнего риска основных остеопоротических переломов рекомендуется сделать поправку на суточную дозу ОГК. Более молодым пациентам лечение следует назначить при наличии низкоэнергетического перелома в анамнезе. Результаты. В исследование были включены 1129 больных (средний возраст 53,3±13,9, 235 мужчин и 894 женщин), которые на момент проведения исследования принимали ОГК в течение 3 мес и более. Медиана длительности терапии ОГК составила 5 лет, медиана суточной дозы в предни-золоновом эквиваленте - 10 мг. В соответствии с критериями клинических рекомендаций терапию противоостеопоротическими препаратами следовало назначить без проведения остеоденситометрии 37,4% больным по рекомендациям 2009 г., но 62,4% - по рекомендациям 2013 г. Данные были анализированы в различных возрастных и половых группах: лечение нужно было проводить 52,2% vs 86,8% женщинам в постменопаузе; 38,2% vs 75,4% мужчинам в возрасте 50 лет и старше по рекомендациям 2009 vs 2013, соответственно. Процент лиц более молодого возраста, нуждающихся в лечении не изменился: 9,7% женщин детородного возраста и 8,2% мужчин младше 50 лет. Выводы. Действующие рекомендации 2013 года по ГК-ОП значительно увеличивают долю лиц, которым должна быть назначена терапия противоостеопоротическими препаратами.
69-70 81
Аннотация
Цель: изучить содержание лептина, адипонектина и эндотелина-1 в сыворотке крови и определить их роль в формировании остеопороза при ХОБЛ. Материал и методы: легочную функцию, индекс массы тела (ИМТ), минеральную плотность костной ткани (МПКТ) в поясничном отделе позвоночника и шейке бедра, уровни лептина, адипонектина и эндотелина-1 определяли у 126 пациентов с ХОБЛ в зависимости от стадии GOLD и 86 здоровых. Результаты: при ХОБЛ остеопороз установлен у 43% исследуемых, остеопения у 34%, у 23% больных показатели были в норме. В контроле остеопенический синдром выявлен у 35% лиц. Средние значения МПКТ в позвоночнике и шейке бедра в общей группе ХОБЛ, при GOLD II соответствовали остеопении, при GOLD III и IV остеопорозу. Обнаружена зависимость между МПКТ и ОФВ1 (позвоночник: r=0,38, p<0,05; шейка бедра: r=0,43, p<0,05) и рСО2 (позвоночник: r=-0,46, p<0,05; шейка бедра: r=-0,39, p<0,05) в общей группе ХОБЛ. Содержание лептина и адипонектина при GOLD I и II не отличалось от контроля. При GOLD III и IV уровень лептина снижался, а адипонектин повышался по отношению к контролю (p<0,05). Выявлены прямая связь между ИМТ и уровнем лептина (r=0,64, p<0,001), и отрицательная корреляция с адипонектином (r=-0,51, p<0,01). Связь между показателями ОФВ1 и DLCO определены только с лептином (p<0,001). Лептин прямо коррелирует с МПКТ в шейке бедра и позвоночнике (соответственно, r=0,66, p<0,001; r=0,49, p<0,05), тогда как адипонектин имеет негативную связь (шейка бедра: r=-0,43, p<0,05; позвоночник: r=-0,49, p<0,001). Установлена обратная корреляционная связь между содержанием эндотелина-1 и МПКТ в позвоночнике (r=-0,51, p<0,01), лептином (r=-0,46, p<0,05), с ОФВ1 (r=-0,43, p<0,05) и pО2 (r=-0,54, p<0,05), прямая зависимость с pСО2 (r=0,68, p<0,001), адипонектином (r=0,51, p<0,05). Взаимосвязи эндотелином-1 с адипокинами установленні только у больных ХОБЛ с остеопорозом. Заключение: результаты исследования свидетельствуют об участии адипокинов и эндотелина-1 в патогенезе дыхательной недостаточности и потере плотности кости при ХОБЛ. Наиболее выраженный характер изменений и тесные корреляционные связи данных показателей с МПКТ отмечены у пациентов с остеопорозом.
70-70 121
Аннотация
Рассеянный склероз (РС) - хроническое, воспалительное заболевание центральной нервной системы. Обычно начинаясь в молодом возрасте, заболевание прогрессирует с течением времени. Пациенты с РС имеют ряд потенциальных факторов для развития остеопороза и переломов. В то же время возраст 50 лет и старше сам по себе является основным фактором риска остеопороза. Поэтому группу пациентов с РС в возрасте старше 50 лет важно анализировать отдельно. Мы предполагаем, что поражение костной ткани у этой категории больных наиболее выражено. Цель. Установить распространенность и факторы низкой минеральной плотности костной ткани (МПКТ) у больных РС в старшей возрастной группе. Материал и методы. В исследование было включено 136 пациентов с достоверным диагнозом РС, женщин - 108 (79,4%), мужчин -28 (20,6%).Критерием включения в исследование был возраст мужчин старше 50 лет, у женщин - состояние менопаузы. Медиана возраста больных составила 56 [25-75% процентили 52,3-59] лет. Продолжительность заболевания была 17 [25-75% процентили 11,0-25,8] лет. Ре-миттирующий тип течения РС имели 58 (42,6%) больных, вторично-прогрессирующий - 59 (43,4%), первично-прогрессирующий - 19 (14%). Медиана балла по шкале инвалидизации EDSS составила 4,8 (25-75% процентили 3,5-6,0), т.е. пациенты имели в основном умеренную степень инвалидизации. Медиана индекса массы тела (ИМТ) составила 25,3 (25-75% процентили 22,2-28,9) кг/м2. Терапию глюкокортикоидами (ГК) в течение заболевания получали 104 (76,5%) пациента. 32 (23,5%)пациента никогда не получали гормональную терапию. Измерение МПКТ проводилось методом двуэнергетической рентгеновской абсорбциометрии (DXA) на аппарате Discovery фирмы «Hologic“. Исследование проведено в двух отделах скелета: поясничный отдел позвоночника и проксимальный отдел бедра (шейка бедра и общий показатель бедра). Для интерпретации результатов DXA денситометрии использовался Т - критерий. С целью установления факторов риска низкой МПКТ было проведено сравнение двух групп больных. Первую группу составили пациенты с показателями МПКТ в пределах возрастной нормы. Во вторую группу были объединены пациенты со снижением МПКТ степени остеопении и остеопороза. Результаты. Нормальные показатели МПКТ по Т-критерию во всех обследованных отделах скелета выявлены только у 22 (16,2%) больных, остеопения - у 70 (51,5%), остеопороз - у 44 (32,3%). Из них снижение Т-критерия --2,5 СО только в поясничном отделе выявлено у 15(34,1%) пациентов, в области шейки бедра у 8 (18,2%), в области бедра в целом у 3 (6,8%), одновременно в нескольких отделах скелета у 18 (40,9%)пациентов. После проведения многофакторного анализа были установлены независимые факторы риска низкой МПКТ у больных РС. Это возраст больных (ОШ=1,161, 95% ДИ 1,025-1.300, р= 0,02) и индекс массы тела (ОШ=0,854, 95% ДИ 0,769-0,949, р=0,003) Заключение. Снижение МПКТ было обнаружено у 83,8% пациентов РС в старшем возрасте, причем у каждого третьего степени остеопороза. Проведенное исследование выявило такие же факторы снижения МПКТ у больных с РС в возрасте старше 50 лет, что и при идиопатическом остеопорозе, а именно возраст, низкий индекс массы тела. Клинические характеристики РС, такие как тип течения, продолжительность заболевания, степень инвалидизации, применение ГК самостоятельного значения не имели.
70-71 89
Аннотация
The title question explains the newly emerged tendencies of Osteoporosis and its prevalence. As the rates of the incidence of Osteoporosis are growing the myths related to the disease are about to crush. Many years doctors believed that women are much more likely to get osteoporosis than men, but IOF declared 2014 as the year of “Men osteoporosis” Moreover, if previously Osteoporosis was attributed to the conditions of an old age, today it is most apparent, scientists focused on Osteoporosis are evaluating the disease in young population; The information about Peak Bone Mass has a prognostic opportunity for the progression of the bone mass decrease and consequent bone fragility. The question in the article title line: Does Osteoporosis affect young men? the rationale of the question in the title lies in those risk-factors that determine development of OP are most likely uncovered in men rather than in women. Among them are: smoking, alcohol consumption, hypogonadal state. Androgens have vital role in bone formation in both: men and women. It is proved that osteoblasts have androgen receptors. Series of research support the evidence that androgen deficiency lead to retarded skeletal growth in men. Androgen Deficiency is recognized as the most potent reason of Bone Loss in Men. The aim of the study was to assess BMD in young Georgian men, and determine correlations between BMD and basic osteoporosis risk factors. 2800 Young Men with the age 22-50 (median age 38±4.6) years were examined, all patients have filled the questioner Table1 OP Risk-Factors in Young Georgian Males n=2800 Ge netic Factor Spine Defor mities Low Bone Mass <70 Alcohol con sump tion Hypo dynamic Lifestyle Low Cal cium Intake Sexual Potency De crease 15% 420 35% 980 10,7% 299,6 8,5% 238 21% 588 41% 1148 39,8% 1114,4 Bone Mass was measured using DXA Dual Energy Absorbtiometric Technique (Hologic 1000), according to T and Z criteria SD; in particular cases Lumbar Spine X-ray has been performed. Statistical Analysis was made by Excel-Windows Microsoft MedicalExe Statistical Software. Confidence indicators were calculated by the appropriate formula; Results have computed Normal Bone mass in 55% -2800 young men; Osteopenia in 17%; Osteoporosis (T<-2, 5 SD). Measured in 38% of the group. Results Received: 1. Low bone mass detected in 45% of Healthy Young Georgian Men ( more than 1000 men) Therefore, the condition should be followed to avoid progression of bone loss and its complications. 2. Secondary hypogonadotropic hypogonadism and Lumbar spine vertebral deformities were major OP risk -a factor is young Georgian men are: It is apparent that emerging risk-factors are continuing the list of worldwide recognized risk-factor; Consequently evaluation of newly-appearing risks should be spotted and closely monitored. 3. The correlation between Osteoporosis incidence and Hypogonadism is clear. It is recommended to correct hypogonadal state for the prevention of bone loss progression.
71-71 228
Аннотация
Ранее была показана связь генерализованной остеопении у пациентов с идиопатическим сколиозом с прогрессированием деформации позвоночника. Учитывая многофакторную модель развития сколиоза, предполагается, что остеопения может являться одним из патогенетических факторов. Причины и механизмы потери костной массы у больных сколиозом, а также роль остеопении в процессах формирования и прогрессирования деформации позвоночника до настоящего времени не ясны. Цель. Изучение особенностей ремоделирования костной ткани у пациентов с идиопатическим сколиозом в различные возрастные периоды Материал и методы. Нами обследовано 18 детей и подростков 6-17 лет (17 девочек и 1 мальчик) и 22 взрослых (20 женщин и 2 мужчин) пациентов 18-68 лет с идиопатическим сколиозом II-IV степени, находившихся на лечении в отделениях вертебральной патологии, детской вертебрологии и КДО ЦИТО. Всем больным была проведена рентгенография позвоночника, денситометрия шеек бедренных костей (LUNAR, Prodigy), исследовались показатели кальциевого обмена (общий и ионизированный кальций, паратгормон крови, кальций суточной мочи), маркеры костеобразования (щелочная фосфатаза, остеокальцин, P1NP в крови), маркеры резорбции (beta-CrossLaps и ДПИД утренней мочи) и уровень в крови 25(OH)D. Результаты. Из обследованных 18 детей и подростков - остеопения (потеря МПК от -1,0до -1,9SD по Z-критерию) отмечена у 9 человек, остеопороз (потеря МПК более -2,0SD) - в 3-х случаях. У 6 больных отклонений по данным денситометрии не выявлено. У всех 18 детей было значительное снижение экскреции кальция с суточной мочой при нормальных показателях кальция в крови. Повышение уровня паратгормона отмечено только у 1 пациента с тяжелой деформацией (угол по Cobb более 90 град.) и выраженными нарушениями кальциевого гомеостаза. У всех обследованных детей маркер резорбции ДПИД - в пределах референсных значений, а beta-CrossLaps был повышен в большей или меньшей степени. Маркеры костеобразования (щелочная фосфатаза, остеокальцин и Р1Nв крови) также были на высоком уровне у всех обследованных пациентов. Т.е. имел место высокооборотный тип костного ремоделирования. Уровень в крови 25(OH)D был снижен у всех 18 детей от 3-5 нг/мл. (тяжелый дефицит) при норме 30-80 нг/мл. до 21-29 нг/мл. (недостаточность). У взрослых пациентов остеопения выявлена в 12 случаях (отклонения МПК от -1,0 до -2,5SD по Z-или Т-критерию), остеопороз (потеря МПК более -2,5 SD) - у 6 человек, у 4 человек потери МПК не обнаружено. Нарушение кальциевого гомеостаза (снижение экскреции кальция с суточной мочой при нормальных уровнях кальция в крови) найдено у 20 пациентов, вторичный гиперпаратиреоз в 3 случаях. Маркер резорбции ДПИД был повышен в 19 случаях, а beta-CrossLaps у всех взрослых больных с иди-опатическим сколиозом был в пределах референсных значений. Маркеры костеобразования (щелочная фосфатаза, остеокальцин и P1 NP в крови) были на высоком уровне и у взрослых обследованных больных. Т.е. у взрослых пациентов также имел место высокооборотный тип костного ремоделирования. Уровень в крови 25(OH)D был в пределах нормы только у 2 пациенток (31нг/мл и 35 нг/мл), у остальных больных отмечалось снижение уровня витамина D от 11-13нг/мл. до 21-29 нг/мл. Выводы. Таким образом, у 95% обследованных больных с идиопатическим сколиозом имело место нарушение метаболизма витамина D, сочетавшееся в 80% случаев с отклонениями в ремоделировании костной ткани, что свидетельствует о целесообразности включения препаратов, регулирующих метаболизм костной ткани в комплекс консервативного лечения, а также в предоперационную подготовку и послеоперационную терапию пациентов с прогрессирующими формами сколиоза.
72-72 49
Аннотация
Цель. Изучить состояние костной ткани и выявить факторы риска снижения минеральной плотности костной ткани у мужчин, обратившихся в отделение ревматологии и остеопороза краевой клинической больницы за 2013-2014гг. Материал и методы. Проведен ретроспективный анализ 283 амбулаторных карт мужчин в возрасте от 39 до 78 лет (средний возраст 58,5±19,5), обратившихся в отделение ревматологии и остеопороза за период 2013-2014 г. Изучались наличие переломов и факторов риска остеопороза в анамнезе, коморбидный фон, данные минеральной плотности костной ткани (МПКТ). Оценка МПКТ выполнялась с помощью двухэнергетического рентгеновского денситометра «Hologic QDR 4500C» в поясничном отделе позвоночника и проксимальных отделах бедренной кости. Для интерпретации результатов использована остеоденситометрическая классификация по критериям ВОЗ. Статистическая обработка полученных данных выполнялась с помощью программы, Exсel и SPSS, версии 19.0. Результаты. Снижение МПКТ выявлено почти у каждого второго обратившегося мужчины (64,9% случаев). Остео-пороз статистически значимо чаще выявлялся в группе мужчин до 40 лет и у мужчин старше 60 лет, что переломы зарегистрированы у каждого третьего мужчины (в 34% случаев). Статистически значимо чаще переломы регистрировались в возрасте старше 60 лет (р<0,05). В структуре переломов преобладали переломы позвонков (50%), у каждого четвертого пациента встречались переломы лучевой кости, перелом шейки бедра зарегистрирован в 10%. Переломы позвонков и шейки бедра не имели возрастных статистически значимых различий. Переломы лучевой кости статистически значимо чаще выявлялись у мужчин в группе от 41 до 50 лет. Остеопороз в возрасте до 40 лет был выявлен у мужчин с гипогонадизмом, ревматоидным артритом и синдромом Элерса-Данлоса. Из сопутствующей патологии мужчины в возрасте старше 50 лет страдали ревматоидным артритом 25%, ХОБЛ 10%, принимали системные глюкокортикои-ды 20%, в 18% случаев были указания на лечение гонадотропин-рилизинг гормоном и андрогенами. Факт курения встречался в 86% случаев. Выводы. Снижение минеральной плотности костной ткани выявлено у каждого второго обратившегося мужчины, у каждого третьего - встречались низкоэнергетические переломы, преобладали переломы позвонков. Остеопороз у молодых мужчин нередкая патология и была связана чаще всего с эндокринным заболеванием или приемом глюкокортикоидов, что необходимо учитывать при курации данной группы больных. Остеопороз у мужчин в возрасте старше 50 лет был ассоциирован с наличием ревматоидного артрита и прием системных глюкокортикоидов. Полученные данные доказывают, что остеопороз у мужчин является актуальной проблемой и диктует необходимость своевременной диагностики и лечения.
72-73 65
Аннотация
Ранее проведенные исследования показали, что у горняков, добывающих медно-цинковую колчеданную руду подземным способом, снижение костной прочности (менее -2,5 SD по Т-критерию) выявляется в 2 раза чаще, чем у работников наземных служб этого же предприятия [Аглетдинов и др., 2011; Камилов и др., 2013]. Частота снижения минеральной плотности кости при этом коррелировала со стажем работы в подземных условиях. Основным вредным фактором производственной среды у горняков является высокодисперсная рудная пыль, содержащая группу тяжелых и токсичных элементов [Таирова, 2007]. Моделирование хронической интоксикации элементами руды приводит к накоплению в костях экспериментальных животных ряда металлов: С^ Zn, Sr, Mn, Cd, Pb, Hg, Fe [Нургалеев и др., 2013]. Целью работы явилось определение состояния неферментативного звена антиоксидантной защиты костной ткани при моделировании длительного поступления элементов медно-цинковой колчеданной руды. Материал и методы. Экспериментальные работы проведены на 34 белых крысах-самцах массой 240-280 г. Опытной группе крыс ежедневно в течение трех месяцев внутри-желудочно вводили суспензию порошка руды в 2% растворе крахмала. В гомогенатах эпифизов бедренных костей через 1,2 и 3 месяца определяли содержание восстановленного глутатиона (ВГ) [Карпищенко, 1997], свободных сульфги-дрильных групп белков (ССГ) [Bellomo et al., 1990], аскорбата [Omaye et al., 1971], токоферола [Desai, 1984] и общую антиоксидантную активность (ОАА) [Клебанов и др., 1988]. Результаты исследования показали, что содержание ВГ, ССГ, и ОАА в костной ткани при длительном поступлении компонентов медно-цинковой колчеданной руды постепенно снижаются, достигая к третьему месяцу наблюдения статистической значимости. Так, уровень ВГ снизился с 2,62 [1,99-3,24] мкмоль/мг белка до 1,57 [1,30-1,83], р=0,0043, ССГ с 8,0 [8,85-10,2] мкмоль/мг белка до 6,09 [5,2-9,62], р=0,0281, а ОАА с 42,8 [35,9-48,3]% до 30,6 [25,9-34,3], р=0,0047. В то же время содержание а-токоферола и аскорбиновой кислоты не претерпевало существенных изменений, хотя и имело тенденцию к снижению. ОАА, по данных авторов метода определения [Клебанов и др., 1987], характеризует преимущественно неферментативное звено антиоксидантной защиты тканей при развитии свободно-радикальных процессов. Снижение уровня ВГ и ССГ может быть следствием непосредственного связывания SH-групп тяжелыми металлами, усиления металлами переменной валентности (Cu, Fe и др.) образования активных форм кислорода, подавления биосинтеза ими редукции глутатиона, интенсификации его использования на функционирование глутатионзависимых ферментов и др. Последствием недостаточности содержания ВГ и неферментативного звена антиокислительной защиты в костной ткани при действии элементов, содержащихся в медно-цинковых колчеданных рудах может быть снижение костной прочности в результате активации свободно-радикальных процессов и нарушения процессов метаболизма ткани. Выводы. При длительном поступлении элементов, содержащихся в медно-цинковой колчеданной руде, в костной ткани наблюдается снижение содержания восстановленного глутатиона, свободных сульфгидрильных групп белков и общей антиокислительной активности, что отражается на метаболизме ткани со снижением костной прочности.
73-73 71
Аннотация
Снижение минеральной плотности костной ткани отмечается при многих хронических заболеваниях, включая инфекционные, и, обычно, является следствием серьезных изменений обменных процессов. Несмотря на значительную распространенность туберкулеза, состояние минеральной плотности костей и риски развития остеопороза у больных с туберкулезом, остается не изученным. Цель. Изучить показатели минеральной плотности костей у больных с легочными формами туберкулеза и выявить факторы риска развития остеопороза. Материал и методы. Показатели минеральной плотности костной ткани исследованы у 40 больных (23 мужского и 17 женского пола) легочными формами туберкулеза. Средний возраст 37,6±14,4 лет. Длительность заболевания с момента установления диагноза составила 173,2±9,6 месяцев. Минеральная плотность костной ткани исследовалась в двух стандартных зонах (поясничный отдел позвоночника, проксимальный отдел бедра) методом двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии на приборе Lunar Prodigy. В качестве контрольной группы использованы референтные данные прибора и результаты исследования минеральной плотности у 75 человек (35 мужчин и 40 женщин) такого же среднего возраста. Результаты. В основной группе у 15 пациентов (7 мужчин и 8 женщин) в анамнезе были указания на перенесенные переломы. У 3 пациентов переломы были только в детстве и юности. У 3 пациентов были указания на повторные переломы. Средние значения минеральной плотности костной ткани в двух стандартных зонах достоверно не отличались от показателей минеральной плотности контрольной группы (p>0,05). У 9 пациентов (7 мужчин и 2 женщин) показатели минеральной плотности позвонков L1-L4 по индексу Z были ниже значения -1,0. Показатели минеральной плотности отрицательно коррелировали с длительностью заболевания и положительно с результатами оценки жизненной емкости легких (p<0,05). Показатели минеральной плотности коррелировали положительно с индексом массы тела (p<0,01). Наиболее низкие показатели минеральной плотности были у пациентов с указанием на большой стаж курения, менопаузу и серьезные сопутствующие заболевания (сахарный диабет 1 го типа, вирусный гепатит С, хронический панкреатит). Выводы. Нам удалось обнаружить прямое негативное влияние продолжительности заболевания легочным туберкулезом на показатели минеральной плотности костной ткани. Также обнаружена положительная связь индекса массы тела, как маркера питательного статуса и жизненной емкости легких с показателями минеральной плотности костей у исследуемых пациентов. Планируется продолжение исследования влияния различных форм туберкулеза и сопутствующих заболеваний на показатели минеральной плотности костей больных различными формами туберкулеза.
74-74 89
Аннотация
Остеопороз (ОП) требует особого внимания в силу широкой распространенности, большой социально-экономической и медицинской значимости, являясь причиной 8,9 млн. переломов в мире ежегодно. В настоящее время разработаны принципы диагностики и лечения остеопороза, исходя из патогенеза его развития, при этом особенно тяжелым считается ГКС-ОП. Пациентка Л., 1959 г.р. (55 лет) обратилась к ревматологу в конце 2014 года с жалобами на боль, резкое ограничение объема движений в тазобедренных суставах (ТБС) и пояснично-грудном отделе позвоночника. Из анамнеза: дисплазия тазобедренных суставов, атопический дерматит, бронхиальная астма. В связи с установленным диагнозом: Анкилозирующий спондилит было назначено лечение суль-фосалазином с последующим выраженным обострением генерализованного нейродермита и бронхиальной астмы. Назначены высокие дозы преднизолона. По показаниям выполнена остеоденситометрия (DXA): Т-критерий в позвоночнике -3,5 SD (-39%), в бедре - 2,6 SD (-37%). На основании данных обследования был установлен диагноз: Системный ГКС-остеопороз, осложненный компрессионным переломом тела Th8 с передней клиновидной деформацией 3 степени тяжести по Genant. Двусторонний коксартроз Rg IV ст. с контрактурами и асептическим некрозом головок бедренных костей, НФС III. В связи с предстоящим эндопротезированием была поставлена цель - максимально быстро увеличить минеральную плотность кости (МПК) для того, чтобы появилась возможность качественной установки бес-цементного эндопротеза ТБС. Обсуждение и результаты. Практически все современные антиостеопоретические пре-параты, в том числе первой линии терапии ГКС-остеопороза - бисфосфонаты, относятся к антирезорбтивным, при этом процессы построения новой кости не только не стимулируются, но даже наоборот, могут иметь тенденцию к замедлению. Рекомбинантный человеческий паратгормон является препаратом с принципиально отличающимся анаболическим механизмом действия. Введение паратгормона в интермиттирующем режиме увеличивает активность остеопротегрина, остеобластов, действует стимулирующее на сигнальный путь WNT, оказывая таким образом, анаболическое действие на костную ткань. Параллельно терипаратид замедляет и резорбцию кости, уменьшая продукцию RANKL и экспрессию склеростина. В течение 6 месяцев пациентке проводилось лечение терипаратидом (Форстео) по 20 мкг ежедневно подкожно с помощью шприц-ручки в сочетании с препаратами кальция и витамина D. Переносимость лечения была очень хорошая, нежелательных явлений не отмечалось. Повышение минеральной плотности кости по данным DXA за 6 месяцев лечения составило в позвоночнике +15,1%, в проксимальном отделе бедра +11,2%. Такой выраженной положительной динамики за относительно короткий период лечения не достигалось ранее ни на одном из антирезорбтивных препаратов, исходя из собственного клинического опыта лечения ГКС-остеопороза. На фоне продолжающейся до 18 мес. терапии было успешно выполнено эндопротезирование ТБС, в результате чего значительно повысился уровень качества жизни пациентки (по EQ5D c7 баллов до 5), уменьшился болевой синдром (по ВАШ 90 мм - до операции, 50 мм - после операции), тревога и депрессия, значительно повысилась двигательная активность. Заключение. Тяжелый ГКС-остеопороз в постменопаузе на фоне полиморбидности - множественной лекарственной аллергии, генерализованного нейродермита, бронхиальной астмы, дисплазии ТБС и вторичного тяжелого коксартроза делает подходы к лечению таких больных существенно ограниченными. Применение препарата те-рипаратида продемонстрировало не только очень высокую эффективность, но и переносимость. Удобство применения (шприц-ручка) делает этот препарат доступным для пациентов без навыков медицинских манипуляций. Кроме того, с точки зрения лечения ортопедической патологии данный случай демонстрирует успешную подготовку пациентки к эндопротезированию тазобедренных суставов.
75-75 95
Аннотация
Цель: изучить частоту встречаемости и структуру остеопенического синдрома (ОС) у больных хроническими неинфекционными заболеваниями (ХНЗ) (ишемической болезнью сердца (ИБС), артериальной гипертензией (АГ), хронической обструктивной болезнью легких (ХОБЛ), бронхиальной астмой (БА)). Материал и методы. В исследование включены 377 пациентов с ХНЗ, средний возраст 55,3±1,6 лет и 221 человек, которые составили группу контроля, средний возраст 53,2±1,3 лет. По характеру нозологии пациенты распределились следующим образом: 1 группа: 84 пациента с ИБС и АГ, 2 группа: 99 больных АГ, 3 группа: 70 пациентов с ХОБЛ и 4 группа: 124 - с БА. Обследуемые всех групп были сопоставимы по возрасту, полу и индексу массы тела. Для исследования минеральной плотности костной ткани (МПКТ) использовали метод двухэнергетической рентгеновской денситометрии поясничного отдела позвоночника и проксимального отдела бедренной кости на аппарате «Lunar DPX», США. Результаты оценивались, по Т-критерию в стандартных отклонениях от пика костной массы (SD), согласно рекомендациям ВОЗ (1994 г.) До начала обследования пациенты не получали специфической терапии для профилактики и лечения остеопороза. Результаты. Анализ частоты встречаемости ОС при кардиоваскулярной и бронхообструктивной патологии продемонстрировал, что наиболее часто остеопеческий синдром регистрировался у пациентов с ХОБЛ и БА (86,7% и 70,1% соответственно). У больных ХОБЛ остеопороз выявлен в 50% случаев, у 36,7% диагностирована остеопения. Несколько иначе выглядит структура ОС при БА (ОП установлен в 26,6% случаев, остеопения в 43,5%). У больных сердечно-сосудистыми заболеваниями наиболее часто ОС выявлялся у пациентов с ассоциированной патологией (ИБС и АГ): 63,7% случаев (ОП - у 38,9%; остеопения - у 24,8%). У пациентов с АГ остеопенический синдром отмечался несколько реже (ОП - 22,8%; остеопения - 27,4%). В контрольной группе встречалась только остеопения - в 26,8% случаев. Средние показатели Т-критерия у пациентов с бронхо-обструктивными заболеваниями укладывались в категорию выраженной остеопении, составляя (-1,81±0,20) стандартных отклонения (SD) у больных ХОБЛ и (-1,46±0,12) SD у пациентов с БА. Показатели МПКТ у больных кардиоваскулярными заболеваниями распределились следующим образом: (-1,33±0,46) SD у пациентов с ИБС и АГ; (-1,04±0,2й) SD у больных АГ. Значения МПКТ во всех группах оказались достоверно ниже, чем в группе контроля (-0,56±0,10) SD, р <0,001. Выводы. Полученные данные свидетельствуют о высокой частоте встречаемости и выраженности ОС у пациентов с ХНЗ. Высокий риск развития переломов вследствие выраженного снижения МПКТ у больных бронхообструктивной и сердечно-сосудистой патологией требует проведения своевременной диагностики, лечения и профилактики остеопении.
75-76 53
Аннотация
The majority of scientific research data promote the idea that OP and Atherosclerosis are inter-connected via OPG system. Scientists have speculation that OPG is the molecular bond between artery hardening and bone resorbtion. Thus the mechanism explained above makes obvious the co-existence of two: Artery hardening and Osteoporosis. There are number of ongoing Clinical trials on Denosumab therapy in patients with diagnosis of Osteoporosis and Atherosclerosis. The increase of Bone mineral density is associated with less intensive hardening of arteries. This fact inspired us to study bone mass in patients with cardiovascular events and atherosclerosis. Materials and methods: 1675 men, age range 38-78 years, mean age 59±4.3 Disease duration 6,4±1,75 with the diagnosis of Atherosclerosis (revealed on coronarography, assessed lipid profile). At the moment of research Stabile Angina Pectoris (Stable Angina) found in 20% (335); unstable angina non S-T elevation in 48% (804) ; Myocardial Infarction 32% (536). Bone Mass was assessed by DXA Absorbtiometry technique (Hologic 1000) using T and Z Scores (WHO 1994). As a control group 680 healthy Georgian men 40-70 age range were assessed. Results: Men having atherosclerosis are rather predisposed to Osteoporosis than health individuals. In Atherosclerosis subgroup normal bone mass was measured in 23% (385.25 patients) of patients; Osteopenia was diagnosed in 19% (315.25 patients), Osteoporosis was detected in 58% (971.5%) according to T-Score SD. BMD records are shown in table 1: Conclusion: 1. According to our research, more than 50% of men with verified Atherosclerosis are diagnosed to have osteoporosis. 2. The lowest BMD values were observed in Lumbar Spine L1-L4, indicating that trabecular bone is more deteriorated than cortical. 3. Correlation between T-Score values and clinical forms of Atherosclerosis were not observed. 4. The best understanding of interrelations of mechanisms could point out the right direction for the simultaneous therapy against both targets - Osteoporosis and Atherosclerosis. 5. Therefore the expectation of establishing novelty direction among other subtypes of the Medical Specialties as a Preventive Gerontology can be realistic. Stable Angina n=335 Unstable angina nont S-T n=804 Myocardial Infarction n= 536 Healthy N=680 L2- L4 -2.6 ±11 * -2.9±1.4 ** -3.1 ±1.1 ** -0.6±0.2 Prox. Femur Neck -1.8±0.5* -2.6±1.4** -2.5±1.6** -1.14±0.26 Prox. Femur Total -2.7±1.48** -2.7±0.2** -2.7±1.25** -1.05±0.5 *p<0.01,**p<0.001
76-76 38
Аннотация
Цель: изучить взаимосвязь параметров сосудистой жесткости, МПК и биомаркеров клеточного старения у женщин в постменопаузальном периоде. Материал и методы. В одномоментное исследование включено 107 пациенток от 45 до 82 лет (ср. возраст -58 ± 0,86 лет), наблюдавшихся амбулаторно и подписавших информированное согласие. В исследование не включались пациентки с любыми клиническими проявлениями атеросклероза, злокачественными заболеваниями, с заболеваниями вызывающие вторичный остеопороз, принимающие препараты, влияющие на костный обмен и на показатели сосудистой жесткости. Толщина комплекса интима-медиа (ТКИМ), наличие и количество атеросклеротических бляшек (АБ), степень стеноза сонных артерий исследовались с помощью дуплексного сканирования. Оценка скорости распространения пульсовой волны (СРПВ), индекса аугментации (ИА) проводилось методом аппланационной тонометрии (SphygmoCor). СРПВ 10 м/с и более считали патологической. ИА считался нормальным при отрицательном его значении, положительный ИА свидетельствовал о повышенной жесткости. Был выбран медианный порог ИА- >20%. Значения более 0,9 мм принимались за повышение толщины КИМ. Толщина КИМ более 1,5 мм или локальное утолщение на 0,5 мм по сравнению со значениями КИМ в прилежащих участках сонной артерии свидетельствовали о наличии АБ. Для определения длины теломер (ДТ) в лейкоцитах использовался метод ПЦР в реальном времени. При этом проводилось измерение относительной длины теломер на геномной ДНК. Теломеры с диной >10,0 у.е. принимались за «длинные», а с длиной < 9,5 у.е. за «короткие». Определение активности теломеразы (АТ) (проводилась на чисто выделенной моноцитарной фракции клеток крови на основании теломеразной полимеразной реакции. МПК позвоночника и бедра измерялась с помощью двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии (Delphi W, Hologic, USA). Статистический анализ осуществлялся с помощью пакета прикладных программ Statistical Analysis System (USA). Результаты. Риск наличия низкой костной массы и остеопороза достоверно возрастал в 3 раза при высоких значениях СРПВ(>10 м/с), более чем в 4 раза при ИА > 20%, толщины КИМ >0,9мм, в 2,45 раза при наличии АБ в сонных артериях и при наличии «коротких» теломер. Показатель АТ не ассоциировался с костной массой. С увеличением продолжительности менопаузы отмечалось постепенное увеличение показателей жесткости (СРПВ, ИА), толщины КИМ и снижение МПК во всех измеренных отделах скелета. Максимальные показатели сосудистой жесткости, наиболее низкая МПК и «самые короткие» теломеры были выявлены после 10 лет менопаузы. В многомерном регрессионном анализе отрицательная связь между ИА, толщиной КИМ и МПК осталась высокодостоверной, в то время как в отношении СРПВ, наличия АБ и ДТ эта ассоциация не подтвердилась. Заключение. Снижение МПК у женщин в постменопаузе ассоциируется с высокими показателями ИА и толщины КИМ. Короткие теломеры в 2,45 раза чаще встречались у пациентов с низкой костной массой, но связь не была подтверждена в регрессионном анализе, что исключает независимый характер связи этого маркера с МПК и свидетельствует в пользу того, что остеопороз является возраст-ассоциированным заболеванием, а не процессом естественного старения.
77-77 72
Аннотация
Цель. Изучить взаимосвязь между минеральной плотностью кости (МПК) и атеросклеротическим поражением коронарных артерий (КА) у мужчин с ишемической болезнью сердца (ИБС). Материал и методы. Обследовано 102 мужчины с верифицированной ИБС в возрасте 51-75 (60,8+6,9) лет. МПК и Т-критерий шейки бедра определяли методом двухэнергетической абсорбциометрии (Excell XR-46, NORLAND, США). Интерпретировали результаты следующим образом: нормальная МПК (Т-критерий >-1), остеопения (Т-критерий от -1 до -2,5) и остеопороз (Т-критерий <-2,5). На основании данных полипроекционной коронароангиографии (КАГ, Innova, General Electric, США) оценивали варианты поражения КА: одно- и двухсосудистое поражение, трехсосудистое и поражение ствола левой КА в сочетании (или без) с гемодинамически значимыми сужениями любых других КА. Гемодинамически значимым считали сужение более 50% диаметра артерии. Результаты. По МПК (по данным денситометрии) больные распределились следующим образом: 21 пациент (20,6%) с нормальной МПК, 48 (47,0%) - с остеопенией и 33 (32,4%) - с остеопорозом. Выявлено, что у абсолютного большинства мужчин с ИБС (79,4%) зарегистрирован остео-пенический синдром (ОПС). В зависимости от варианта поражения КА пациенты были разделены на три группы: 39 мужчин с одно- и двухсосудистым поражением, 47 больных с трехсосудистым поражением и 16 пациентов с поражением ствола левой КА в сочетании (или без) с любыми другими поражениями КА. Показано, что Т-критерий в данных группах больных составил: -1,69+0,99, -1,81+1,17 и -2,53+1,02 СО, соответственно. Установлено, что по мере нарастания тяжести поражения КА денситометрические показатели в шейке бедра снижаются. Так, среднее значение Т-критерия у мужчин с поражением ствола левой КА было достоверно ниже, чем у пациентов первых двух групп (р<0,05). У больных с трехсосудистым поражением КА Т-критерий оказался меньше, чем в группе с одно- и двухсосудистым поражением (р=0,59). По данным корреляционного анализа выявлена обратная зависимость между Т-критерием шейки бедра и тяжестью поражения КА по данным КАГ (r=-0,19, р=0,05). Выводы. Снижение МПК у мужчин ассоциируется с гемодинамически значимым поражением и коррелирует с выраженностью атеросклероза КА. Полученные результаты подтверждают вероятность наличия общих патогенетических звеньев ОПС и атеросклеротического поражения КА.
77-78 67
Аннотация
Цель: оценить взаимосвязь минеральной плотности костной ткани и уровня цитокинов у женщин с остеопорозом в сочетании с ИБС. Материал и методы. Обследовано 60 женщин с осте-опорозом и ИБС (группа 1), средний возраст (68,7±8,8), контрольную группу составили пациентки с изолированной ИБС (группа 2), 38 человек средний возраст (69,4±8,1). Группы были сопоставимы по возрасту, продолжительности ИБС. Минеральную плотность костной ткани исследовали в двух областях - поясничных позвонках L1-L5 и проксимальном отделе бедра при помощи DEXA денситометра CHALLENGER, Франция. Анализировали следующие показатели: Т-критерий, SD; Z-критерий, SD; МПКТ (Bone Mineral Density BMD, г/см2). Уровень остеопротегери-на, ИЛ-1Р, ИЛ-4, ИЛ-6, ИЛ-8, ИЛ-10, ФНО-а в сыворотке крови определяли методом иммуноферментного анализа. Статистический анализ проведен при помощи программы Statistica 6.0 с использованием непараметрических критериев: Вальда-Вольфовица, ранговой корреляции Спирмена. Для выявления независимых детерминант снижения МПКТ выполнен многофакторный регрессионный анализ. Достоверными считали отличия при р<0,05. Результаты. Выявлено, что в группе женщин с коморбидной патологией МПКТ в поясничных позвонках была ниже, чем в группе контроля (0,955±0,233; 0,996±0,212, р=0,00003), отмечены более низкие показатели Z (0,34±1,71; 0,90±1,32,р=0,0001) и Т-критериев (-0,93±1,88; -0,38±1,21, р=0,008) в этой зоне. Установлено, что у женщин с ИБС и остеопорозом BMD в шейке бедра (0,712±0,215; 0,756±0,163, р=0,0001), зоне Варда (0,553±0,261; 0,622±0,166, р=0,002) и в целом в проксимальном отделе бедра (0,808±0,166; 0,857±0,188, р=0,000001) была значимо ниже по сравнению с пациентками с изолированной ИБС. Показатели Z и Т-критериев имели аналогичную тенденцию. Наиболее низкие показатели МПКТ, Z (-0,34±1,87; 0,17±1,57, р=0,0018) и Т-критериев (-0,8±1,8; -0,3±1,6, р=0,000017) наблюдались в зоне Варда. При оценке уровня исследуемых цитокинов выявлено, что у женщин, имеющих сочетание остеопороза и ИБС, концентрация ИЛ-1β не отличалась от контрольной группы. В отношении других исследуемых молекул установлено увеличение уровня провоспалительных цитокинов: ИЛ-6 (11,4±11,9; 7,0±9,4* p=0,002), ИЛ-8 (31,1±38,5; 21,0±22,1 p=0,008), ФНО-а (4,86±3,46; 3,4±4,1 p=0,0006) у женщин с коморбидной патологией. У пациентов остеопорозом и ИБС уровень противовоспалительных цитоки-нов - ИЛ-4 (16,0±71,4; 3,3±4,9 p=0,002), ИЛ-10 (15,9±20,7; 14,4±22,6 p=0,008) значимо выше, чем у пациенток с изолированной ИБС. У женщин с остеопорозом коморбидным с ИБС отмечалось значимое повышение уровня остеопротегерина (61,7±44,2; 52,7±48,2 p=0,002) по сравнению с группой женщин с изолированной ИБС. Для уточнения характера влияний цитокинов на минеральную плотность костной ткани проведен корреляционный анализ. Установлено, что МПКТ поясничных позвонков отрицательно коррелировала с уровнями ИЛ-1 (r=-0,65, p=0,00014), ИЛ-8 (r=-0,68, p=0,00006), ФНО-а (r=-0,53, p=0,003), МПКТ шейки бедра была в обратной связи с уровнем остеопротегерина (r=-0,43, p=0,016), ИЛ-4 (r=-0,55, p=0,002), ИЛ-6 (r=-0,4, p=0,03), ИЛ-8 (r=-0,58, p=0,001), ФНО-а (r=-0,64, p=0,00019). Многофакторным регрессионным анализом установлено, что независимыми детерминантами низкой МПКТ в шейке бедра явился ИЛ-6 (ß=0,93; 95%ДИ 0,008, 0,011; p=0,025), а поясничных позвонков - ИЛ-1ß (ß=0,72; 95%ДИ 0,22, 0,3; p=0,015). Выводы: у женщин с коморбидной патологией отмечается повышение уровня ИЛ-6, ИЛ-8, ФНО-а, ИЛ-4, ИЛ-10, остеопротегерина. Выявлена отрицательная связь между уровнями ИЛ-1, ФНО-а, ИЛ-8 и МПКТ позвонков; концентрация остеопротегерина, ИЛ-4, ИЛ-6, ИЛ-8 и ФНО-а была обратно связана с МПКТ шейки бедра. Независимыми детерминантами низкой МПКТ в шейке бедра явился ИЛ-6 (ß=0,93; 95%ДИ 0,008, 0,011; p=0,025), а поясничных позвонков - ИЛ-1ß (ß=0,72; 95%ДИ 0,22, 0,3; p=0,015). Полученные данные свидетельствуют о взаимосвязи между повышением уровня цитокинов и снижением минеральной плотности костной ткани у женщин с сочетанной патологией.
78-78 83
Аннотация
Цель: изучение минеральной плотности костной ткани и показателей ее метаболизма у больных старческого возраста, страдающих ХСН. Материал и методы. В настоящее исследование включено 77 больных (20 мужчин и 57 женщин) в среднем возрасте 86,29 (+5,13) лет, находившихся на стационарном лечении с диагнозом ИБС. В основную группу вошли 37 больных (ср.возраст 86,51+4,95 лет) с хронической сердечной недостаточностью (II-III ст. по Стражеско-Василенко, II-IV ФК по NYHA); в контрольную - 40 пациентов (ср. возраст - 86,15+5,34 лет) с ИБС и гипертонической болезнью без ХСН. Больные основной и контрольной групп были сопоставимы по основным демографическим показателям, индексу массы тела (29,26 и 28,96 кг/м2, соответственно), параметрам азотовыделительной функции почек и сопутствующим заболеваниям; однако инфаркт миокарда и фибрилляцию предсердий чаще регистрировали при ХСН (р=0,006 и р=0,02, соответственно). Основные критерии исключения - какие-либо заболевания, способные вызвать вторичный остеопороз. Минеральную плотность костной ткани (МПКТ) поясничного отдела позвоночника и проксимального отдела бедренной кости измеряли методом двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии на аппарате Lunar Prodigy Advance (GE). Концентрацию остеокальцина в сыворотке крови определяли иммунохемилюминесцентным методом (N: 0-22 нг/мл); уровень Beta-Cross laps - электрохемилю-минесцентным методом (N<1,008 нг/мл) в лаборатории «ДиаЛаб». Результаты. Минеральная плотность костной ткани у больных ХСН снижена по сравнению с контрольной группой (как в абсолютных значениях, так и по T-критерию). Наибольшие различия зарегистрированы в проксимальном отделе бедра: МПКТ у больных ХСН составляла 721,23+167,3 мг/см3, в контрольной группе -817,64+179,74 мг/см3 (р=0,02); у женщин разница в МПКТ была более существенной (р=0,003). МПКТ в проксимальном отделе бедра соответствовала нормальным значениям лишь у двух больных ХСН; тогда как в контрольной группе нормальная МПКТ отмечена у 12 пациентов (p=0,01). Аналогичная тенденция наблюдалась и в отношении МПКТ поясничного отдела позвоночника, однако данные различия между группами не достигали степени статистической достоверности (р=0,054). Вероятность перелома проксимального отдела бедра по FRAX у больных ХСН достигала в среднем 6,18%, а вероятность всех основных остеопоретических переломов - 13,48%. Средний уровень остеокальцина составил 0,9+1,47 (от 0 до 6,1) нг/мл. У 68,4% обследованных больных содержание остеокальцина было меньше нижней границы нормы. Уровень Beta-Cross laps варьировал от 0,22 до 1,62 нг/мл (ср.0,58+0,33); лишь у двух больных этот показатель незначительно превысил норму. Различий в уровне остеокальцина и Beta-Cross laps между основной и контрольной группами не зарегистрировано. У 40,5% больных ХСН в анамнезе отмечены переломы, преимущественно дистального отдела предплечья (нередко - повторные). Среди других факторов риска остеопороза наиболее часто зарегистрирована склонность к падениям (у 51,35% больных) и очень низкая физическая активность, вплоть до длительной иммобилизации (27% случаев). Среднее значение теста «Встань и иди» достигало 16,45 (+7,1) секунд; 70,2% больных ХСН вообще не могли встать со стула без опоры на руки. Выводы. В ходе исследования обнаружено снижение минеральной плотности костной ткани (преимущественно проксимального отдела бедра) у больных ХСН старческого возраста, по сравнению с сопоставимой группой пациентов, не страдающих ХСН. Продемонстрировано значительное снижение функции остеобластов при отсутствии существенной костной резорбции у больных старческого возраста. Полученные результаты свидетельствуют о целесообразности дальнейшего изучения взаимосвязи остеопороза и ХСН с участием большей популяции больных.
79-79 39
Аннотация
Цель: оценка факторов риска остеопорозных переломов у пациентов дневного ревматологического стационара. Материал и методы. В одномоментное исследование на условиях добровольного согласия были включены 26 больных (16 женщины, 8 мужчин) в возрасте от 40 до 65 лет, поступивших в дневной стационар ревматологического профиля по поводу воспалительных заболеваний суставов и позвоночника. Основным показанием для направления в дневной стационар был недостаточный контроль активности заболевания. Индивидуальный 10-летний риск переломов оценивали с помощью российской версии он-лайн калькулятора FRAX. Риск падения оценивали с помощью тестов Guralnik: тесты «встань и иди», тандем тест в статике и динамике, вставание со стула. Оценку скорости клубочковой фильтрации (СКФ) проводили по алгоритму MDRD. Результаты. 9 человек страдали серопозитивным ревматоидным артритом (РА), 3 - имели серонегативный РА, 4 - анкилозирующий спондилит (АС), 8 - псориатический артрит (ПА). Длительность заболевания составила от 3 до 25 лет (медиана 12 лет). Все пациенты отмечали потребность в приеме нестероидных противовоспалительных препаратов, 5 чел. Метотрексат в дозе 10 мг/нед и выше получали к моменту поступления 8 чел., лефлюномид - 5 чел., сульфосалазин 2 чел. Принимали глюкокортикоиды (ГКС) в дозе 7,5 мг/сут и ниже, 19 чел. Периодически получали ГКС внутрисуставно. Препараты витамина Д и кальция постоянно получали 13 лет, периодически - 5 чел. 4 пациентки принимали алендронат в течение 1 года и более. Ни один пациент не смог выполнить все 4 теста по оценке физической функции, время прохождения 30 м составило в среднем 38,7 сек (диапазон 18 - 120 сек). Порог медикаментозного вмешательства по алгоритму FRAX превышен у 17 пациентов. В то же время у всех обследованных была снижена СКФ: у 12 человек - ниже 60 мл/мин/1,73 м2, что служило противопоказанием для применения бисфосфонатов и нативного витамина D. Индекс коморбидности Charlson составил 2,3 (медиана 2, диапазон 1 - 4). Самой частой сопутствующей патологией была артериальная гипертония (19 чел.), 4 пациента ранее перенесли инфаркт миокарда, 3 - ишемический инсульт